Бог одержимых (сборник)
Шрифт:
Работы было много. В борьбе за жизнь смотреть вверх было некогда, и как-то даже забылось, что звёзды — рядом. Но пришло время, и они сами напомнили о себе.
Однажды, выйдя на поверхность, я почувствовал неладное. Причину беспокойства долго искать не пришлось: один из соседей, из тех, что поближе к краю пояса, забрался на диск Солнца. Угловой размер нарушителя спокойствия был в несколько раз меньше солнечного, и это частичное солнечное затмение никаких последствий не имело. Но я почувствовал угрозу.
Стараясь не делать поспешных выводов о превратности судьбы, я несколько дней
Затем я вернулся к размышлениям о своей энерговооружённости. Тепло и электричество по-прежнему обеспечивалось солнечной панелью. Если в следующий раз Солнце заслонит астероид покрупнее, моему благополучию наступит конец. Можно, конечно, копить водород и кислород, но в случае затмения это решило бы проблему только наполовину: я сидел бы в тепле, но без света…
— Алекс, что если продолжение этой истории отложить на завтрашний вечер? Предстоит утомительный день и будет весьма непрофессионально не выспаться перед ним, как ты считаешь?
Возражений у Алекса не было, тем более что время действительно было позднее. Они попрощались и разошлись по каютам.
Разбудил Алекса лично капитан Йенсен.
Пробурчав: "личное присутствие при погрузке обязательно", капитан вышел, оставив Алекса наедине с обрывками снов и мыслей, в которых то ли он подчинял себе окружающий мир, то ли мир окончательно и бесповоротно садился ему на голову.
Наскоро одевшись и плеснув в лицо холодной воды, он уже через несколько минут стоял рядом с капитаном на мостике, прислушиваясь к отголоскам ругани, доносившейся с бака.
Ругались на испанском. В свете прожекторов Эрик с длинноволосым верзилой отчаянно размахивали руками, попеременно указывая то на тёмную воду, то на кран, а то и попросту тыкая пальцами друг в друга. Алекс быстро потерял к спору интерес, но капитан Йенсен несколько раз одобрительно крякнул, неловко покосившись в его сторону.
Волнения почти не было. Небо было чистым, слегка прорисованным светлыми полосками перистых облаков, освещённых из-за горизонта ещё не взошедшим солнцем.
— Это кто такой? — спросил Алекс у капитана.
— Старшина авральной команды АСС, — ответил рулевой.
— А какого чёрта он у меня делает на судне?
Капитан Йенсен повернулся к Алексу и предложил:
— А ты прыгай к ним на борт. Там и оформишь груз, они возражать не станут.
Алекс прикусил язык и сделал вид, что рассматривает на воде зеленоватые в утреннем свете узкие сигары, едва видневшиеся между огромными оранжевыми бочками-поплавками.
— Что-то не похоже на три четверти метра, — заметил он. — В лучшем случае половина.
Но его никто не слушал.
Наконец, придя к какому-то соглашению, Эрик похлопал длинноволосого по плечу. Но Алексу не показалось, что верзила остался доволен. Длинноволосый безнадёжно махнул рукой, перегнулся через борт и крикнул что-то своим. Затем заспешил за Эриком, который уже слетел с бака и быстро шёл к рубке.
Алекс не стал их дожидаться,
— Доброе утро, амиго, — приветливо обратился к нему Эрик. — Всё готово, как будем грузиться?
— Как будто у нас два трюма — пробурчал Алекс. — Всё вниз, а там расклиним и принайтовим. Из-за чего спор?
Но Эрик уже двигался прочь, взмахами рук привлекая внимание крановщика. Алекс принял документы от верзилы и кивнул трюмной команде…
Погрузка затянулась до четырёх часов дня. Да и обедали не на скорую руку: капитан Йенсен был доволен, что всё прошло без приключений; Эрик — что его груз уже на борту, а Александр просто радовался вкусной пище. Эрик не забывал нахваливать камбуз, и Йенсен, тронутый его тёплыми словами, достал свою заветную бутылочку с лекарством от всех печалей. Так что к моменту, когда аварийно-спасательное судно и плавкран превратились в едва заметные огоньки на темнеющем горизонте, в каюте капитана царило согласие и полное взаимопонимание.
Расчёт Эрика оказался точным: они с Алексом оказались в судовом офисе только под самый вечер.
— Мы остановились на энерговооружённости… — начал Эрик. Но тут же спохватился: — Или у тебя появились вопросы?
— Нет-нет, — сыто отдуваясь, ответил Алекс. — Продолжайте.
— Революция на астероиде произошла прекрасным днём, когда в очередной раз, просматривая список уцелевшего оборудования, я наткнулся на мощный электродвигатель. Я подумал, что если соорудить маховик из какого-то массивного материала и поставить на него две уцелевшие дюзы от маневровых двигателей, то, насадив на ось маховика электродвигатель, в случае солнечного затмения, можно будет раскрутить его запасами водорода и кислорода. С учётом местных условий — невесомость и отсутствие атмосферы — идея мне показалась перспективной. Электродвигатель, используемый в режиме генератора, будет вырабатывать электричество примерно столько же времени, сколько времени я буду копить водород и кислород.
Сейчас-то я понимаю, что на самом деле в принятии решения сыграл совсем другой фактор. Дело в том, что корпусом маховика должны были послужить топливные контейнеры маневровых двигателей, сваренные в многоугольник по торцам. Но их нужно было чем-то наполнить. Чем? Мой Дом ничего кроме льда предложить не мог. Так что приходилось делать вылазку с астероида. Я изобрёл не маховик, а основание увильнуть от работы в оранжерее.
Топлива у меня по-прежнему было достаточно. Для малого каботажа, разумеется. Заправив ракетницы и взяв дополнительные баллоны с воздухом, я помчался к ближайшему соседу, радуясь ощущению свободы и пространства…
Эрик с минуту помолчал. Потом попросил:
— Кофе я не пью, но если бы ты предложил чай…
— Да, конечно, — откликнулся Алекс.
Он встал, налил в кипятильник воды и включил его.
Эрик внимательно следил за его движениями.
— Не буду утомлять тебя излишними подробностями. Все астероиды, на которых мне удалось побывать, представляли собой обломки камня, в лучшем случае с прожилками льда. Было немного олова, слюды. Но помимо всего прочего я нашёл свинец. Его плотность в десять раз больше плотности воды — отличный материал для маховика.