Бог неудачников
Шрифт:
Судите сами. Теперь я даже отряхнуться не успевал: в зоне ворот меня сразу хватали и волокли на кучу. С остальными тоже не церемонились. Мои бедные «карбонарии» совсем выбились из сил, а подмоги все не было. Ниоткуда. Кажется, еще минута и нас бы окончательно смяли, но тут, наконец, подоспели юнармейцы. Правда, за ними пожаловали и менты, прямо как неразлучники. Как бы там ни было, а моментом мы воспользоваться успели и, взявшись за руки, заняли позицию перед экскаватором. Так мы стояли, наверное, минут десять, отчего я внутренне возликовал. Все это время охранники не предпринимали никаких действий: то ли передышку взяли, то ли надеялись, что за нас менты
– Опять вязать будут, – обронил стоящий слева от меня соратник из числа юнармейцев, крепенький такой, которого я окрестил Велосипедом.
– К бабке не ходи, – кивнул соседствующий с ним лысый Чубатый, – нужно депутатшу вызывать, ее в участок не загребут.
– Ей уже звонили, – подхватил Верзила, – обещала приехать. Нам бы только до этого продержаться.
– Легко сказать, – хмыкнул я, внимательно изучая не сулящие нам ничего хорошего лица стоящих напротив чоповцев.
Без слов было понятно, что эти будут выдавливать нас до конца. Оставался открытым вопрос, как скоро к ним подключатся полицейские. Такое впечатление, что они специально оттягивали это удовольствие, чтобы мы в достаточной степени «созрели». А скорее всего, рассчитывали брать нас по одному уже после того, как охранники растащат по углам самых вертких и активных. Потому что в противном случае им самим придется разрывать нашу цепь, а в ней примерно половина пенсионерок. Опять же причина веская появится: потасовка, которую можно трактовать как уличные беспорядки. Правда, я был бы не против, если б они заодно хотя бы одного охранника прихватили, а то до главных зачинщиков у них почему-то руки и не доходят.
В общем, все замкнулось на держимордах из «АНТ», которые тоже почему-то медлили. То ли примерялись, как половчее нас раскидать, то ли устали не меньше нашего. Что касается экскаваторщика и водилы грузовика, то эти сидели в кабинах с постными минами. Наверное, догадывались, что сегодня пирожки им не светят. А светит простой со всеми вытекающими. А все из-за чего? Из-за какой-то старой развалины и кучки идиотов, которым не сидится дома. Видно, делать им нечего, вот с жиру и бесятся, пока простые работяги теряют из-за них свое драгоценное трудовое время. Хотя, вполне себе может быть, ни о чем таком эти двое не думали, и им было совершенно все равно, когда и чем закончится заваруха, невольными участниками которой они стали.
Но, чу, в стане противников началось небольшое движение. Рассредоточившись, они выстроились в подобие клина, которое наши древнерусские предки именовали свиньей. В ответ на это, мы сомкнулись плечом к плечу, а я постарался сгруппироваться, потому что стоял в центре, а значит, «кабанья голова» приходилась четко на меня. Минуту-другую ничего не происходило, а потом охранники молча бросились на нас. Меня взяли в клещи первым, при этом как-то сопротивляться я мог только ногами: руками я цепко держался за своих соратников, чтобы не дать наступающим возможность разомкнуть нашу цепь.
Боролись мы отчаянно и, не побоюсь этого слова, зло. При этом, как и накануне, больше других отличилась Странненькая. Когда держиморды стали на нее наседать, она, изловчившись, вцепилась одному из них зубами в запястье. Слышали бы вы, как он заорал! Отпрыгнул в сторону и чуть ли не горючими слезами залился, глядя на багровеющий кровоподтек. Хуже, однако, что менты сочли данный инцидент достаточным основанием для того, чтобы вмешаться в противоборство, тем самым предрешив его исход. Одновременно завелся и стронулся с места экскаватор, готовый рвануть
Эта женщина, я так и не понял, откуда она взялась, может, родилась в моем воспаленном писательском воображении, но как же вовремя! В длинном разлетающемся плаще и сапогах с высокими лаковыми голенищами, к которым ей, кажется, только хлыста и не хватало (и то только потому, что я не удосужился его придумать), она встала перед экскаватором и широко раскинула руки, словно приглашая: ну, иди же ко мне, если ты такой смелый! Рыжий краб дернулся и опустил клешню на землю, продолжая, однако, угрожающе рычать. Мы все, включая ментов и охранников, замерли в ожидании, чем закончится это противостояние железной силы и железной воли.
Тумблеры в моем раскаленном мозгу бешено переключались один за другим… Нет, на землю она не ляжет, не того она полета птица! Тогда, может быть, возьмет булыжник и бросит в кабину? Нет, опять не то! Она же укротительница, укротительница экскаваторов. А что должен сделать настоящий укротитель? Показать, что он сильнее. А сильнее кто? Тот, кто свободен от страха. Только такой человек способен положить голову в пасть тигру, или… Или, как моя укротительница в плаще и лаковых сапогах, прыгнуть прямо в ковш экскаватора!..
Почувствовав прилив вдохновения, я продолжал дописывать сцену набело. Так, теперь слово за массовкой. Пришел черед и ей показать, на что она способна. «Ну-ка, Чубатый, – приказал я беззвучно, – стряхни с себя с себя этого рыжего держиморду, которому нравится висеть на твоем плече». И тот беспрекословно выполнил мое распоряжение. «А ты чего, молчишь? – Не размыкая уст, повелел я взлохмаченной Старшой. – Ну-ка, подай голос!» И она тут же разразилась истошным воплем:
– Люди добрые, да что же это делается? Убивают! За что? Чтобы лишний миллиард загрести?
– Отлично! – мысленно похвалил я своих послушных персонажей и отдал новую команду. – А теперь, раз пошла такая свадьба, всем ковать победу кто как может!
А все словно только того и ждали. «Уф-ффф!..» – Выдохнули дружно и пошли на экскаватор, сметая на своем пути окончательно сдувшихся охранников и ментов.
– А ты чего примерз? Ну-ка, покажи, на что ты способен! – прикрикнул я и на себя, сам же себе козырнул. – Есть! – И ринулся в кучу-малу, в которую буквально на глазах превращался экскаватор. Несколько человек наших удобно расположились рядом с Укротительницей в ковше. Остальные гроздьями облепили кабину, в которой сидел бледный вытаращенный экскаваторщик. Я тоже стал громоздиться на подножку, не переставая при этом руководить «процессом», пребывая одновременно и в гуще жизни, и над ней.
– А вот и вы, как раз вас здесь и не хватало! – поприветствовал я вызванных моей неуемной фантазией главного застройщика и деятеля из префектуры. – Давайте подключайтесь, с вами веселее будет!
И те, полностью подвластные моему творческому замыслу, замельтешили вокруг экскаватора вместе с охранниками и ментами. Да, знайте теперь, какой я! Самому Затейнику могу конкуренцию составить! А может, он – это на самом деле я? С этой мыслью я лягнул ногой пытающегося оторвать меня от экскаватора держиморду, но не удержал равновесия и сорвался. Охранник хотел меня схватить, но я увернулся и, петляя, как заяц, побежал вдоль забора, стараясь не выпускать из поля зрения происходящего на пятачке перед воротами. Пока не услышал собачий лай.