Боец 4: лихие 90-е
Шрифт:
— Теперь верь, — он ухмыльнулся. — Я почему тебя и позвал: ты, говорят, здорово афиши сочинял? Так вот, возьмись за это дело.
— Мы с Русланом вместе сочиняли, — вспомнил я. — Это он говорил?.. Может, и сейчас нам вдвоем взяться? Он же пока не при деле, наверное?
Лицо босса посуровело — видно, хотел сказать, что в советах не нуждается… но здравый смысл предотвратил эту фразу.
— Дел ему хватит… — процедил шеф, — но вообще разумно. Ладно, я ему отпишусь на пейджер, а ты пока погуляй. Можешь
Я кивнул и вышел. Секретарша усердно работала.
— Алина, — сказал я, — можно у вас воды попить?.. Жарко, жажда донимает.
— Боржоми годится? — не глядя на меня, спросила она.
— Вполне.
— Возьмите в холодильнике. Стаканы наверху.
Я взял листок бумаги, карандаш, быстро набросал: «Надо поговорить. Есть тема».
Темы, собственно, никакой не было, мне просто хотелось с ней пообщаться не по работе.
Сунул ей листок. Она глянула, в лице совсем не изменилась, взяла ручку…
Пока я доставал Боржоми, пил, ответ был готов: «Не сегодня. Позже».
— Да, разумеется, — ткнув пальцем в надпись, сказал я, дописал: «Звони на пейджер, если что». Она глянула, утвердительно кивнула. Я взял бумажку, скомкал и вышел.
Пообедать не мешало, что я и сделал, и ровно через час вернулся в офис, на входе в Дом профсоюзов столкнувшись с Русланом.
— О, — сказал он, — тебя тоже шеф вызвал?..
— Да.
— Зачем?
Я пожал плечами, улыбнулся:
— Сейчас узнаем.
…когда шеф поставил нам задачу, Руслан воспрянул:
— Да это мы можем! Афиши такие сделаем — народ обалдеет! Только…
— Деньги будут, — коротко отрезал шеф. — Отчего это народ обалдеет? Объясни конкретно.
Руслан заговорил торопливо, но дельно. Его предложения: для афиш сделать фотографии бойцов. Ребят Ракитина запечатлеть с обнаженными мускулистыми торсами, в грозных позах, со зверскими лицами — и в таком виде отпечатать, развесить по городу… Это будет бомба!
Вадим Антонович слушал невозмутимо, пыхтел сигарой, но по его лицу я видел, что идея понравилась.
— Ладно, действуйте. А фотографировать ты будешь, что ли?
— Я! — горделиво выпрямился Руслан. — Я ведь профессионал! Закончил фотокурсы при комбинате бытового обслуживания. И корочка есть, диплом, можно сказать! И фотоаппарат имеется. «Зенит».
— Ишь ты, — усмехнулся шеф. — Ну, давайте.
— Да, — вспомнил я. — Нужны специальные перчатки для боев. Они не боксерские, совсем другие… — я описал перчатки, даже набросал эскиз. Шеф хмыкнул:
— Ладно, организуем.
И понеслось!..
…На следующий день Руслан заявился с «Зенитом» в секцию Ракитина, уверенно раскомандовался:
— Так, ребята, приготовиться! Кого порекомендуете?..
Андрей Борисович пожал плечами:
— Да кого хотите… Марат, будешь? — обратился к участнику
Марат аж порозовел от удовольствия, однако счел нужным солидно пробубнить:
— Ну, можно попробовать…
А Руслан впал в творческий азарт:
— Встаем в боевую стойку! Как это у вас?.. Нет, так не годится! Ты встал, как будто лопату проглотил. На фотографии будет тупо выглядеть. Ну-ка, сделай несколько движений… Во-во, то самое!..
Ну и так далее. Должен сказать, что делал наш фотохудожник все разумно, обоснованно, он действительно добивался эффектных, энергичных изображений, да и пацаны невольно загорелись, с удовольствием позировали, напрягали мышцы, строили не зверские, но суровые рожи, каждому хотелось попасть на афишу… Ракитин наблюдал за всем этим с иронией, но я-то видел, что и ему интересно. Наконец, отщелкав чуть ли не всю пленку, Руслан угомонился, зачем-то долго ковырялся в фотоаппарате, бурчал под нос — зачем, неизвестно…
— Ну, чего там? — не выдержал я.
— Во! — Руслан показал оттопыренный большой палец. — Снимки будут лучше, чем со Сталлоне! Увидел бы — от зависти уссался!..
Парни сдержанно загоготали, не решаясь громко ржать при строгом тренере.
Я не успел оценить этот замечательный прогноз, так как дверь спортзала внезапно распахнулась и в нее впорхнула вертлявая небольшая девица, крашеная в лимонную блондинку, за ней протиснулся сумрачный небрито-седоватый мужик, увешанный сумками-кофрами и держащий в руке массивный штатив.
— Здравствуйте! — сияя улыбкой, протарахтела барышня. — Телестудия «Вся Уфа», хотим взять у вас интервью. Кто у вас тут главный?..
Глава 17
Лимонная особа вопросительно переводила с Ракитина на меня, каким-то чутьем угадав в нас главных — а впрочем, тут особого чутья-то и не надо было.
Черт знает почему, но Андрей Борисович внезапно покраснел, засопел и сдавленным голосом сказал:
— Вот он… это Сергей, он инициатор… то есть организатор, короче все вопросы к нему…
Девушка подарила ослепительную улыбку персонально мне и затараторила, выплевывая слова автоматной очередью:
— Здравствуйте! Меня зовут Лиля. Нам стало известно, что в нашем городе будет проведен турнир по совершенно новому виду спорта, можно сказать, наш город и республика станут пионерами в развитии нового вида спортивных единоборств в нашей стране, а может быть, и в СНГ…
Все это она тараторила бодро, самоуверенно — чувствовалась репортерская школа, да и вблизи она оказалась постарше, чем мне почудилось сперва; на первый взгляд — совсем девчонка, а на второй — нет, ей что-то вокруг тридцати… И веяло от нее слишком пряными, но приятными духами… Ну да это все неважно.