Блуждающие тени

Щепетнов Евгений Владимирович

Девушка с удивлением посмотрела на меня:

– Неужели ты справился? Еще никто не справлялся! Они испытывали меня на всех, на ком могли, никто не смог справиться! Лезли на стену, вешались, ели дерьмо, бились в судорогах – но никто меня не осилил! Видимо, ты потому справился, что у тебя мозг особенный. Простой человек не смог бы со мной совладать.

– Скажи, Заря, а почему ты не ушла от них? Ты же могла заставить их выполнить все, что ты хочешь! Кто бы тебя остановил? Зачем тебе все это? Не понимаю.

– А ты сам подумай,

Колдун: куда я пойду? Кому я нужна, нищая, убогая, необразованная! Это теперь я знаю два десятка языков и разбираюсь, какой рукой взять вилку, а какой нож, а тогда – кто я была? А теперь уже поздно – у меня, так же как и у тебя, в спине сидит бомба, да и идти все-таки и сейчас некуда. Разве только… – Она помолчала. – Я бы с удовольствием посмотрела, куда ведут эти твои нити. Тебе никогда не хотелось посмотреть, где находится скопление этих вот колдунов? Где есть еще такие люди, как ты?

– Хотелось. Но куда я денусь от группы «Ночь»? Теперь уже вряд ли…

Неожиданно, как будто подтверждая мои слова, в сумочке Зари издал пронзительную трель телефон. Мы посмотрели в глаза друг другу, посерьезнели, и девушка достала аппарат.

С отвращением посмотрев на него, она с досадой сказала:

– И все было так хорошо… теперь началось. Ответишь?

– Ответь ты, какая разница? – отмахнулся я.

Девушка кивнула и, нажав кнопку приема, приложила трубку к уху, затем протянула ее мне:

– Тебя требуют.

Я взял телефон:

– Слушаю!

Голос куратора сказал:

– Санкционирую исследование на тему местонахождения подобных тебе людей. Какие средства тебе нужны для того, чтобы этим заняться вплотную?

– Деньги, – ни секунды не раздумывая, ответил я, – мне нужно купить мощный джип, экипировку, снаряжение. На всякий случай – оружие. Деньги на непредвиденные расходы. Зарю – в помощники.

– Хорошо, принято. Ожидайте звонка. Прежнее задание остановлено – не привлекайте к себе внимания, занимайтесь чем хотите, до особого распоряжения. Возможно, мы встретимся лично. Отбой.

Трубка замолчала, и я задумчиво положил ее на стол между мной и девушкой.

Она тревожно смотрела на меня и не решалась спросить – знала, что я и так не утаю от нее ничего сказанного, если только это особо не оговорили.

Я слегка улыбнулся ей и спросил:

– А почему тебя все-таки Зарей прозвали?

– А ты разве не почувствовал, как в глазах вспыхнула красная заря? Нет? А вот те, на ком испытывали мои способности, рассказывали, что перед глазами загорается красная пелена, как заря. Вот и Заря. Наши кураторы лишены воображения, раз заря – значит, Заря. Вот! – Она по-девчачьи показала язык куда-то в сторону, и проходящий мимо пожилой кавказец, решивший, что это его она дразнит, что-то буркнул неодобрительно и покачал головой.

Мы рассмеялись и откинулись на спинки стульев.

– Ну так что они там тебе втирали? – все-таки не выдержала девушка. – Что нового?

– Прежнее

задание отменяется, ждем новых указаний, а пока наслаждаемся жизнью и делаем что хотим!

– Ух ты! Слушай, а пошли куда-нибудь искупаемся? На пляж, например?

– А купальник-то есть?

– Да черт с ним, с купальником, пошли на нудистский – уверена, тут есть такой. Надо на городском пляже поспрашивать. Поваляемся, позагораем – я уже много-много лет не была на реке, только в самом детстве, когда мать была еще нормальной, мы ходили на речку, и, пока она там с подругами перемывала кости мужикам, я плескалась в воде у берега… так давно это было… Ну что, пойдем?

– Да пойдем, почему нет. Правда, я никогда не бывал на нудистских пляжах, как-то стремно… Впрочем, у меня тоже не осталось стыда, пошли! Где наша не пропадала!

Мы взялись за руки и, смеясь, сбежали по ступенькам длинной лестницы…

Поиск пляжа занял около часа, но в конце концов мы оказались на песке возле воды, где и наслаждались ярким, горячим солнцем.

Местные маститые нудисты с завистью поглядывали на нашу пару – женщины на меня, а мужчины на фигуристую Зарю. Нам было наплевать на них, только немного раздражали извращенцы, скачущие по кустам, выглядывающие из-за бугорков и дергающиеся в судорожных движениях.

– Вот уроды! – возмутился я, проводя пальцем по гладкой, упругой груди девушки, отчего сосок съежился и отвердел. – Может, пойти поотрывать им их грязные отростки? Достали! И заметь, они даже не на тебя глядя это делают, а на меня! Такое впечатление, что это они меня пользуют, скоты этакие!

Заря захихикала и изогнулась как кошка, с наслаждением впитывая лучи солнца.

– Оставь их – несчастные люди. Лучше пошли искупаемся, я уже перегрелась, как блин на сковороде! Все-таки под лампами солярия совсем не то, а вот солнце – другое дело!

И мы с разгону, разбрасывая брызги, влетели в прохладную воду, разгоняя стаи мальков и ползающих по дну раков.

Весь день мы тупо валялись, болтая ни о чем, время от времени пили теплую, как моча, газированную воду, ругая ее производителей, разок сходили в кусты погуще, где насладились друг другом под бешеный ажиотаж местных мастурбаторов, потом опять купались, загорали, снова купались…

К вечеру летнее солнце ослабло, народ потянулся с пляжа, и мы в толпе уходящих поджаренных граждан бездумно пошлепали в город.

– А правда хорошо день прошел? – прижавшись ко мне и заглядывая в глаза, спросила Заря. – Я никогда так хорошо не проводила время! Спасибо тебе за подарок.

– Да у нас еще будет много счастливых дней, подобных этому, уверен! – жизнерадостно сказал я и подумал: «Кто знает, кто знает… что ждет впереди?»

Девушка, вероятно, подумала о том же и погрустнела, потом встряхнулась:

– Будем принимать все таким, какое оно есть. Ничего другого не остается, что теперь поделать. Ну что, в номер пойдем?