Блики солнца в преисподней
Шрифт:
У него за спиной объявились Даша и Светлана.
– Ну, – произнесла Даша. – Что ты об этом скажешь?
Глеб сердито улыбнулся.
– Скажу: вот что бывает с копушами! «Ах, Дарья Николаевна! Ах, девочки!» Пусть теперь Светка домой тебя отвозит. Я в «Метрополь» опаздываю.
Даша притопнула каблучком.
– Я с тобой!
– Ага, щас! С тобой Мак-Грегор воспримет мой приезд как светский визит, и мы до ночи там проторчим. Отвезёшь её, Свет?
– Конечно, – Светлана взглянула
Глеб обнял её за плечи.
– Сычиха, ты молоток. Но твой чёрный пояс каратэ, как бы помягче выразиться… Не ввязывайся в драки, ладно? Потом я тебя потренирую.
– Когда? – уточнила Светлана. – Стас всё время отказывается.
– Потренирую вместе со Стасом, когда всё это кончится.
– Что «это»? Объясни.
Глеб открыл дверцу «жигуленка».
– Кабы я знал. – Он сел в машину и уехал.
Светлана и Даша в красном «москвиче» покатили в другую сторону. Обгоняя на повороте троллейбус, Светлана полюбопытствовала:
– Эти ребята на крыльце и были Лёнька с Гулькой?
В зелёных глазах Даши вспыхнули искорки.
– Стыдись, Сычова. Их надо знать в лицо.
6
Лёня Рюмин и Гуля Шарипова шли к метро, не оглядываясь. Погода по-прежнему была пасмурной, и дождь, казалось, вот-вот хлынет. Однако угроза эта в реальность не воплощалась: было сухо и тепло. После продолжительного молчания Лёня произнес:
– Странно. Узнал меня, но не подал виду.
– Кто? – спросила Гуля.
– Юрий Васильевич. Этот чувак из ФСБ. Мы с ним встречались: мой фазер – его шеф. Он меня узнал и понял, что я узнал его. Но даже бровью не повёл.
Гуля фыркнула.
– А что он был должен? Облобызать тебя троекратно?
Лёня помедлил с ответом.
– Насчёт облобызать – обойдусь. Но как он вообще там оказался? Кинулся выручать этого жирного недоноска… Странно, говорю тебе.
Подумав, Гуля предложила:
– Скажи папе. Может, он как-то объяснит…
– Уж он объяснит! – тряхнул чубчиком Лёня. Он выпрямил спину, копируя осанку отца. – «Леонид, – скажет он, – у тебя есть дела? Если нет – почитай книгу». Пойми, восточная женщина: чекисты на вопросы не отвечают, они их задают.
Гуля улыбнулась.
Московские улицы в предверии выходных буквально бурлили. Народ сновал по магазинам, питейным заведениям и прочим объектам цивилизации. Лёня и Гуля, как опытные мореплаватели, лавировали средь вихрящихся людских потоков.
– Ты заметил? – осторожно проговорила Гуля, – что вокруг толстяка возник такой же сумрак…
– Чушь! – перебил Лёня.
– …как у тех мальчишек возле Сашиного дома? – закончила вопрос Гуля.
Лёня покрутил пальцем у виска.
– Кому-то
– Ты ведь заметил, только не хочешь…
– Че-пу-ха! Гулька, ты ужастиков насмотрелась.
Гуля сверкнула карими глазами.
– Рюмин, ты ишак!
Некоторое время они шли молча. По мере приближения к метро плотность людских потоков возрастала. Чтоб «течение» их не разлучило, Лёня и Гуля умело продвигались плечом к плечу.
– Что я заметил, – примирительно произнёс Лёня, – то, что мы стали часто влезать в потасовки.
– Ну и что? – покосилась на него Гуля.
Лёня пожал плечами.
– Неинтеллигентно.
Прыснув, Гуля чмокнула его в щёку. Лёня вздыбил пятернёй чубчик.
– Ну, если ты так реагируешь… можно ещё подраться.
7
Стоя у окна своей комнаты, Саша смотрел во двор. Вихры на его затылке топорщились, как иголки ежа. Во дворе мальчишки его возраста гоняли в футбол. Саша наблюдал за ними с напряжением и завистью.
В комнату заглянула бабушка.
– Шёл бы погулять, Сашок. Пятница ведь.
– Отстань, ба! Не хочу.
Мимо бабушки в дверь протиснулась сестрёнка. Банты на её косичках задорно колыхались.
– Сань, пойдём! – заканючила она. – Одной мне скучно. Веруня заболела, Галка в гости ушла…
– Дома сиди, дура! – рявкнул Саша. – Нечего по двору шастать!
Бабушка всплеснула руками.
– Слова ему не скажи! Что с тобой творится? Ей-богу, позвоню Глебу…
– Кого ты пугаешь?! Звони, ба! Только дверь закрой!
Бабушка в сердцах хлопнула дверью.
Танька осталась в комнате.
– Сань, пойдём, а! – не сдавалась она.
Саша резко обернулся.
– Иди сюда.
– Зачем? – Танька опасливо приблизилась.
Саша обнял сестрёнку за плечи.
– Глянь-ка в окно. Ребят вон видишь?
– Ну?
– Как они, по-твоему? Нормальные?
Танька вылупила на брата глазёнки.
– Как это?
– Посмотри, – пробормотал Саша. – Может, с ними что-то не так?
Девочка вперилась в играющих в футбол мальчишек и с сомнением произнесла:
– Ой, даже не знаю.
Саша обнял её крепче.
– Давай понаблюдаем. А потом стихи писать сядем. Про осень, Лёня и Гуля просили.
– Они придут? – обрадовалась Танька. – Сегодня?
Саша покачал головой.
– В понедельник. Но стихи ещё придумать надо, а мне в голову ничего не лезет.
– Понимаю, – вздохнула девочка.
В комнату вновь заглянула бабушка.
– Пойдём, Танюш, я с тобой погуляю.
Танька мотнула косичками.
– Нет, ба. Мы в окно смотреть будем.