Блики солнца в преисподней
Шрифт:
– Отвезёшь меня к Ньюгартам! – прошипел голос японца. – Отвезёшь!
Глаза барона полезли из орбит. Хватая ртом воздух, он попытался оторвать от горла кошмарную эту руку. Но хватка узловатых пальцев лишь усилилась, и голос продолжал шипеть:
– Ты подчинишься устрице протухшей! У тебя нет выбора!
Шейный позвонок барона хрустнул, глаза его закатились, язык вывалился наружу. Невероятная рука, однако, не прекращала его трясти, и голова барона болталась, как у тряпичной
Еще с минуту просидев молча, японец произнёс:
– Мистер Мак-Грегор, вы… – И, замысловато выругавшись, перебрался на переднее сиденье.
Он проворно обыскал труп, но ничего ценного для себя не нашел, поскольку документы и деньги барона его не интересовали. Оставив всё как есть, маленький японец проговорил с упрёком:
– Вы осложнили мою задачу, мистер Мак-Грегор. Нужно было сотрудничать. – Приоткрыв дверцу «вольво», он скользнул в темноту московской улочки.
25 сентября, суббота
1
Супруги Ньюгарт завтракали рано. Суббота, не суббота – в лабораторию Джордж рвался не слабее, чем в Манчестере. Над дачей в Голицыно плыли редкие облачка, и солнце из-за деревьев тянулось к чайному сервизу. Женщина в белом фартуке расторопно обслуживала супругов, но лица Джорджа и Люси хмуростью своей превосходили её пасмурную физиономию.
– Ты уверена, что правильно продиктовала адрес? – осведомился Джордж.
Люси подлила ему в чай молока.
– Дорогой, ты несносен. Я всегда уверена в том, что делаю.
– Именно поэтому мы оказались здесь, – не удержался Джордж.
Люси поджала губы, щёки её побледнели.
– Давай, милый, добей меня.
Джордж накрыл её руку своей. Его порозовевшая лысина, голубые глаза и даже нос картофелиной выразили раскаянье.
– Плесни мне в рожу чаем, – предложил он.
Люси улыбнулась, инцидент был исчерпан.
Горничная внесла блюдо с дымящимися блинами и вышла.
– О-о! – Джордж погладил брюшко. – Это уже слишком!
Люси вперила взгляд в окно.
– Поверь, дорогой, я обеспокоена не менее тебя. Ричард всегда держит слово и, если он не приехал…
– Вот что мы сделаем, – перебил Джордж. – После обеда отправимся к нему в отель.
Люси замерла с чашкой в руке.
– На чём отправимся, на самокате? – съязвила она.
Джордж пожал плечами.
– Почему бы не вызвать такси?
Люси
– Не мели ерунды! Слушать противно!
Джордж положил себе в тарелку блин.
– Обожаю, когда ты так орёшь. Детка, погромче.
– Прости, дорогой. Какое к чёрту здесь такси?
– В таком случае одолжи «мерседес» у своего племянника. Сколько их у него – шесть, восемь?
– Всего-навсего три, – уточнил по-английски вошедший Куроедов. Он был в модном костюме и при галстуке. Улыбка его так и просилась на журнальную обложку. – Куда это вы собрались, дяденька с тётенькой?
Джордж задиристо взмахнул вилкой.
– Мы должны отчитываться?! Мы в заточении?!
Улыбка Куроедова казалась непрошибаемой.
– Ведь вам нужна моя машина. Могу я поинтересоваться зачем?
– Чтобы ограбить банк! – рявкнул Джордж.
Люси умиротворяюще подняла руку.
– Мы хотели бы съездить в «Метрополь», повидаться с приятелем, – произнесла она по-русски.
– Пригласите его сюда, – по-русски предложил Куроедов. – Разумеется, его обыщут. Если не обнаружится оружия и прослушки, ваши друзья – мои друзья.
Не понимающий языка Джордж в досаде перевёл взгляд с жены на её длинноволосого толстого племянника. Люси ответила:
– Спасибо, Володя. Собственно, так я и поступила. Ричард намеревался вчера сюда приехать, но не приехал. На него это не похоже, мы беспокоимся.
Куроедов отмахнулся.
– Мало ли. В «Метрополе» такие классные проститутки…
– Владимир! – хлопнула по столу Люси. – Либо контролируй свои мысли, либо заткни свою сраную глотку!
– Что он сказал? – встревоженно поинтересовался Джордж. Но вопрос его повис в воздухе.
Куроедов с ухмылкой поднял руки.
– О’кей, тётя Людочка, о’кей. У меня дела в городе, и ближе к вечеру я подрулю в «Метрополь» и… Как имя вашего приятеля?
– Ричард Мак-Грегор.
– О’кей. Подрулю в «Метрополь», разыщу там Ричарда Мак-Грегора и лично доставлю вам. Годится?
Люси просияла.
– Было бы чудесно! – Она перевела эту идею мужу. – Согласен, дорогой?
Джордж хмуро кивнул.
– Если он по дороге Ричарда не прикончит.
Хохотнув, Куроедов перешёл на английский:
– Ты параноик, дядя.
– А ты кретин, – буркнул Джордж.
– У каждого свои недостатки, – парировал племянник, направляясь к двери.
Джордж бросил вдогонку:
– Как там твоя девушка? Не засохла ещё от любви?
Куроедов застыл в дверях. Затем произнёс сквозь зубы:
– Не подавись блином, Джордж. Это подорвёт наш бизнес. – И, откинув со лба волосы, вышел.
Конец ознакомительного фрагмента.