Блеск Бога
Шрифт:
— Я могу плыть дальше?
Старуха пожала плечами.
— Раз ума нет, поступайте как знаете.
Она взяла из рук ребенка сумку со своими лекарствами и бинтами, и они ушли. У раненого, сидящего на ящике, был блаженный вид. Он вздохнул. Двое юношей ожидали ответа на свой вопрос о Круатандьё.
— Этот корабль принадлежит мне, — сказал капитан, показывая на „Л’Элексьон“. — Его зафрахтовали двое важных господ, которые хотели, чтобы я перевез их в Святую землю. Странные паломники, по правде говоря. Мужчина и женщина. А братья и сестры, которые их сопровождали?! Мне надо было поостеречься.
Капитан
— Они не хотели, чтобы на борту находились посторонние — только они и мой экипаж.
Тут Нума заговорил о Круатандьё.
— Человек, который меня нанял, в Венеции погрузил на борт множество ящиков, — сказал он. — Я не знал, что они перевозят, но мне достаточно заплатили, чтобы я не лез в чужие дела. Учитывая количество пассажиров, я, однако, нанял еще двух матросов перед тем, как мы отправились в море, чтобы оставаться хозяином положения на корабле. Так ко мне и попал ваш друг.
— Он был на вашем корабле?
— Да. Он не нашел себе места на других кораблях, отправлявшихся в Святую землю. Но черт меня дернул его взять! Это из-за него с нами случился в море этот кошмар. Настоящий ад! Именно об этом я хочу говорить сруководителями паломников!
После этого он замолчал.
Лишь благодаря обещаниям щедро вознаградить его и заверениям, что троих юношей объединяла настоящая дружба, он согласился продолжить свой рассказ. Видно было, что он страшился того, что ему предстояло рассказать.
— Когда мы были в море, у вашего друга, как и у меня, вызвали подозрение эти паломники с лицами заговорщиков. Только вместо того, чтобы благоразумно не вмешиваться в чужие дела, эта горячая голова решил подслушать их разговоры и все время крутился вокруг их багажа.
— А потом? — спросил Козимо, все больше волнуясь.
— Потом… Это целая история! Человек, который меня нанял, перевозил не только сундуки, у него был пленник. Они держали бедного мученика в водостоке. Самым непредвиденным было то, что ваш друг заявил мне, что знает его!
— Знает его?
— Это был его друг, попавший много недель тому назад в руки этого монстра, который пытал его, уж не знаю, по каким причинам.
Козимо захотел узнать без промедления, где находится Круатандьё.
— Я думаю, ваш друг лишился рассудка… Да-да, это было неразумно… Его поймали, когда он пытался бежать с „Л’Элексьон“ вместе со своим товарищем. Его схватили в тот момент, когда он отвязывал шлюпку, затем заковали в цепи, как и второго. Я ничего не мог сделать. На протяжении многих дней они пытали их.
— Как выглядел второй юноша? — спросил Ролан.
Нума задумался.
— Такой… в общем, здоровяк. На лице ужасные следы побоев и пыток. Но мне кажется, что его окровавленные волосы были рыжими.
— Жазон! — воскликнул Козимо. — Это Жазон! Жазона нашли в Эерле и взяли в заложники!
Он побледнел.
— Где они? — твердо спросил капитана Ролан. — Куда они их увели?
Вандеслас Нума нахмурился.
— Их тела сейчас покоятся на дне моря. Мне очень жаль.
Козимо
— Так как ваши друзья отказывались отвечать на вопросы их палача, — подавленно продолжил капитан, — тот в конце концов решил бросить их за борт незадолго до прибытия в порт. Я хотел помешать этому, но он рубанул меня мечом, и я благоразумно притворился мертвым.
Лица Козимо и Ролана были белыми как мел.
— Где они? — вскричал Ролан. — Твои пассажиры — мужчина и женщина — куда они делись?
— Утром явился рассыльный и доставил им какое-то сообщение. Они тут же покинули корабль, заплатили моим матросам и приказали им исчезнуть и никому не говорить ни слова о произошедшем здесь. А я остался один на корабле!
— Они разве не собираются следовать дальше? — спросил Козимо.
— Нет. Для них паломничество закончилось здесь, в Отранте.
— Когда они ушли? — уточнил Ролан.
— Час тому назад. Как я понял, они покинули город.
Ролан посмотрел на Козимо.
— Они должны быть где-то неподалеку.
— Но их много… — сказал Козимо, догадываясь о намерениях своего друга.
— Мы не имеем права дать убийцам безнаказанно скрыться, — сказал Ролан. — Нужно их догнать. Давай разделимся. Ты должен попасть на корабль к де Пайену, потому что вдвоем нам это не удастся сделать. Пока мы не прибудем в Святую землю, я тебе мало чем смогу помочь. Продолжай расследование, найди Измаля и доведи до конца начатое. Если ты потерпишь неудачу, значит, наши друзья умерли зря. А я разыщу их убийц. Встретимся в Иерусалиме.
Козимо хотел было не согласиться.
— Не будем спорить, — остановил его Ролан. — Мне нужно торопиться. Здесь наши пути расходятся.
Капитан изумленно наблюдал за этой сценой.
Два друга обнялись и поклялись встретиться в Святой земле.
Ролан вскоре скрылся из виду, свернув за мол.
Козимо проводил его взглядом.
— Вот настоящий мужчина, — просто сказал Нума, нарушив долгое молчание.
На следующий день, помолившись за погибших друзей и пытаясь умерить свой гнев, Козимо вернулся в порт и направился к „Л'Актурусу“ — кораблю Хьюго до Пайена. Он намеревался проследить за тем, что происходит на корабле главы Милиции. На берег сносили бочки для пополнения запасов питьевой воды, чинили паруса, часовые постоянно несли вахту, так что нечего было и думать о том, чтобы попасть на корабль.
Затем Козимо кое-что придумал.
„Поскольку я не могу попасть туда, пока корабль пришвартован, почему бы мне не попытаться пробраться на него, когда все суда выйдут в море?“ — подумал он.
Он вернулся к „Карлусу Магнусу“ де Сент-Амана Посмотрел большие коллекторы дождевой воды — изобретение инженера. Козимо некоторое время о чем-то думал, затем покинул порт и поднялся к крепости. По дороге он то и дело спрашивал у местных жителей:
— Где мне найти продавца ртути?
Продавцами ртути называли алхимиков, целителей и колдунов, так как то, чем они занимались, было запрещено, но их можно было найти повсюду. Расспросы ничего не дали, но тут к нему подошел ребенок. Он шел за Козимо какое-то время, заинтересовавшись задаваемыми им вопросами.