Блеф
Шрифт:
– Прекрати! Это не так! У нас сейчас нет времени на то, чтобы ты погружался в чувство вины. Если кто и виноват, так я. Это я позволил ему уйти.
– Ты не мог знать, что он стал разносчиком.
– Я тоже так думаю. Что сделано, то сделано. Надо смотреть в будущее.
– Если оно есть.
– Мы должны сделать так, чтобы было.
– Как ты ухитряешься так хорошо приспосабливаться и сохранять оптимизм?
– Я слишком туп, чтобы вести себя по-другому.
Джордж Мартин
«Вся королевская конница»
VI
Огромная
Люк в корпусе одного самого старого челнока, Жука, был распахнут настежь. Всю последнюю неделю он занимался тем, что заменял вакуумные лампы, приводил в порядок камеры и проверял проводку. Теперь все было отлажено, как никогда.
– Какие черти меня только за язык тянули? – сказал себе Том. Его слова эхом отразились от стен бункера.
Он мог бы нанять грузовик, может быть, с полуприцепом. Джой мог бы в этом посодействовать. Подогнать его к бункеру, погрузить челноки и без проблем доставить в Джокертаун. Но нет же, он умудрился пойти к Даттону и пообещать, что сам перенесет их к нему. Ни один джокер больше никогда не поверит ни единому его слову, если он воспользуется услугами службы доставки вместо того, чтобы сделать это самому.
Он бросил взгляд на открытый люк и попытался представить, как полезет в эту темноту, загерметизирует дверь, погребая себя в металлическом гробу, и почувствовал, как комок желчи подступает к горлу. Он просто не мог заставить себя это сделать. Все его существо противилось этому.
Но разве у него оставался выбор? Кладбище старых челноков больше ему не принадлежало. Меньше чем через три недели нагрянет бригада рабочих и начнет расчищать весь этот хлам, скопившийся здесь за последние сорок лет. Если челноки все еще будут лежать здесь, когда начнут разгребать груды металла бульдозерами, сделка сорвется, и у него будут серьезные неприятности.
Том собрался с силами и сделал первый шаг. Ничего страшного, убеждал он себя. С челноком все в порядке, он в состоянии переправить его через бухту, как делал это тысячу раз. Нужно лишь решиться на один последний полет, и все. Один последний раз, и он обретет свободу.
Вся королевская конница и вся королевская рать…
Том опустился на колени, ухватился за верхнюю часть люка и сделал глубокий медленных вдох. Под пальцами ощущался леденящий холод металла. Он пригнул голову и втащил себя внутрь, размашистым движением захлопывая люк за собой. В ушах стоял звон от оглушительного лязга металла. Внутри корпуса царила непроглядная тьма и холод пробирал до костей. Во рту пересохло, и сердце заколотилось от необъяснимого ужаса.
Он попытался на ощупь найти кресло пилота и, почувствовав наконец под руками рваную виниловую обшивку, пополз к нему. Бездонно-черная мертвенная тьма
Внезапно он почувствовал, что падает.
Головокружение обрушилось на него, как сбивающая с ног волна. Том ухватился на подлокотники кресла, пытаясь убедить себя, что ему это чудится, но ощущения не уходили. Вокруг него сомкнулась непроглядная тьма. Тошнота подкатила к горлу, и он пошатнулся вперед, сильно ударившись лбом об изогнутую стену челнока. Я не могу упасть, – громко выкрикнул он. Слова эти звенели у него в ушах, когда он все-таки рухнул на пол и теперь лежал, совершенно беспомощный в бронированном склепе. Почти задыхаясь, Том в отчаянии шарил руками по стене, руки скользили по стеклу и винилу, ища выключатель.
Внезапно все телевизионные экраны в кабине вокруг него ожили и засветились призрачным светом.
Пошатнувшийся мир встал на свое место. Дыхание Тома выровнялось. Он уже не падает. Он в целости и сохранности, сидит на полу в челноке, находящемся в бункере, он уцелел после падения в бездонную яму и, самое главное, уже не падает.
Экраны заполнились черно-белыми изображениями. Аппаратура была самых разных размеров и марок, на некоторых экранах изображение отсутствовало, а на одном из них картинка медленно кружилась, но Тома это нисколько не расстраивало. Он теперь мог видеть и больше не падал.
Он нашел пульт управления системой слежения и привел в движение наружные камеры. Изображения на экране менялись по мере того, как он сканировал окружающую остановку. Два других челнока – пустые оболочки – валялись в паре футов от его убежища. Он включил вентиляционную систему и услышал жужжание вентилятора, потоки свежего воздуха потекли по его лицу. Струйка крови заливала ему глаза – он поранился во время приступа паники. Том вытер ее тыльной стороной ладони и тяжело опустился в кресло.
– Ну, хорошо, – громко произнес он вслух. Пока ему все удается. Но отдых – это все же непозволительная роскошь. Надо подниматься в воздух и отправляться восвояси. Из этого бункера, через Нью-Йорк-бей. Это будет его последний полет – что может быть проще? Он дал команду к старту.
Челнок медленно покачнулся из стороны в сторону, оторвался от земли примерно на дюйм и с грохотом обрушился вниз.
Том чертыхнулся. Вся королевская конница и вся королевская рать, – подумал он. Он попытался изо всех сил сосредоточиться и предпринял новую попытку взлететь, которая также окончилась безрезультатно.