Благими намерениями
Шрифт:
Дварф вытащил мешочек, взвесил на руке.
– У меня только сто.
– Мало, - с сожалением ответил торговец.
– У слуги моего ещё монет пять-восемь наскребу, - с надеждой кинул Медард.
Лавессид забарабанил пальцами по столу, пристально посмотрел на дварфа, помешкал и выпалил:
– Ладно, за сто отдаю, так уж и быть. Не надо никуда ходить. Рассмешил ты меня, скидку сделаю. В убыток себе продаю, драгоценный. Давай сюда мешочек свой, я пересчитаю, - нагнулся, поставил на стол два небольших кубка и бутыль.
– Разливай пока.
– Это что?
–
Чокнулись. Дварф выпил жидкость одним глотком, и его пробила мелкая дрожь.
– Ух-ха-а! Вот это продрало!
Лавессид пересчитал монеты, улыбнулся.
– Всё, драгоценный, сделка состоялась. Прячь пузырьки подальше и никому не показывай. Не бойся, всё работает наилучшим образом, мне репутацию терять ни к чему. Покупатель бережно убрал товар в потайной карман, пожал руку и вышел на улицу. Кивнул охранникам и побрёл в сторону плетеного забора.
Первое, что он увидел, прикрыв за собой ворота: его слуга Геци, которого обступила добрая дюжина низеньких крепышей. Коренастые, широкоплечие, ростом около полутора ярдов, одетые в такие же полосатые шаровары, они ходили кругами вокруг него и пытались что-то узнать. Геци отворачивался, отрывисто говорил, давал всем видом понять, что разговаривать не намерен. А ещё был очень обескуражен.
"Карлики проклятые, - стиснул зубы и зашипел Медгар, - Вас-то тут и ждали.
Он сглотнул ком в горле и бодрой походкой зашагал к толпе. Лавессидский самогон, смешавшись с элем, ударил в голову.
– Кто такие? Чего надо?
– грозно спросил Медард.
– Поговорить надо.
– Зачем?
– Просто надо! Трудно что ли?
– Не хочу я с вами говорить!
– Медард попытался ухватить Геци за рукав, но его оттёрли, взяв в полукольцо.
– Ты чего такой странный, большой?
– Какое ваше дело вообще? Чего пристали?!
– Откуда ты?! Отвечай!
– прорычал самый крепкий дварф, видимо, старший.
– Что за идиотская привычка отвечать вопросом на вопрос?! Как хоббиты прямо. Из Ноортокса!
– Из какого клана?
– повторил вопрос дварф.
– Да идите вы к лешему!
– взорвался Медард, - не вашего ума дело! Оттуда, где дварфы нормальные, а не такие идиоты, как вы! Надоели уже, хуже гномов! Вообще, у нас дела, - резко толкнул двоих дварфов, взял под локоть Геци, напряжённо ждущего исхода разговора и попытался уйти. Кто-то вцепился в его колет и потянул на себя.
– Он сравнил нас с гномами!
– Разговор не окончен!
– Да бей их! Чего они под нас вырядились?!
Тут Медард не выдержал и двинул коленом близстоящего дварфа, распинал руками остальных и бросился бежать, вопя во всю глотку "Люди! Дварфы дварфов бьют!". Геци увязался за ним, но был остановлен. Несколько побежали за ним. Поскольку перебирали они ногами быстрее, чем добыча, то вскоре нагнали его и повалили на землю. Он пробовал отбиваться руками и ногами, но вскоре понял, что бьют скорее всё-таки его, и получается это весьма больно. На шум драки стеклась толпа. Кто-то начал заступаться за Медарда с Геци, кто-то встал на сторону
ГЛАВА 1
Король Гардарии Ровид, при жизни прозванный Великим, был ещё достаточно молод, но на голове у него не было волос, которые не тронула бы седина. Несмотря на кажущуюся грузность, государь был ловок и проворен, к тому же в отличие от соседних правителей предпочитал праздным пирушкам охоту и упражнения с оружием. Под стать ему были и его дети: будущий наследник престола Кисеб, являвшийся лучшим фехтовальщиком королевства и неоднократно выигрывавший рыцарские турниры Гардарии и сопредельных княжеств, и младшая Тествера, способная поспорить стройностью с нереидами, а высокой грудью с нимфами и русалками. В последнее время Ровид с Кисебом оттачивали владение мечом каждое утро.
Молодой мужчина, без стука вошедший в тренировочный зал, как раз застал короля с сыном за вольтами и пируэтами. Вошел бесшумно, поэтому сразу его не заметили. Был он одет в стеганый камзол и недавно начавшие входить в моду шоссы. Мышиного цвета плащ с капюшоном посетитель успел снять и держал в руке. Одежда была покрыта слоем пыли. Вкупе с резким запахом конского пота не было сомнений, что до королевского замка ему пришлось совершить длительный конный переход. Посетитель переложил плащ из одной руки в другую и деликатно кашлянул, привлекая внимание. Ровид, успев парировать выпад сына, резко развернулся и замер в стойке, однако, узнав вошедшего, сразу расслабился. Кисеб же отсалютовал мечом и бросил его подобно копью, попав в деревянный манекен, изображавший противника. Точно в голову. Сталь завибрировала и зазвенела.
– Как мальчишка, - шутливо посетовал Ровид, - постыдился бы при графе.
Королевич довольно осклабился и подошел к вошедшему мужчине. Чуть приобнявшись, они похлопали друг друга по плечам.
– Оставляю Вас, милостивые государи, - Кисеб показушно раскланялся, и, увернувшись от отеческого подзатыльника, покинул комнату.
– Всё ещё продолжаете тренироваться, Ваше величество?
– с улыбкой спросил вошедший мужчина.
– Приходится чаще поддерживать форму, - объяснил Ровид, - знаешь же, что я не люблю ходить с охраной. Народ обижается. А к народу надо быть ближе.
– Я не одобряю этого, Ваше величество, знаете же. Как бы Вас ни любили, как бы ни уважали, однако, найдется несколько умалишенных, которые захотят войти в летописи, как убийцы Ровида Великого. Да и Ваши упражнения не защитят ни от арбалетного болта, выпущенного с крыши наёмным убийцей, ни от мага-ассасина, ни от яда.
– Ну, хватит, граф! Я позвал тебя не для того, чтобы ты читал мне нотации, как ребенку. Я прожил на свете почти полвека и, представь себе, не помню ни одного покушения. Лучше перейдем к делу.