Битва
Шрифт:
— Так что ты собираешься сделать с мышонком?
— А зачем ты спрашиваешь? — подозрительно поинтересовалась Наоми, крепко прижимая Чингисхана к груди.
Сияющий пожал плечами.
— Просто хотел сказать, что мы с Писклей могли бы заботиться о нем, следить, чтобы он не шлялся по всей лаборатории. Пока тебе в голову не придет какой-нибудь другой вариант.
Наоми радостно заулыбалась.
— Ты просто душка. Ты и правда сделаешь это?
— Да мне это на фиг надо, — поспешил добавить Сияющий. — Пискля почти позеленел от тоски, хотя… ха-ха, вот сказал-то. Синий человек
На глазах Наоми выступили слезы.
— Снэйк, прости меня за случившееся, — сказала она. — Я бы никогда не отказалась от данного мной слова, но в ту минуту у меня не было выбора.
— Ладно, забыто, — сказал Сияющий.
Наоми отдала Сияющему Чингисхана, затем поднялась на цыпочки и поцеловала его. Он шлепнул ее по попке. Потом она велела Сияющему возвращаться в аквариум, и он пошел. Менискус нахмурился. Почему Сияющий не взял, да и не сбежал, когда была возможность?
— На что уставился? — сказал Сияющий, догадавшись по лицу Менискуса, о чем тот думал. — Лучше принимайся за работу. Я мог бы быть уже снаружи. Чингисхан, знаешь ли, оказывал тебе все эти услуги не за красивые глазки.
— Я попытаюсь, — сказал Менискус и принялся просматривать файлы «И-МИДЖа».
Позже ему показалось, что прибыл заказ из «Велосипедного фана». Менискус услышал голос Берни Тактарова, и предпринял нечеловеческое усилие, чтобы остаться в игре.
— Нет, боже, какие идиотки! — вопил Сияющий. — Такого не было в ваших инструкциях!
Менискус приоткрыл один глаз. В лаборатории возвышались три дородные матроны, которые зажали меж собой бесчувственную Наоми.
— На бланке заказа мы почти ничего не разобрали, — сказала самая внушительная из трех.
— Прошу прощения, — вставил Берни Тактаров. — Я так сильно расплакался, что, должно быть, чернила потекли. Нам пришлось догадываться, что вы написали.
— Что ж, ваши догадки неверны. Дерьмо. Камеры успели записать это?
— Нет, конечно же, нет!
— Тогда тащите ее в арендованную машину. Берни, вы поведете. Увезите ее отсюда, мне наплевать, куда вы поедете, лишь бы куда подальше. Остальные укройтесь в трейлере Берни и ждите. Не показывайтесь никому на глаза. Я работаю над другим планом. Вот, я все записал для вас.
— Что делать со всеми этими велосипедными деталями?
— Положите их сюда. Нет, не мешайте ему. Он болен.
Все засуетились. Менискус вернулся в игру, где он разыскивал данные «И-МИДЖа» по Сияющему. Спустя какое-то время ему показалось, что Сияющий пришел проверить его. Он почувствовал, как здоровяк взял его запястье и стал считать пульс.
— Твою мать! — прошептал Сияющий. Но Менискус не мог тратить силы на то, чтобы начать гадать, что бы такое он мог иметь в виду.
ДЕСЯТЫЙ КАНАЛ
Даже не представляю, что за транспортное средство нашла себе 10Еша. Поначалу я решила, что это один из тех фэбээровских фургонов, которые сплошь и рядом видишь в фильмах, ну, вы понимаете, такие фургоны, которые снаружи кажутся грузовичками по доставке пиццы,
— 10-я, пожалуйста, не надо показывать эту пленку. Может, ты хочешь, чтобы я что-то сделала взамен? Тебе понравились те обзоры, что я написала? Что мне сделать, чтобы ты прекратила? Что я могу для тебя сделать, когда даже толком не знаю тебя?
Я разразилась рыданиями. 10-я просто смотрела на меня с равнодушным интересом, отчего во мне снова вспыхнул гнев.
— Тогда, да поможет мне бог, я выслежу тебя и убью, если ты посмеешь поместить запись в сети!
— Ах, брось, девочка, тоже мне, нашла из-за чего расстраиваться. Ну взял он и трахнул тебя, что тут такого?
— Это не значит, что теперь я горю желанием, чтобы все смотрели на это. Черт, 10-я, пойми же меня!
— Ты могла бы прикончить его. Вот Сук Хи скорее всего так бы и сделала. Она бы сказала: «Отымей меня, а не то тебе не поздоровится, сука!», а потом, если бы он не справился, просто отстрелила бы ему башку.
— Нет, она бы никогда так не поступила! — рявкнула я. — Она очень славная. Просто ума не приложу, с чего это она сегодня так взбесилась.
10-я отвернулась.
— Может, она планировала все давным-давно. И возможно, пошла на провокацию. Как бы то ни было, дело сделано.
— Какое еще дело?
— Трансляция. Благодаря твоей подружке Кери здесь повсюду теперь установлены жучки. Снаружи все как на ладони. Улыбочку!
Я не улыбалась.
— Ты не собираешься спросить у меня, куда подевалась КрайЗглу?
— Я знаю, где она. Мне удалось заснять, как ее арестовали на стоянке магазина игрушек «Тойз-арас».
— Да ни черта!
— Твои новости слегка устарели, девочка. Видела, что происходит в грузовом туннеле?
Я покачала головой. Изображение 10-й померкло, вместо него появились снятые камерой наблюдения кадры подземной разгрузочной платформы. Служащие Торжища, облаченные в голубую униформу, выгружали коробки и складывали их на тележки. А еще там повсюду слонялись копы, переговаривающиеся по рациям. Как будто ожидалось поступление крупной партии новых товаров.
— Что они делают? — бросила я в никуда. Люди на экране продолжали деловито разгружать ящики с барахлом. — Не понимаю. Если БелОвлазка собирается ограбить Торжище, то почему он привозит товар, а не вывозит его отсюда?
— Кто сказал, что это дело рук БелОвлазки? Кроме того, БелОвлазка шиворот-вор.
— Шиворот-вор? Кому придет в голову тибрить воротнички? Что за ерунда?
— Не будь идиоткой. Ты и сама все понимаешь. Это как шиворот-навыворот, вор наоборот. Он вор, который не крадет вещи, а подкидывает их на прилавок.