Битва Стихий
Шрифт:
Лицо Гарроша вытянулось. Глаза вылезли из орбит, будто его душила невидимая удавка. Затем первый шок прошел.
— Мруга я беру на себя, — наконец, сказал Гаррош. — А ты приведи ко мне принца. Если это действительно он.
Не составило труда найти высокого Вождя клана в освещенном огнями лагере. Гаррош направился прямиком к нему. А Кейлеку ничего не оставалось, как спрыгнуть с бочки и устремиться к хижине провидицы.
— Чего тебе? — не оглядываясь, лишь заслышав чьи-то шаги, бросила Миллира. Она все еще занималась ранами принца. Андуин не рассказал ему, как заполучил их. Возможно, его пытали. К тому же Кейлек до сих
— Я пришел за принцем, — ответил Кейлек на орочьем и повторил тоже самое, на всеобщем, чтобы Андуин понял его.
Принц без сомнения слышал шум в лагере орков. Он не покидал хижины провидицы и вряд ли знал о затеянном походе. Но крики орков и лязг оружия вряд ли способствовали спокойствию. По лицу Андуина было понятно, что он готовился к худшему. Кейлек гадал, оправдаются ли его ожидания.
Миллира нагнулась над пострадавшей ногой принца, сняла приложенные к следам ожогов свежие компрессы из трав. Потрепала его по волосам и насколько смогла ласково улыбнулась, лишь бы не испугать человека клыками. Принц улыбнулся в ответ и обернулся к Кейлеку.
— Как сказать на орочьем «спасибо»? — спросил он Кейлека.
Ответ нашелся не сразу.
— Заг-заг, — сказал Кейлек. Немного не то, но другой благодарности у орков не было.
— Заг-заг, Миллира, — повторил принц.
Короля Ринна явно не обрадуют познания орочьего, промелькнуло у Кейлека, когда они вместе с принцем покинули хижину.
Лагерь гудел. Гаррош стоял подле Мруга. Похоже, они оба только что вновь поднимались на дозорную башню. Вождь клана глядел сурово и неприязненно. Он не собирался делить власть с Вождем Орды и он, должно быть, не раз пожалел о том, что вообще пошел навстречу темнокожему орку.
Кейлек вместе с принцем остановились с краю, он не рискнул протискиваться сквозь толпу разгоряченных орков вместе с человеком. Искоса взглянув на принца, Кейлек понял, что Андуин не узнал Гарроша. И еще принц не понимал орочьего. Значит, представление затягивалось.
Вождь Орды славился своей прямотой, как на словах, так и в действиях, Кейлек убеждался в этом не в первый раз. Гаррош призвал орков к спокойствию и сказал:
— На рассвете клан покинет лагерь. Сначала вы встретитесь с фанатиками Культа. Их много, я видел их факелы с дозорной башни. Это будет стоящая битва. Но вы идете убивать драконов. И вы убьете их. Под началом такого Вождя, как Мруг, вас ждут победы и слава. Но представьте, что вам не нужно пробиваться через ряды Сумеречной армии. Что мы можем попасть прямо в сердце Грим-Батола. Скольких драконов вы найдете там? Больше или меньше, чем за пределами крепости? Вы ненавидите стаю Смертокрыла, но что вы сделали, чтобы добраться до ее лидера? А если мы окажемся внутри крепости, то найдем лидера черных драконов! Он ответит за разрушения и смерть! Это его голова будет на пике перед воротами лагеря! Он найдет свою гибель и прославит Драконью Пасть! Со мной, орки Нагорья! Это я, Гаррош Адский Крик, обещаю вам настоящую битву!
Мруг свирепо глядел на соперника. На месте Гарроша любой другой ретировался бы бегством под тяжестью такого взгляда. Но Адский Крик обладал незаурядной смелостью.
— Кейлек, что этот орк говорит? — тихо спросил Андуин.
Кейлек откашлялся.
— Вы не узнаете этого орка, ваше высочество? Это Гаррош Адский Крик, Вождь Орды.
— Что он делает в Нагорье?
— Клан
— Но зачем ему Смертокрыл? Ведь… ведь идет война. А мой отец… — Андуин не договорил.
Во второй раз за вечер Кейлек набрал полную грудь воздуха перед тем, как выговориться:
— Гаррош не может простить того, что Короля Мертвых в Нордсколе он одолел вместе с Альянсом. Теперь Вождь готов рискнуть, лишь бы вся слава досталась Орде. Аспект Земли не достанется Альянсу. Таков его план, ваше высочество.
Тем временем Убийцы драконов сделали свой выбор. Драконья Пасть выбрала Вождя Орды и его рискованные методы. Гаррош прошел сквозь расступившуюся толпу. Гаррош улыбался. Уж ему-то не было нужды представлять наследника Вариана Ринна. Кейлек едва не поперхнулся, когда услышал, как Андуин сказал:
— Приветствую тебя, Вождь Орды.
Вождь Орды не был ярым приверженцем переговоров, а потому плохо знал всеобщий.
— Что он говорит? — спросил Гаррош Кейлека. Выслушав перевод, он ухмыльнулся, обнажая клыки. Кейлек ушам не поверил, когда услышал то, что следом приказал ему Вождь Орды. Даже знаменитая драконья выдержка подвела его в этот момент.
Кейлек повернулся к принцу.
— Что он сказал? — хладнокровно поинтересовался Андуин.
— Вождь Орды сказал вам, что… Он не может оставить вас здесь. Теперь вы его пленник. Поэтому он берет вас с собой в крепость, — закончил Кейлек.
Не каждый день встречаешь потерянных наследников королевства, подумал Кейлек. Это могло быть ловушкой. А Гаррош во всем видел след Альянса.
— В крепость? — повторил Андуин.
Удивительно, но возвращение в Грим-Батола пугало мальчика больше, чем кровожадный Вождь Орды, лютый враг его отца.
— Тогда мне нужно оружие.
Кейлек перевел Гаррошу просьбу принца.
— Львенок показал когти, — усмехнулся орк. — Делай свое дело, маг. Культ ждать не будет. А я найду львенку какой-нибудь нож, — Гаррош отошел к воинам-оркам.
Кейлек сказал Андуину:
— Сейчас я открою для орков Драконьей Пасти и Вождя Орды портал в Багровый зал. Держитесь Вождя Орды, ваше высочество. Чтобы не ждало вас в Грим-Батоле, не отходите от него ни на шаг.
Андуин не отрывал глаз от далекой темной крепости, нависавшей над Сумеречным Нагорьем.
— Так ты маг, гоблин, — отозвался принц. — Вот почему ты так дотошно расспрашивал меня о крепости.
Кейлек тоже поглядел на крепость. «Я иду, Тиригоса».
Он закрыл глаза, чтобы лучше представить большой зал с черными драконами в витражах, мраморный портал камина и украшенные бордовыми гобеленами с молотом и драконьими крыльями стены. Широкий стол в центре и резной трон из темных пород дерева.
Как только Первый Советник ушел, Тиригоса коснулась запертой двери темницы и невесело усмехнулась. Ее рука не встретила преграды на пути. Она смело шагнула вперед и оказалась во тьме подземелья. В темницу Тиригоса больше не возвращалась.
В гулких и пустых подземельях Грим-Батола она не знала одиночества. Во мраке обитали бестелесные твари, похожие на призраков. А еще, будто сплетенные за хвосты воедино, мерзкие черные змеи. Они расползались по стенам, потолку, покрывая липкой слизью каменную кладку, иногда даже поедая друг друга.