Билеты в один конец
Шрифт:
Про измены я знала лишь из фильмов. Ну и Лена пару раз приносила сплетни. Кто бы мог подумать, что однажды это коснется моей семьи?
– Сядь, Татьяна. – Толя меряет меня строгим взглядом, будто это не он изменник, а я.
Стою на месте не двигаясь, и опять хочется крушить все вокруг. Нутро огнем полыхает. Меня наизнанку выворачивает.
– Сядь, я сказал. – В глазах мужа появляются искры бешенства.
– Сесть означает приблизиться к тебе. А я не могу. Противно!
– Противно? – фыркает Толя. – И жить в квартире в центре города тебе противно? Ездить на собственной машине
Сердце не просто разбито – оно превратилось в мелкое крошево.
– Противно, Толя. Все противно. И видеть тебя, и слышать.
– Да кто ты вообще такая? Ты никто, – резко говорит он. – И звать тебя никак. Все, что у тебя есть, ты имеешь благодаря мне. Я тебя обеспечиваю. Ты ни дня не проработала. Поэтому вытри слезы, убери пренебрежение с лица и иди накрой на стол.
Я дергаюсь. Мелькает мысль схватить пальто и выбежать из дома. Потому что ну это какой-то конец света!
– Если уйдешь, дочь не увидишь, – правильно оценивает ситуацию Толя. – По органам опеки затаскаю. Развод? Получишь, но останешься с голой задницей и без ребенка. Ты все еще хочешь уйти?
Его слова проникают в душу и сеют там ужас. Они навсегда останутся во мне. Как? Как я могла жить в иллюзии долгих шесть лет?
Никакой стол я, естественно, не накрываю. Иначе этот день закончится бытовым преступлением. Запираюсь в спальне и плачу, потому что боль, обида, злость – все перемешалось, и эмоции требуют выхода. Немного успокоившись и проигнорировав стук в дверь и заявление, что ее вышибут, если я не открою, принимаю звонок свекрови. Уже не первый.
Елена Николаевна сообщает, что у Алисы температура. Ни секунды не раздумывая, я отвечаю, что приеду к ним первым же поездом.
Свекровь даже не отговаривает. Видимо, в отпуске ей хочется отдохнуть, а не возиться с больным ребенком.
Купив билет, за минуту собираю вещи в небольшую сумку и выхожу из комнаты, как и просил муж. Поезд только через шесть часов, но лучше я это время на вокзале проведу, чем рядом с Толей.
– Точно решила? – Прислонившись к косяку, он наблюдает, как я зашнуровываю кроссовки. – По миру пущу ведь, Тань, – небрежно продолжает, стоя надо мной.
– Я к дочери еду, – отвечаю, взяв себя в руки.
Раз в ход пошли угрозы, значит, надо быть немного хитрее. А может, Толя специально запугивает меня, чтобы довести до истерики, пробить брешь? Но я не покажу ему свою слабость.
– У Алиски высокая температура. Твоя мать попросила приехать. Кота не забывай кормить, можешь даже по несколько раз в день, потому что к себе я тебя больше не подпущу. Никогда. – Поднявшись, сверлю мужа уничтожающим взглядом, хватаю сумку и выхожу за дверь.
Если бы у меня была волшебная палочка… Даже не знаю, что бы сделала. Вернулась в прошлое и изменила ход событий, чтобы не встретить Толю? Но тогда не было бы Алисы. Той меня, что есть сейчас. Хотя после того, как переживу эту ужасную несправедливость, я наверняка стану другой. Поступок Толи… Это… Это бесчеловечно. Это предательство! Которое я не смогу ни оправдать, ни забыть, ни тем
5 глава
– Уволю к херам. Без выходного пособия. Хотя нет, минимальное, так и быть, выплачу. Я сегодня добрый. – Стоя в пробке и глядя на поток машин впереди, потираю виски. – Злата, я сейчас в дороге, отвлечься никак. Тебе передали, что надо билет купить и внести данные? Сделай, а? Я теперь без помощницы как без рук.
Взял на свою голову по рекомендации. И ведь она отличная была, а вот сама девчонка оказалась глупой как пробка.
– Уже не купить, Влад. Только что забрали последний. Джет организовать тоже не получится, ты ограничен во времени. Да и без всей этой шумихи обойдемся, за тобой наблюдают. На машине можно было бы, но ехать далеко, а с твоим анамнезом… В общем, только плацкарт… Ну ладно, я пошутила, купе. Как раз одно есть…
Слышатся щелчки мышки, клацанье по клавиатуре и сосредоточенное пыхтение.
– Ты сейчас серьезно про поезд? – чуть ли не рявкаю я в трубку.
– Татьяна Валерьевна идет навстречу и ждет вашего свидетеля. Закрывает глаза на то, что мы с тобой общаемся и я тебе помогаю. Потому что никто, кроме тебя, ситуацию не разрулит. Нам тоже выгодно, чтобы Рязанов вышел. Согласись, лучше сейчас потерпеть небольшой дискомфорт, чем потом заиметь кучу проблем. Из города надо уехать максимально незаметно. Иначе до той деревушки ты не доберешься.
Пауза. Снова щелкает мышка.
– Влад, я куплю тебе билет на липовое имя, фейсы вообще не подкопаются. Выкуплю все четыре места… А нет, три. Одно кто-то взял. Но ничего, с проводницей договоришься и будешь как царь и бог. Пить чай из стеклянного стакана, смотреть в окно, – заканчивает свою речь Злата.
– Замечательно, – выдыхаю я. Опускаю стекло и выбрасываю окурок. – Напомни, почему ты не хочешь пойти ко мне в помощницы? Я же в два раза больше платить буду. Днем с огнем таких, как ты, не найти. Компетентных и сообразительных. Из минусов только болтливость.
– А тебе не нравятся болтливые?
– Если болтают четко и по существу, то нравятся.
– Нет, Влад. Не пойду. Муж против. Говорит, что ты красивый засранец, поэтому однажды я в тебя влюблюсь и окажусь в твоей постели. А он – с разбитым сердцем. К тому же помощником судьи мне как-то комфортнее. Ну кто еще станет тебе все про всех сливать и будет на подхвате? Нормально же работаем. Зачем усложнять? А материальную помощь ты мне и так окажешь, да?
– Да, – смеюсь.
Хотя настроение ни к черту. Трястись почти двое суток до гребаного Сочи, который я на одном месте вертел.
– Ну вот и отлично. Билеты скину… Блин, а как я скину, если тебя пасут и к этому номеру ничего не привязано? Так, Влад, давай на Корсакова пересечемся? Я как раз к тете заеду. Там и заберешь. Заодно познакомишься с Ольгой Петровной. Запомнишь?
– Постараюсь.
– Лучше запиши. А то будет как в прошлый раз.
– Ты издеваешься, не пойму? – Я едва сдерживаюсь, чтобы не начать говорить матами.
– Нет, я на полном серьезе. Мне белая пена из твоего рта до сих пор в кошмарах снится. Лояльных помощниц ты бы среди медицинского персонала искал.