Безжалостный убийца
Шрифт:
Из небытия стали появляться другие обитатели станции. Как потом поняли Принсеп и Хейвот, это были только те люди, которых велел разбудить Дирак, включая Варвару Энгадин и человека по имени Скурлок. Скурлок упомянул о своем компаньоне Кэрол, которая все еще пребывала во сне, так же как и доктора Ховелер и Задор. Люди по имени Брабант и Кенсинг в данный момент отсутствовали.
Никто из старых обитателей, естественно, не выглядел на триста лет, и Принсеп отметил этот факт.
Премьер вкрадчиво сказал:
– У нас много
Принсепа не интересовали роботы. Он сказал:
– Надеюсь, у вас есть хоть бы три для немедленного использования?
– Простите, сэр?
– Морозильные аппараты, о которых вы говорили. У меня есть раненые, которые остро в них нуждаются. Сначала мы нашли на яхте только пять медроботов, которые сейчас заняты, но еще три члена моей команды нуждаются в помощи.
Лицо Дирака внезапно приняло странное выражение.
– Один из аппаратов на яхте был занят,— произнес он изменившимся голосом.
Поняв, что к этому замечанию следует отнестись всерьез, Принсеп нахмурился и повернулся к своему компаньону:
– Хейвот!
Молодой человек кивнул как ни в чем не бывало:
– Правда, в одном из аппаратов был жилец. Будущий колонист, как указывала его табличка. Я отключил его, чтобы освободить место для нашего раненого.
Несколько секунд Дирак испытующим взглядом смотрел на Хейвота, словно был очень заинтересован как в самом Хейвоте, так и в том, что эти оккупанты могли сделать на его яхте. Потом он спросил:
– Где же он теперь, тот, которого вы отключили.
Хейвот пожал плечами.
В это мгновение Хейвоту показалось, что из глубины глаз Дирака на него взглянуло нечто смертоубийственное.
Принсеп поспешно выступил вперед, предлагая связаться с оставшимися на яхте людьми, и попросить их поискать размороженного.
– Как вы говорите его зовут? — задал вопрос командор.
Премьер задумчиво посмотрел на него:
– Фулер Аристов. Благодарю за участие, но я полагаю, что уже мои собственные люди находятся на судне. Вы можете попросить ваших людей присоединиться к нам здесь,— это прозвучало как приказ.— А сейчас, если вы извините меня, я думаю мне лучше самому отправиться на “Фантом”.
– Конечно, премьер Дирак. Но прежде чем вы уйдете, позвольте мне повторить вам, что трое людей с яхты все еще нуждаются в интенсивном уходе. Уходивший Дирак бросил через плечо распоряжение своим подчиненным, чтобы те приняли меры по уходу за ранеными, которые вскоре прибудут, и не забыли разбудить доктора Задора. С этими словами он удалился. Высокий, взъерошенный человек по имени Скурлок поспешил заверить вновь прибывших в том, что на биологической станции достаточно медроботов, чтобы помочь всем раненым.
Услышав это, командор обрадовался. Но довольно твердым тоном он попросил, чтобы раненые, уже размещенные по аппаратам на
Леди Дженевьев успокоила его:
– Я думаю, премьер Дирак не будет возражать.
Скурлок так же заверил пришельцев, что примерно через час будет предоставлена дополнительная врачебная помощь в лице доктора Задора.
– Процесс пробуждения,— сказал он,— уже начался.
Необходимость оказания медицинской помощи раненым людям, естественно подняла вопрос о берсеркерах, за чем последовало описание последнего сражения, в котором участвовали пришельцы. Внезапно помрачнев, Скурлок спросил:
– Насколько я понимаю, командор, вы не участвовали в боевых действиях с машиной, к которой мы привязаны.
Принсеп удивленно замигал:
– Уже не этот ли гигантский берсеркер все еще активен?
– Я бы сказал, нам не стоит особенно беспокоиться на этот счет. Но ведь с берсеркерами никогда нельзя быть полностью уверенными.
– Полагаю, вы правы. Нет, несколько часов назад мы сражались с другим врагом. С более современными силами. И Принсеп кратко обрисовал ему недавние события, начиная с последнего рейда на Иматру.
Дайнант и Тонгрес и трое тяжело раненных людей из команды, нуждавшихся в уходе, вскоре присоединились к группе на станции. Они сказали, что где-то на яхте они потеряли след суперинтенданта Гейзина, но не хотели откладывать свою поездку ради того, чтобы найти его.
Хейвот, придавленный свинцовой усталостью, еще сохранял любопытство:
– Леди Дженевьев, нам всем было бы интересно узнать, как лично вы сумели выжить?
– Выжить, молодой человек?
Вы первыми встретились с берсеркером в Иматранской системе. Историки почти единодушно решили, что тогда вы все погибли,— и он наградил леди своей самой обезоруживающей и обольстительной улыбкой.
Сидя в одной из свободных кают яхты, Майкл Сардо рассказывал своему старому приятелю Сенди Кенсингу, как к своему огромному изумлению пробудился ото сна в стеклянном саркофаге одного из функционирующих морозильных аппаратов здесь, на отцовской яхте. Он не знал, как попал туда, кто отдал приказ оживить его? И пока Сэнди не сказал ему, он не знал и того, как долго пробыл там.
Теперь, когда мозг его немного прояснился, Майкл поведал, как благоразумно ему удалось избежать встречи с людьми Принсепа, когда он наблюдал, как они доставляли на борт яхты тяжелораненых. Но до конца в себя он не пришел.
Он понимал, что те люди недавно выдержали сражение, но ему было не до их проблем. Майкл очень сильно подозревал, что в саркофаг его поместили под чужим именем с целью избавиться от него. Кто? Либо его отец, либо кто-то из клики его приверженцев. С другой стороны, его могли похитить и враги премьера.