Безжалостный убийца
Шрифт:
Хейвот тоже проснулся. Мужчины обменялись несколькими ничего не значащими словами.
Принсеп связался с Тонгрес и Дайнантом, которые размещались в комнатах по обе стороны от него. Он убедился в том, что уцелевшие члены его экипажа находились в безопасности, а их насущные потребности были удовлетворены.
Где же был суперинтендант Гейзин? Никто из людей Принсепа до сих пор не видел его на борту станции, правда, никого из них это особенно и не волновало. Через несколько минут доктор Задор, разбуженный компьютерным мозгом станции, сообщившим, что пришельцы
Решив, что по поводу Гейзина пока рано беспокоиться, Принсеп сел к столу, чтобы насладиться необходимым завтраком в компании Анюты Задор и Хейвота, который наконец-таки снял свой комбинезон. Мужчины приняли душ, и заказали новую одежду. Сваренные без скорлупы в кипятке яйца и выращенная на корабле спаржа были поданы с похвальной скоростью по требованию Принсепа. Он с облегчением заметил, что Дирак печально покачал головой:
– Что ж, мы снова пришли к этому. До свидания, Ник! Но только до тех пор, пока тебя не перепрограммируют, помни об этом. Мы уже с тобой через это проходили, но я не собираюсь ставить на тебе крест, нет.
Локи незаметно разомкнул цепь.
Скафандр Ника, теперь действительно опустевший, мягко осел на ковровую поверхность палубы.
Дирак и его охранник Локи стояли победителями на этом поле полуразрушенных видений. Медленно и устало Дирак отстегнул шлем и откинул его за спину. Зрелище разгромленной комнаты не принесло ему облегчения.
Несколько минут стояла тишина, потом начали появляться прозаические работы, которые были вызваны Локи, для наведения порядка.
Мертвые тела Майка Сардо, суперинтенданта Гейзина и телохранителя Брабанта — были оставлены на милость роботов-уборщиков.
Дирак устало отдавал машинам свои распоряжения.
– Да, просто избавьтесь от всех троих любым путем. Как — меня не волнует.
Кенсинг был единственным уцелевшим со стороны проигравших. Локи все еще в своей материальной форме с обломками средневековых доспехов, приставших к нему в то время, когда он находился в зале виртуальной реальности, вместе с Дираком вытащили находившегося в полубессознательном состоянии Сэнди Кенсинга. Локи методично и аккуратно связал руки и ноги пленника.
– Не убивай его. И не причиняй ему пока вреда. Он будет представлять интерес как сохранившийся образчик нетронутой жизни,— сказал премьер.
Механизированная обслуга была на таком же уровне, как и на других кораблях. Жаловаться не приходилось, хотя, конечно, еда не соответствовала гурманским запросам командора.
За утренней трапезой командор возобновил с доктором Задор разговор на историческую тему. Одна из целей Принсепа состояла в том, чтобы как можно детальнее разузнать все о берсеркере Дирака. Кроме того, его также волновали специфические особенности этого общества. С первого взгляда создавалось впечатление, что здесь царит
– Хотя общество такого типа, как показывает история, вовсе не бывает благоприятными,— заметил командор.
Доктор Задор уже несколько раз выражала беспокойство по поводу отсутствия Кенсинга. Она боялась, что премьер мог снова приказать ему отправиться спать. И у нее даже не было шанса поговорить с ним. Она сказала, что Скурлок и оптико-электронный Локи, по-рабски повиновавшиеся Дираку, могли предусмотреть это.
Хейвот поедал блины с отменным аппетитом, с интересом прислушиваясь к разговору. Никаких замечаний он не делал.
Принсеп не стеснялся комментариев:
– Слишком сумасбродно, не правда ли? Заставлять людей проводить в беспамятстве многие годы, невзирая на их желания.
Анюта Задор со спокойной горечью в голосе проговорила:
– Премьер все еще говорит нам, что он — командир корабля, и мы должны подчиняться корабельной дисциплине. Сначала никому не приходило в голову возражать против этого. Но сейчас ситуация сложилась так, что сделать уже ничего нельзя.
Но на этот раз Принсеп пропустил это мимо ушей. Он сказал доктору Задор, что хотел бы, чтобы она по возможности скорее осмотрела его людей с серьезными ранениями, которые были оставлены на медроботов здесь и на яхте.
Задор согласилась. Она была готова отправиться на яхту немедленно, потому что беспокойство по поводу Кенсинга уже не покидало ее. Дирак же, вернувшись на станцию, говорить о Сэнди напрочь отказался.
Прежде, чем командор со своими двумя компаньонами успел закончить трапезу, в дверях его комнаты появилась женщина, которую он никогда раньше не видел. Она неприветливо уставилась на него. Задор сдержанно сообщила, что это Кэрол, супруга Скурлока.
Принсепу с первого взгляда эта особа показалась психически неуравновешенной. И ее поведение подтвердило это мнение.
– Итак,— начала она, после того, как подвергла Принсепа и Хейвота длительному разглядыванию.— Знает ли машина, что на борту находятся новые люди, я имею в виду вас?
– Машина? — вежливо поинтересовался командор.
– Не прикидывайтесь младенцем! — резко бросила она.— Я говорю о машине, которую гудлайфы называют большим берсеркером. Очень большим. Вы знаете, я видела, что тени сотен берсеркеров пересекали лик полной луны.
Хейвот непроизвольно хихикнул, он находил это забавным. Принсеп строго посмотрел на него, потом повернул голову к раздраженной женщине в спросил;
– Полная луна? О луне какой планеты вы говорите?
– Не прикидывайтесь младенцем. Я видела их, я наблюдала! Я знаю!
Громкий смех Хейвота, прозвучавший в ответ, разозлил Кэролин, она не пожелала больше разговаривать и пошла по коридору, по пути несколько раз останавливаясь и оглядываясь назад.
Доктор Задор объяснила мужчинам, что периодически Кэролин приходилось вводить транквилизаторы. Но это действовало ненадолго. Большую часть своей жизни она проводила во сне и будили ее только тогда, когда нужно было Скурлоку.