Без вуали
Шрифт:
У Джейн на глазах выступили горячие слезы. Она посмотрела на девочку, тихую и бледную, с едва заметным дыханием.
– Конечно, Эмили, иди и поспи. Я сделаю, как ты просила…
– Хорошо. Тогда спокойной ночи, Джейн.
– Спокойной ночи, Эмили.
Отведя несколько золотистых прядей со щек Мэдлин и поправив легкое покрывало, под которым она лежала, Джейн устроилась в кресле с вышиванием. Несколько недель назад она начала вышивать платьице для Амелии. И ей хотелось закончить его, пока оно не стало мало ребенку.
Она остановилась
Слабое движение на кровати привлекло ее внимание. Она осторожно отложила платьице и иголку, поднялась и наклонилась к больной. Неужели ее глаза сыграли с ней злую шутку? Она задержала дыхание, потому что ей показалось, что Мэдлин пошевелилась. Затем это произошло снова. Тонкая рука ребенка сжала ткань на покрывале.
– Мэдлин? – Голос Джейн дрожал от возбуждения. – Ты слышишь меня?
Девочка облизнула язычком губы.
– Пить, – с трудом проговорила она.
У Джейн задрожали руки. Спасибо, Господи!
– Ты хочешь пить? Сейчас я дам тебе воды. – Она неловко схватила кувшин и наполнила стакан водой, разлив добрую половину. – Давай, Мэдлин, открой глаза. Ты ведь можешь!
Сердце у Джейн забилось сильнее, когда ресницы девочки затрепетали. Мэдлин открыла глаза, а брови удивленно сдвинулись.
– Джейн?
– Да, это я. Вот, – Джейн обняла девочку за хрупкие плечи, приподняла ее и поднесла стакан к губам, – пей.
Кашляя и захлебываясь, Мэдлин стала послушно пить. Джейн запаниковала и чуть было не уронила стакан, пытаясь похлопать ребенка по спине. Мэдлин вновь потянулась к стакану и сделала большой глоток уже без всяких усилий. Пульс у сиделки нормализовался, когда Мэдлин откинулась на подушки и слабо улыбнулась.
Джейн положила ладонь на лоб девочки и чуть не заплакала от облегчения. Лоб был холодным!
– Мистер Аллан! – воскликнула она, дрожа от возбуждения.
Хирург тотчас же проснулся и заторопился к кровати, протирая глаза, чтобы прогнать сон.
– Жар спал!
– Очень хорошо, право, очень хорошо. – Он пощупал лоб девочки, затем сосчитал пульс. – Лихорадка побеждена.
– Хочу спать, – пробормотала Мэдлин.
– Да, дитя. – Широко улыбаясь, мистер Аллан похлопал ее по руке. – Тебе крайне необходим отдых.
Джеки и доктор наблюдали, как девочка со слабой улыбкой на лице вновь погрузилась в глубокий сон, ее дыхание стало ровнее и легче. Мистер Аллан достал стетоскоп, чтобы послушать Мэдлин. Джейн задержала дыхание, ожидая вердикта доктора.
– Все! Действительно, хорошо. Сердце бьется ровно, легкие чистые. Теперь могу сказать, что верю в ее полное выздоровление, – заявил он. – Пусть спит. Посмотрим, как она будет чувствовать себя утром.
– Мне надо немедленно сообщить об этом лорду
– Да, да, – с отсутствующим видом произнес мистер Аллан, устраиваясь в кресле. – Немедленно идите.
Джейн постаралась стряхнуть с себя сон, который готов был охватить ее, пока она шла в комнату Хейдена. Она надеялась, что ему удалось хоть немного отдохнуть. Господи, как она сама нуждалась в отдыхе! Подойдя к двери, девушка громко постучала.
– Лорд Уэстфилд, – позвала она. – Вы спите?
Дверь немедленно распахнулась, что немало удивило ее. Она отступила на шаг и затаила дыхание. Граф схватил ее за запястье и втащил в комнату. Джейн никогда не видела его таким взъерошенным и несобранным. На нем не было ни жилета, ни фрака. Хейден был одет только в простую белую рубашку, расстегнутую до пояса. Его всегда так аккуратно причесанные волосы лежали непослушными темными волнами.
– Господи, ей хуже? – Его голос дрожал.
– Нет, лорд Уэстфилд. Я пришла сказать вам, что ей значительно лучше. Жар наконец спал.
Она увидела, что лицо Хейдена прояснилось от охватившего его облегчения. Он так сильно сжал ее руку! Джейн даже испугалась, что он сломает ей кисть.
Хейден подошел к потертому кожаному креслу возле камина и упал в него, обхватив голову руками.
– Если бы я лишился ее, я никогда бы не простил себе этого!
Джейн на цыпочках подошла к двери и выглянула в холл, прислушиваясь к звукам в доме. Все вокруг было тихо. Она быстро захлопнула дверь и приблизилась к графу.
Встав перед ним на колени, девушка коснулась его.
– Вы не должны так говорить, милорд. Это вовсе не ваша вина. Главное, что ей лучше. Доктор Аллан говорит, она обязательно поправится. Пожалуйста, не вините себя.
Граф поднял голову, и Джейн вздрогнула. По его щекам текли слезы, глаза были красными. Он плакал. Она вся сжалась. Никогда раньше не видела она плачущего мужчину и теперь не знала, что делать. Она сглотнула, пытаясь как-то сохранить самообладание.
– Это моя вина, – продолжил граф. – Я любил ее, ей-богу, любил. Я знал, чем рискую, но все же я позволил себе полюбить ее. – Он снова уронил голову. – Мэдлин – это все, что у меня осталось.
Его слова рвали сердце Джейн.
– Мэдлин сейчас гораздо легче. Не отчаивайтесь. Она с вами, милорд.
– Хейден. – Он быстро встал, чуть не толкнув Джейн на ковер. – Меня зовут Хейден. Черт побери, вам пора начать называть меня так!
Ее грудь вздымалась от негодования.
– Я только хотела помочь. – К глазам подступили слезы. Она повернулась к двери, но Хейден схватил ее за руку и остановил.
– Джейн. – Его голос прозвучал хриплым шепотом. Она почувствовала вину перед ним. Не могла же она оставить его одного в таком состоянии! Он сам не знал, что говорил. Достаточно было взглянуть ему в глаза, чтобы понять это.