Без вуали

Кук Кристина

Уже не в первый раз он почувствовал ненависть к себе, но вновь вернул себе былую твердость.

– Пойдемте, Джейн. – Он отстранился от нее. – Оставьте меня. Уходите отсюда, пока не поздно.

Джейн так и поступила. Ему никогда не забыть боль в ее глазах, когда она убежала от него, ненавидя его так же сильно, как он себя.

Глава 15

Дербишир

– Я так рада, что мы уехали из Лондона. – Эмили

с улыбкой подняла глаза от вышивания. – Я прекрасно себя чувствую и так благодарна тебе, что ты заботилась о моем здоровье.

Чувство вины охватило Джейн, потому что ее причины покинуть столицу не имели ничего общего со здоровьем Эмили.

– Кроме того, – добавила Эмили, – вижу, что румянец вернулся на твои щеки. Нет ничего лучше чистого воздуха Дербишира.

– Ты права, – снисходительно улыбнулась Джейн, не желая напоминать кузине, что они уехали в Лондон, чтобы излечить Эмили от ужасного уныния, начавшегося именно в Дербишире. – А как чувствует себя Амелия? Такая длинная поездка, должно быть, утомила малышку.

– Очень даже хорошо. Няня собирается вывезти ее сегодня на прогулку. Жаль, что погода так испортилась. Я твердо верю в живительную силу свежего воздуха, особенно для ребенка.

– Целиком согласна с тобой. Хмурое небо вызывает у меня желание завернуться в плед и провести весь день в постели. – Джейн подавила зевок.

Эмили согласно кивнула:

– Сегодня я с трудом встала с постели. Нет-нет, не из-за меланхолии, – добавила она, махнув рукой. – Просто шум дождя вызывает у меня сонливость.

Джейн пристально рассматривала лицо кузины, но не нашла на нем и следа неискренности. Она облегченно вздохнула.

Настроение Эмили резко менялось от приподнятого и радостного до меланхолии, затем опять к ней возвращался оптимизм. Джейн хотелось вернуться к семье в Эссекс. Дом Хейдена находился за лесом. И это лишало ее спокойствия, хотя он оставался в столице. Ее преследовали воспоминания о его прикосновениях в театре. Но она не могла простить себе свое распущенное поведение.

Ей нужно было уехать, уехать подальше от всех воспоминаний о нем. Но ей не хотелось оставлять Эмили одну, потому что Сесил проводил все меньше времени дома после их возвращения.

Джейн отложила свое вышивание и встала с кушетки. Она остановилась возле окна, глядя на туманные сумерки. Ее чувство самосохранения боролось с любовью к хрупкой кузине. Она пробежала пальцами по тяжелым парчовым шторам и вздрогнула от холода, хотя его не чувствовалось в теплом влажном воздухе.

Неожиданно ее ушей достиг странный звук, становившийся все громче. Вдруг она увидела, как на краю леса, пронзительно лая, появилась огромная белая собака.

Эмили поднялась и присоединилась к Джейн.

– Что это?

Джейн вспомнила, что видела собаку в Ричмонд-Парке. Это было в тот день,

когда она пришла просить Хейдена найти Сесила и привезти его домой, так как Эмили пришло время рожать.

Эмили прищурилась, затем кивнула:

– Да. Его зовут Влад. Но я никогда не видела его так далеко от собственного дома. Как странно.

Лай становился все громче. Затем животное издало жалобный вой, прежде чем вновь повернуться к дому Тоуллендов. Собака приближалась к дому.

– Сесил дома? – спросила Джейн у кузины.

– Нет, он уехал сегодня утром в Шропшир и вернется только через две недели.

Джейн направилась к двери.

– Что ты собираешься делать? – Эмили последовала за ней. – Ты не должна выходить в такую погоду.

– Где мой плащ? – Джейн рассеянно огляделась, затем заспешила в прихожую, где на крючке под зеркалом висел ее черный плащ.

– Посмотри, какой дождь, а ты в туфлях.

– Я должна. У меня ужасное ощущение. Что-то случилось… – Она подвязала плащ поясом и надела капюшон.

– Джейн, умоляю, одумайся.

Эмили стояла возле двери, но Джейн заторопилась к взволнованной собаке.

Ее туфли мгновенно намокли, но девушка на это не обратила внимания. Пес тут же подскочил к ней. Он бегал вокруг нее кругами, лая и повизгивая. Собака пыталась направить ее к лесу.

– Что случилось, Влад? – Собака завыла в ответ. – Ты хочешь что-то показать мне? Пойдем, показывай дорогу. И побыстрее!

Джейн шла за собакой через густой лес. Теперь она поняла, что пес ведет ее к Ричмонд-Хаусу. Влад быстро бежал впереди, затем возвращался к ней, прежде чем вновь вести ее вперед.

Наконец она увидела, как пес остановился перед густо растущими деревьями. Он издал леденящий кровь вой. Запыхавшаяся и промокшая насквозь, Джейн подбежала к Владу.

Там рядом с большим суком поваленного дерева лежала маленькая Мэдлин. Ее глаза были закрыты, лицо выглядело смертельно бледным. Над одной бровью виднелась рана с запекшейся кровью, на лбу вздулась огромная шишка. Но самым пугающим были ее синие губы.

Джейн в ужасе встала на колени и приложила ухо к груди девочки. Слава Богу! Ребенок дышал. Но она была холодной, очень холодной. Сможет ли она согреть ее?

Джейн поднялась и развязала пояс на плаще. Как можно осторожнее она подняла безжизненное тело Мэдлин и прижала к себе под плащом. Она надеялась, что жар ее собственного тела поможет разогреть кровь Мэдлин.

– Пожалуйста, Влад, – взмолилась она, – я знаю, ты не можешь понять меня, но ты должен привести меня обратно к Эмили. Я не смогу сделать это одна.

Словно поняв ее слова, Влад побежал обратно в том направлении, откуда они пришли, Джейн бежала за собакой, прижав ребенка к груди. Где-то по дороге она потеряла туфлю, но не остановилась.