Без чувств
Шрифт:
— И зачем вчера надо было уродовать дверь, ставя на неё крючок? — ехидно поинтересовался супруг.
— Я не приходила. По крайней мере — добровольно, — твердо ответила девушка. — Я заперла дверь со своей стороны. Более того — входную дверь закрыла изнутри. Не понимаю, как ты пробрался, или у тебя появилась возможность строить порталы?
– И я не приходил к тебе, и не забирал, — не менее твердо ответил Стефан. — Пошли, проверим, заперты ли двери, или тебе это просто приснилось.
Смежная дверь оказалась закрыта
— Ничего не понимаю, — взъерошил волосы герцог. — Как ты покинула свою спальню?
— Я спала, — обиженно отреагировала девушка. — Заснула у себя, проснулась — здесь. Как мне вернуться к себе, еще можно пару часов доспать?
— Досыпай тут, — предложил герцог. — Мы — супруги, поэтому твое присутствие в моей спальне никого не удивит.
— Я хочу в свою кровать!
— Ладно, — не стал спорить Стефан, — идем будить твою служанку.
После стуков в дверь, перебудивших пол замка, Лина, наконец, попала в свои покои.
Сонная служанка не понимала, почему герцогиня не может войти, и почему дверь заперта изнутри. Не могла же она проспать момент, когда миледи покинула покои? Или — могла?
Пройдя в спальню, Аэлина некоторое время размышляла, потом отправилась в гардеробную, вытянула две ленты и вернулась к кровати.
Если муж попробует еще раз её украсть, пусть ему будет сюрприз!
Одной лентой она крепко привязала к спинке кровати правую ногу, а вторую обмотала вокруг запястья, другой её конец закрепив за ножку стула.
И с чувством выполненного долга заснула.
Зимой светает поздно.
Когда Аэлина окончательно проснулась, за окном уже рассвело. С удовольствием констатировав, что проснулась она в своей спальне, девушка сбросила привязь с руки и с наслаждением потянулась.
Рука натолкнулась на что-то большое и теплое. Подскочив, насколько позволила привязанная нога, девушка с возмущением обнаружила спящего мужа.
Ах ты, гад! Унести не смог, решил под бочок устроиться!
Избавившись от второй ленты, Лина дошла до стола, взяла кувшин с питьевой водой и с удовольствием перевернула его над спящим.
— !!!! Твою…. АЭЛИНА!!!! — рев герцога потряс дом сверху донизу.
Жизнь замерла, прислуга попряталась, оглушающая тишина накрыла замок — слышно стало, как в подвале ссорятся мыши.
— Не ори, оглушил, — поморщилась жена. — Не смог меня унести, решил сам тут остаться?
— Я не приходил! — возмутился герцог, озираясь. — Смотри — на двери накинут крючок.
Оба, не сговариваясь, бросились к входной двери — закрыта изнутри.
— Ничего не понимаю, — магистр расстроено потер переносицу и сел, где стоял. — Я засыпал у себя и никуда идти не собирался! Каким образом я сюда попал? Перенести меня ты не смогла бы, заклинание левитации тебе еще не по зубам.
— Я сегодня просыпалась в твоей спальне дважды, — решила
– Из закрытого помещения можно уйти порталом, но ты их открывать не умеешь, а я сейчас — не могу. Что же получается — мы переносимся неосознанно?
— Ты хочешь сказать, что нас друг к другу переносит магия? — растерянно предположила девушка.
— Это единственное разумное объяснение происходящему. Если мы — магическая пара, то нас, наверное, должно друг к другу притягивать?
— Почему раньше не притягивало? — Аэлина наклонила голову набок, рассматривая мокрого супруга.
— Мне это неизвестно, — буркнул муж. — У нас всё не как у людей. Будь добра, подай полотенце
— У нас и не может быть, как у людей, — парировала Лина, — ведь мы — маги. К счастью или, к сожалению — уже и не знаю. С одной стороны, мне очень нравится моя магия, с другой стороны — из-за нее у меня столько проблем… Вытирайся простыней, я не пойду в твою купальню. А те полотенца, что находятся в моей, сейчас мне самой понадобятся.
— Не могу, она намокнет, а на мне ничего, кроме простыни нет. Но если ты настаиваешь, — герцог привстал, опустил ноги и повел рукой, собираясь откинуть ткань.
— Я сейчас принесу полотенце! — мгновенно отреагировала Аэлина и метнулась к смежной двери, откинула крючок, но та не подалась.
— Что такое? — удивленно пробормотала девушка, толкая створку еще раз. — Её там чем-то подперли?
— Ага. Стулом.
— Кто? Зачем?
— Я. Чтобы ты не могла зайти, а потом обвинить меня в своем похищении.
Аэлина ошарашено посмотрела на супруга, перевела взгляд на дверь, потом — еще раз на Стефана и рассмеялась.
Легкие смешки перешли в хохот, девушка опустилась на кровать, не в силах стоять, всплеснула руками, показывая на дверь, на мужа, на себя.
— Ха-а, я закрыла… ха-ха… Думала — ты… А ты… ха-ха… Что я… А это мы оба…
Стефан некоторое время держался, потом фыркнул и тоже рассмеялся.
Да, комичная вышла ситуация, нечего сказать!
Не смущаясь, что он не совсем одет, вернее, совсем раздет, герцог встал.
— Как же я попаду к себе? Простыня совсем мокрая, придется идти так мимо слуг — через твою приемную и коридор.
У Лины смех, как рукой сняло:
— Милорд, оденьтесь!
— Непременно. Как только доберусь до штанов.
Лина фыркнула, покраснев, но глаз от крепкой фигуры не оторвала.
Красив, что есть, то есть. И эта, его меняющая размеры трубочка, опять прижимается к животу. Кстати…
— Стефан, можно вопрос?
— М-м? — герцог повернулся, ни мало не стесняясь.