Бейкер-стрит, 221
Шрифт:
На десятый год своей беспощадной тирании Тейлор Блэкстон исчез столь же неожиданно, как и нагрянул. Накануне своего исчезновения он вновь посетил - впервые за все годы - и Кэппулов, и Монлезье. И тем, и другим сказал всего по шесть слов: «Я уезжаю. Возьметесь за старое - вернусь». Главы кланов, обалдевшие от неожиданности, как-то сразу не сообразили схватиться за оружие - и позволили уйти заклятому врагу, имевшему наглость явиться к ним без обычной многочисленной охраны…
Но спустя недолгое время и река, и все ведущие из Ост-Кемпена и Вест-Кемпье дороги оказались перекрыты засадами - грех было упускать последний шанс поквитаться. Напрасная надежда. Ни одним из тех путей Тейлор Блэкстон не уехал. Никто вообще даже не видел,
– Никаких перестрелок между гостями ожидать не приходится, - уверенно заявил футболист-полицейский.
– Ожидается совершенно иное преступление - хищение уникальной драгоценности, много десятилетий находящейся в собственности семейства Кэппулов и долженствующей послужить свадебным подарком мисс Джезебелль Кэппул в ходе ее бракосочетания с мистером Аленом Монлезье, - и именно для предотвращения означенного преступления я пригласил вас по просьбе отца невесты, мистера Джошуа Кэппула.
Ну, завернул… Я всегда считала, что футболисты выражаются немного проще и короче. Или он играл за команду факультета богословия?
– Как вы узнали о готовящемся хищении?
– поинтересовался Кеннеди.
– Очень просто, - сказал Фрэнк Лесли, перейдя на несколько более удобные для восприятия фразы.
– Упомянутая драгоценность много лет не была доступна для обозрения. Не выставлялась, ни разу не надевалась. Хранилась… честно говоря, я и сам могу лишь догадываться, где ее хранили, - либо в банковском сейфе, либо в каком-то не менее защищенном тайнике в особняке Кэппулов. За семьдесят лет эту драгоценность видели человек десять, не более, - если не считать хозяев. О намерении мистера Кэппула сделать столь роскошный, поистине королевский подарок дочери узнали многие. Но внешний вид колье - это именно колье - едва ли кто-либо помнит спустя семьдесят лет после… В общем, последний раз на публике эта драгоценность появлялась так давно, что видевших ее в живых не осталось. Но, как недавно выяснилось, в течении последних двух месяцев несколько крупнейших ювелирных фирм США получили анонимное предложение купить партию драгоценных камней, - к предложению прилагалось подробное их описание. Это оказались камни из колье Кэппулов.
– Неужели кто-то мог надеяться, что на подобное предложение откликнутся? Да еще на анонимное?
– изумилась я.
– Тут ведь за милю пахнет аферой!
– Вы ошибаетесь, - возразил Фрэнк.
– Анонимная продажа - достаточно распространенная практика. Многие весьма известные в этой стране люди не желают, чтобы продажа их драгоценностей получала огласку. И из соображений престижа, и из-за налоговых проблем. Анонимно продают - и продолжают сверкать на светских раутах подделками. Техника изготовления бижутерии достигла в наше время небывалых высот. Единственное, о чем заботятся ювелирные фирмы, дорожащие своей репутацией, - чтобы покупаемая драгоценность не оказалась в списке объявленных в розыск. А фиктивным продавцом зачастую выступает какая-нибудь фирма, зарегистрированная на Каймановых островах с уставным капиталом в один доллар.
Кеннеди спросил:
– Как ювелиры догадались, что им предлагают именно колье Кэппулов? Если никто его и в глаза не видел?
– Таинственному продавцу не повезло. Главный специалист-оценщик одной из нью-йоркских фирм, получивших предложение, двадцать лет назад был приглашен отцом Джошуа Кэппула для экспертизы и оценки стоимости колье. Разумеется, стоимости на тот момент.
– Но у него нет буквы «К» между именем и фамилией, - догадалась я.
Фрэнк К. Лесли кивнул.
– История не оригинальная, - заметил Кеннеди.
– Многие уникальные произведения искусства, которые трудно сбыть, крадут под конкретного заказчика. Второй вариант - произведение заменяется дубликатом, и его исчезновение обнаруживается много позже, когда вор уже спокойно сбыл добычу… Этот вариант, надеюсь, вы проверили сразу?
– Проверили. Перед вручением подарка Кэппул все равно хотел произвести его очередную оценку… Подмены не произошло. Колье подлинное.
– Если не секрет, во сколько его ныне оценили?
– спросила я.
– Вопрос сложный… - замялся Фрэнк.
– Когда продается такая уникальная вещь целиком, то стоит она именно столько, сколько согласен заплатить клиент. Если же продавать по частям - как попытался гипотетический потенциальный похититель - то получится значительно дешевле… Но даже вразбивку, по среднерыночным ценам на драгоценные камни, - получается около ста восьмидесяти миллионов долларов…
– Сколько-сколько?!
– поперхнулся Кеннеди.
Я же попросту онемела.
– Я ведь говорил - драгоценность уникальная. Дело в том, что бригадный генерал Эбрахам Кэппул принимал участие в знаменитом рейде Шермана. [14] А у жен и дочерей богатых плантаторов всегда были неплохие драгоценности…
– То есть ваш предок мародерствовал… - сказала я.
– Во-первых, не предок, - я происхожу из другой линии. А во-вторых, можно выразиться и аккуратнее: брал военные трофеи. Что поделать, время было такое… Мелкие и наименее ценные камни генерал продал, существенно укрепив пошатнувшееся за время распри с Монлезье хозяйство. А самые отборные бриллианты, вынутые из многих тоже в свое время весьма известных драгоценностей, пошли на колье Кэппулов.
14
Имеется в виду отличавшийся жестокостью и мародерством поход армии генерала-северянина Шермана по тылам южан-конфедератов в ходе Гражданской войны в США.
Я живо представила себе, как люди в синей форме федератов под недреманным оком генерала-мародера роются в руинах разнесенного огнем артиллерии особняка, как извлекают засыпанный обломками несгораемый ящик, как саперы взрывают его пироксилином, как жадные пальцы борца за свободу негров лезут внутрь… Не хотелось представлять другое - как последователь Джона Брауна говорит своим головорезам: «Поделим добычу честно, ребята. Девку на всю ночь вам, а эту висюльку с ее шеи - мне…» Интересно, каким образом Эбрахам Кэппул избавлялся от потенциально возможных в будущем исков по возврату имущества? Ударом штыка в живот?
Мне вдруг расхотелось заниматься этим делом. Возникло желание отправиться на вокзал, сесть в поезд, идущий обратно, в Род-Айленд. Пусть к чертям украдут это залитое кровью колье… Я посмотрела на Кеннеди. У него на лице схожих желаний не читалось. Вздохнув, я решила: ладно, в конце концов, эта девочка, Джезебелль Кэппул, уж никак не виновата в тех гнусностях, что творил ее предок… Да и жених, Ален Монлезье, может оказаться вполне приличным молодым человеком.
Кеннеди спросил:
– Как я понимаю, колье появится перед публикой именно на свадебной церемонии? До венчания или после?