Betrayed
Шрифт:
Дэвид встал, его поведение вдруг вновь стало отстраненным, как будто он только сейчас понял, с кем разговаривает, поблагодарил и ушел, не сказав ни слова. А Сириус вновь пытался понять, что за человек такой Дэвид Барнс.
Кортни пришла в комнату отца сразу после окончания занятий.
– Папа, я пригласила Амелию на ужин, – начала нерешительно.
– Хорошо, я как раз собирался рассказать ей.
– Рассказать что? – Кортни даже не надеялась, что он имел в виду то, о чем она думала.
– Обо мне.
Кортни подбежала к отцу и обняла его.
В дверь постучали, и Кортни
– А, Кортни, могу я войти? – та только кивнула в изумлении, не в состоянии совместить увиденно со сведениями о коматозном состоянии директора, о котором объявили этим утром.
– Мистер Барнс, я так понимаю, вы хотели поговорить со мной?
Глава 22. Кто я?
У Дэвида сдавило грудь, и он едва не задохнулся при виде директора. С трудом успокоив себя, дыша глубоко и медленно, он обратился к Кортни:
– Нам придется изменить планы насчет ужина. Мне нужно поговорить с твоим директором, – мягко сказал Дэвид, не глядя на старика.
У Кортни все еще не прошел шок от встречи с директорома, она вышла, слабо пискнув что-то в ответ. Затем девочка торопливо отправилась на поиски Амелии и сообщила той, что этим вечером совместный ужин отменяется.
Альбус неуверенно замер в дверях. Прийти сюда без приглашения было серьезным решением, к тому же он не хотел сильно давить. У директора не было права ожидать чего-либо от этого человека. Дэвид подошел к окну и повернулся к гостю спиной.
– Пожалуйста, закройте дверь и сядьте.
Дэвид очень старался, чтобы его голос не дрожал. Он даже не понимал, что чувствовал в тот момент – эмоции были в хаосе. Дэвид услышал, что дверь мягко закрылась, и слабый шелест одеяний, указывающий, что человек сел.
Тишина наполнила комнату.
* * *
– Кортни, вот ты где! – обрадовалась Амелия, стоило ей завернуть за угол по направлению к комнатам Барнсов.
Кортни застыла напротив и сильно побледнела.
– С тобой все в порядке? – в смятении поинтересовалась Амелия.
– Да… все хорошо. Э, извини, пообедаем мы как-нибудь в другой раз. Папа сейчас с директором разговаривает.
Брови Амелии взмыли вверх:
– С директором? – повторила она.
Кортни вздохнула и облокотилась о стену:
– Он пришел к нам несколько минут назад и выглядел совершенно здоровым! И папа не удивился, что директор в порядке.
Кортни не знала, что и думать.
Амелия помолчала и затем заметила:
– У твоего отца раздвоение личности или что-то в этом роде? Сначала я слышу, что он враждебно относится ко всему волшебному, а потом предлагает удочерить меня? Я ничего не понимаю.
Кортни фыркнула при мысли, что у ее отца – раздвоение личности – это было так близко к правде.
– Поверь, я тоже в течение последних месяцев многого не понимала. Пока, наконец, перед Рождеством не поговорила с папой, и то, что он мне рассказал, помогло понять его. Может быть, у нас получится завтра с ним позавтракать.
Амелия взглянула на Кортни и затем мягким голосом заметила:
– Думаю, ты просто
***
Дэвид первым нарушил молчание. Сел на стул напротив Альбуса, он, вместо того, чтобы смотреть на директора, спрятал голову в ладонях и крепко зажмурился, стараясь не заплакать.
– Как это произошло?
Альбусу хотелось куда больше, чем просто ответить на вопросы. Он хотел обнять этого человека и забрать всю боль, которую сам и причинил. Но Дэвид не дал ему такой возможности, поэтому ему оставалась только отвечать.
– Кэтрин ушла во время презентации Кортни, и Меган Уизли последовала за ней. Она рассказала мне, как нашла Кэтрин в ванной на верхнем этаже, единственной, расположение которой та знала. Кэтрин казалась расстроенной, но не сказала почему. Меган убедила ее вернуться на презентации. Когда они спускались по лестнице, Кэтрин отвлеклась на картину, а Меган, спустившись, обнаружила, что спутница осталась наверху. Кэтрин стала спускаться, но тут лестница начала двигаться, и она, потеряв равновесие, ударилась головой о ступеньки и упала на пол первого этажа.
Тихие слезы потекли по лицу Дэвида. Гнев куда-то подевался, он чувствовал только боль и муку утраты.
– Эта школа, – срывающимся голосом начал Дэвид, – открыта более тысячи лет назад. Лестницы всегда двигались. Прежде такое случалось?
– Нет.
В Дэвиде поднялся гнев:
– Тогда почему это произошло?! Почему умерла моя жена?! Ведь такого никогда не случалось!
Собираясь с мужеством, Альбус закрыл глаза.
– Основатели не рассчитывали, что в Хогвартсе будут магглы. Для таких гостей возможность защиты не предусматривалась. Впервые в истории Хогвартса в замке одновременно появилось так много магглов. Правление школы Попечительский совет и Министерство решили, что перестройка защиты с учетом появления магглов потребует слишком много времени и сил. Тем более, опыт повторять не предполагалось. Поэтому мы просто попросили гостей всегда передвигаться с теми, кто хорошо знает замок. Это вежливее, чем напрямую сказать: магглы, держитесь рядом с волшебниками. Однако в середине презентации все были слишком поглощены разоблачениями Кортни, и не осознали, что две магглы оказались оставлены без присмотра».
– Хогвартс сам чувствует волшебников. Лестницы никогда не двигаются, когда на них находятся студенты, поскольку Хогвартс их «узнает» . Даже у сквибов достаточно магии, чтобы опознать их. Лестницы не почувствовали, что на них находится маггла. Поэтому они стали двигаться в определенное место в определенное время. Кэтрин очень не повезло, что она оказалась не в том месте, не в то время.
Дэвид недоверчиво посмотрел на Альбуса:
– То есть это был несчастный случай. Каприз судьбы.