Betrayed
Шрифт:
Альбус смог только досадливо кивнуть головой.
* * *
Не зная что делать, Кортни смотрела на Амелию. Не ей рассказывать секреты отца. Наконец, она пожала плечами:
– Я… Я не знаю, что сказать.
И, вздохнув про себя, предложила:
– Давай, пойдем поужинаем, а потом поговорим.
Амелия согласно кивнула, и обе девочки направились на кухню. Никто из них не хотел встречаться с толпами в Большом Зале, и еще меньше, чтобы, глядя на них, люди, удивляясь, прикидывали делают вместе ученицы Гриффиндора и Слизерина
Быстро поев, они отправились назад, в комнаты Барнсов. Не дойдя до места, Кортни остановилась и обернулась к Амелии:
– Если у папы не будет времени, чтобы объяснится, тогда я сама расскажу тебе, но все же именно ему следует рассказать тебе эту историю. Не мне.
Амелия нахмурилась и только собиралась что-то добавить, когда в коридоре появились три фигуры: Перси Уизли, Драко Малфой и Сюзан Боунс, которая, как помнила Кортни, была представлена как глава Отдела Магического Права. Стоило ей их увидеть, как у девочки перехватило дыхание.
Самоуверенный Министр магии заметил ее и подошел:
– Мисс Барнс, как вы себя чувствуете?
Кортни молча и холодно кивнула. Перси не обратил на Амелию ни малейшего внимания и вновь обратился к Кортни:
– Позже мы зададим вам несколько вопросов, поскольку сейчас у нас другие дела, требующие внимания.
Затем трое величаво пошли прочь, оставив девочек в смущении:
– Что здесь только что произошло? – в замешательстве спросила Кортни.
Амелия не ответив, пошла за троицей. Через мгновение Кортни последовала за ними.
Сердце Кортни снова сжалось, стоило ей понять, что они направляются в комнаты отца. Девочка отсутствующе заинтересовалась его реакцией на появление Драко Малфоя, но затем ее мысли заняли причины появления этой троицы вместе, да еще торопящейся по своих делам.
– Неужели они собираются арестовать директора, – недоверчиво предположила Кортни, даже не заметив ответного вздоха Амелии.
Девочки завернули за угол и увидели, что министр и его подручные подходят к комнате.
Когда открылась дверь, они были примерно на расстоянии двадцати футов, а заметно взволнованный директор заканчивал беседу. Казалось, он совершенно не удивился, увидев Малфоя, министра и Мисс Боунс, вместо этого, и просто приветственно кивнул.
Все трое, казались захваченными подобным отношением врасплох – не говоря уже о хорошем состоянии директора – и на мгновение онемели. Малфой опомнился первым важно объявил:
– Директор Альбус Дамблдор, сопроводим вас в Министерство по обвинению в разглашении секретов Министерства и допущении публичного распространения секретной информации. Судебный процесс над Вами, объединенный с несколькими другими по этим же обвиненияму, состоится завтра утром.
Дамблдор подняв бровь, взглянул на Драко:
– Извините, мистер Малфой, но у вас недостаточно полномочий, чтобы производить аресты, даже если вы состоите в Министерском Совете Регулирования
Лицо Драко вспыхнуло и он немедленно сжал челюсти; мгновение ничего не происходило. Затем он заметно расслабился и обратился к Сьюзан:
– Будьте любезны исполнить свой долг.
Затем он резко повернулся на каблуках и направился прочь, не удостоив Амелию и Кортни даже беглого взгляда.
Девочки снова вернулись к происходящему и наблюдали, как Перси Уизли вручил директору портал, унесший того прочь, по-видимому, в министерство.
Министр и мисс Боунс повернулись и направились туда, откуда Амелия и Кортни наблюдали за происходящим. Не желая разговаривать с ними, Кортни нырнула за угол и в комнату. Амелия последовала за ней, и они обе дождались, пока эти двое пройдут мимо.
Когда коридор опустел, они, надеясь получить ответы, быстро направились в комнаты Барнсов.
* * *
Дэвид слышал, как Альбус, уходя, закрыл за собой дверь. Директор раскрыл еще кое-что, о чем следовало подумать. Сказав, что лестницы двигались «в нужное время», он признал, что это было не совсем правильно.
История, которую Альбус поведал ему, оставила Дэвида ошеломленным, запутавшимся и удивляющимся, почему судьба всегда старается поставить все с ног на голову. Он слышал голоса за дверью, но не обратил на них внимания. Вместо этого Дэвид сел, пристально глядя на огонь в камине.
Альбус сказал, что он не хочет больше лгать, и рассказал Дэвиду всю правду, включая некоторые факты, касающиеся смерти Кэтрин, никому больше не известные. И Дэвид сумел на некоторое время отбросить свою враждебность и оценить честность Альбуса. Никто никогда не узнает, что директор ему сказал, а ведь он бы даже не подозревал об этом. Для Дэвида это означало, что Альбус, как минимум, изменился, теперь отличаясь от человека, когда-то бывшего его наставником.
Стук в дверь прервал размышления, он спросил, кто там. Кортни и Амелия неуверенно зашли в комнату. Дэвид вздохнул и предложил им сесть.
Он посмотрел на Амелию и понял, что у нее много вопросов, которые требовали ответов.
– Начинай, – предложил он, желая, чтобы она играла ведущую роль в разговоре.
Амелия быстро взглянула на Кортни, затем на Дэвида и спросила:
– Почему вы предложили удочерить меня?
«Конечно, – подумал Гарри, – это должно волновать ее больше всего».
– Когда я рос, у меня не было семьи, мои опекуны ненавидели меня и унижали при любой возможности. Как только представился случай, они повели себя так же, как твои родители. Я… мне жаль, что я не сделал этого раньше, но я предложил удочерить тебя, потому… потому что я хочу сохранить свою маленькую семью.
Амелия смотрела на него в оцепенении:
– И в каком же мы родстве?
– Ты моя двоюродная племянница, но нас разлучили. Я был Гарри Поттером и являюсь племянником твоей бабушки Петуньи.