Бета-версия

Лысенко Виталий

Но сначала я всё-таки сыграю.

Иероглифы на здании, в котором мне довелось завтракать, я запомнил. Поэтому, найти аналогичное заведение, где играют и едят, не составляет труда.

* * *

Сначала заказываю еду, приглядываясь к игрокам, а затем перебираюсь в ту часть, где весело шумят геймеры, и касаюсь плеча парня, только что закончившего раунд. Он поворачивает голову.

Среди немногих известных мне слов, слово «игра» я выучил. А дальше нет ничего сложного, договориться о партии на языке жестов, показывая на пальцах условия. Три поединка — три пальца левой руки. Указательный палец

второй ложится на два из трех и после этого указывает вверх. Мой потенциальный соперник кивает, достаёт из кармана свернутую в рулон и перетянутую резинкой пачку банкнот, вынимает несколько купюр и кладет на стол, показывая те же жесты, что и я ему.

Всё предельно понятно.

Достаю всё, что осталось от денег, выделенных из банкомата щедрой Бетой, и небрежно роняю их поверх купюр китайца. Зачем они мне, если я просто-напросто хочу приятно провести время до того момента, как меня обнаружат и вернут в руки доктора Шеня, полиции или куда они там планируют меня вернуть?

Китаец мотает головой, берет мою пачку, отсчитывает из неё несколько банкнот и пытается вернуть остальное. Моя очередь мотать головой в отрицательном жесте. Я возвращаю её на стол. Он снова пытается вернуть. Хороший знак. Глаза не загорелись при виде возможных легких денег. Значит, в приоритете игра, а не возможность развести пришлого на деньги. Если он меня обыграет, то не из-за любви к купюрам, а из-за любви к игре. Лучший соперник из тех, которые могут подвернуться на бескрайних просторах виртуальной паутины — человек, играющий ради игры. Но и в виртуалье это редкость. Поэтому, встретить такого в реальности — настоящая удача. Для меня.

Киваю и прячу оставшиеся деньги в карман.

«Нереально» — игра, из которой выросла целая виртуальная вселенная. Здесь есть как придуманные сценарии, так и воссоздающие реальные события. Чужие планеты и земные острова, космические станции и вполне реальные заводы. Метеоритный пояс Сатурна и мраморные карьеры Италии… того, что было Италией.

Китаец, согласившийся сыграть, разворачивает на голографическом экране список карт и вопросительно смотрит на меня. Подношу указательные пальцы друг к другу и кручу ими, изображая что-то наподобие миксера. Мой противник кивает и активирует рандомайзер, предоставляя ему выбор игровой карты.

Абсолютно не понимая друг друга, мы можем друг против друга сыграть. Но чему удивляться? Мир так устроен: для того, чтобы убивать кого-то, не обязательно его понимать. Игры просто переняли этот аспект цивилизации и немного смягчили его, сделав смерть ненастоящей.

Рандом выбрасывает нам миссию на островах — сценарий, приправляющий реальные события вымыслом. Высадка, послужившая первой доминошкой в цепи событий, в конце которой был обмен ядерными любезностями более полутора сотен лет назад. Игровое поле — участок города с опустевшими улицами, остовами сгоревших машин, разрушенными зданиями, горящими зданиями, зданиями, на которых установлены всё ещё функционирующие огневые точки.

Киваю и облачаюсь в допотопный, по меркам сити, игровой комплект. С момента установки кистевого чипа я успел отвыкнуть от пальцевых фиксаторов, наушников-капелек и дугового экрана, который нужно крепить перед глазами, на манер очков. Но теперь-то чипа нет.

Играем захват флага. И пусть вместо флага «серверный узел», который нужно найти, погрузить в контейнер управляемого боевого робота и доставить на место

высадки, смысл за сотни лет не изменился. Как ты не приукрашивай легенду игрового режима, суть остаётся той же: найти объект, зная его приблизительное местоположение, и доставить в определенную точку, не позволив противнику сделать то же самое. По легенде игры в серверном узле находится первый ИскИн.

Большой боевой робот и два десятка мини-ботов, готовых выполнять приказания, но не способных решать ничего кроме пяти-шести приоритетных действий: атака, защита, поиск и патрулирование в агрессивном или стелс-режиме. Ну да большего и не нужно. Боты, конечно, отличный довесок к моей боевой машине, но задача ведь не перестрелять всех противников. Поэтому отправляю команду врассыпную, по всей карте.

Я ничуть не расстроюсь, если всех их положат по очереди. На то они и боты — выполнять поставленную задачу. Эту особенность игры, кстати, тоже переняли от людей — осознанно отправлять на смерть себе подобных ради собственных целей.

Двое напарываются на механизированные турели, ещё трое обнаруживают боевого робота, управляемого соперником. Судя по маркерам на мини-карте, одна жирная точка — сам соперник, а полтора десятка маленьких — его боты.

Один из моих ботов натыкается на «серверный узел», о чем сразу же извещает. Я ускоряю свою машину, чтобы попасть в ту точку, которую показал на карте бот, попутно отдавая команду всем своим виртуальным помощникам атаковать бригаду противника.

Зрители, следящие сейчас за происходящим на голографическом экране, шумно выражают эмоции, поняв, в чем заключалась идея. А я уже упаковываю «серверный узел» в контейнер и вновь ускоряю робота, но теперь уже в сторону точки высадки. Один — ноль.

Приподнимаю дуговой дисплей на лоб, подмигиваю одной из зрительниц, как раз переведшей взгляд с голографического экрана на меня, и возвращаю дисплей на место.

Второй раунд.

Соперник наверняка сложил два плюс два, понял, что я сделал, зачем сделал и второй раз на этот трюк не попадётся. А вот взять и повторить, то, что сделал я, вполне может. Это самое глупое, что можно сделать в его случае, но многие, считая, что разгадали тактику противника, начинают её повторять. Поэтому я просто пускаю команду гуськом вдоль правого края карты, самого извилистого, но вместе с тем и самого застроенного зданиями.

Без обнаружения вывожу свою команду на точку высадки противника. Пусть он сам найдет «серверный узел» и сам принесет его мне. Распределяю ботов так, чтобы каждый мог простреливать максимальную площадь и жду. Совсем недолго.

Боты китайца обнаружили то, что нужно, он добросовестно упаковал добычу в контейнер и прямиком, чтобы было быстрее, рванул к своей точке высадки. Выцеливая его системой наведения, я тихо говорю себе под нос:

— Дядь, это не так работает.

И меняю ботам режим с «затаиться» на «атаковать».

Китайцу стоило бы дождаться своих ботов, разбросанных по всей карте, и тогда, возможно, он смог бы донести «серверный узел» до нужной точки, даже через нашу засаду — сил бы хватило. Но мой соперник торопился и, как результат, не успел.

Пока он переключается с одного бота на другого, делаю несколько залпов из крупнокалиберных турелей, добавляю несколько ракет и собираюсь эффектно добить, как слышу знакомый голос, с металлическими нотками:

— Тебя отследили, нам необходимо уходить.