Бета Малого Льва
Шрифт:
потащит.
– А Ольгерд там будет?
– Что он там забыл?
– удивилась Ингерда, но потом вспомнила, что гостья ничего не
знает, - у них же с Алиной был роман, с самого детства. А теперь она любит отца. После
такого друзьями не остаются.
– Я чувствовала, что у вас что-то не так, - сказала Зела, подумав, - у них какие-то
странные отношения: у отца с сыном. Словно стена между ними.
– Отец сам виноват. Я его люблю, но иногда мне его убить хочется:
дела. Когда он летал, мы его видели два раза в год, только тогда и жили. И мать за ним как
хвостик...
– А где она?
– Погибла семь лет назад на Альдебаране. Отошла от отца на три шага и попала в
песчаную ловушку. Провалилась сразу метров на сто, а там магма... Случайность. Но если б
она сидела дома с детьми, ничего бы с ней не случилось.
– Тебе плохо без нее?
– Я уже не ребенок.
– Неправда. Ты ребенок. Милый, добрый и прекрасный. Это счастье - иметь такую дочь
как ты.
– Что-то моя мамочка так не считала.
– Не говори о ней так. Откуда ты знаешь, что у нее было на душе?
– Я знаю, что было на душе у меня.
Ингерда не любила эту тему. Она открыла шкафы, вытряхивая из них вечерние платья на
кровать.
– Выбирай!
– Спасибо. Ты мне достаточно надарила и так.
– Тогда помоги выбрать мне. У меня сегодня ответственный момент.
– Какой?
– Хочу растормошить одного мрачного типа.
– Зачем тебе - мрачный тип?
– улыбнулась Зела.
– Так, каприз. Не люблю, когда меня не замечают.
– Тогда оденься поскромнее.
– Как это?
– Если он не замечает тебя яркую, может, заметит скромную?
– Ну, уж, нет. Нацепить на себя черное и ходить с разочарованным лицом? Ни за что!
Ингерда схватила ярко-зеленое платье и приложила его к себе.
– Как?
– Как хочешь, девочка. Тебе все идет.
Отец заглянул к ним и сообщил, что очередной пирог готов, но есть его некогда.
– 72 -
– Одевайтесь, - улыбнулся он, - и через полчаса чтобы все, красивые, стояли возле
модуля. Нам еще в оранжерею надо заглянуть.
Через полчаса Ингерда надела серебристые чулки, зеленое платье с вырезом до пояса,
туфельки к нему и каскад цепочек, спадавших в этот вырез. Наряд был проверен и
гарантировал полный успех.
– Учти, - отец раскрыл перед ней дверь модуля, - от поклонников и насильников будешь
отбиваться сама. Я сегодня занят.
– Хоть бы кто-нибудь изнасиловал!
– засмеялась Ингерда, - все только переминаются с
ноги на ногу. Ты их, что ли, запугал?
– Конечно. Пусть только попробуют.
– Мы сейчас за розами летим?
– Алина любит
– А что ты ей подаришь?
– Да вон, на заднем сиденье.
– Па!
– Ингерда визгнула, - на заднем сиденье в коробке сидел котенок, маленький,
ушастый и совсем еще беспомощный, он удивленно таращился на нее голубыми глазками.
Немедленно захотелось схватить его и зацеловать, - и ты молчал?!
– Это сюрприз.
– Он что, особой породы?
– Да это у соседей Афродита окотилась.
– Афродита? Она же белая вся!
– Ну, это уже не мое дело, - засмеялся отец.
Ингерда знала, что он дарит Алине очень дорогие подарки, которых эта вертихвостка и
не заслуживала, котенок был, явно дополнением, но весьма ценным. Правда, она до сих пор
не знала, любила ли Алина котят.
Рекс вертелся вокруг модуля и явно ждал, когда его пригласят.
– Иди домой, - сказал ему отец, - для тебя тут неподходящая компания.
На пороге возникла Зела. На ней не было ничего, кроме бледно-серого платья, но это
было не важно. Она вся была - волосы. Одно сплошное облако золотых волос, вымытых,
блестящих, пушистых и бог его знает еще каких... Нет, она все-таки хотела быть красивой,
хотела нравиться, иначе она была бы не женщина. Зачем только самой себя обманывать?
– Па, посмотри!
– Что это с ней?
– Новая прическа, разве не видно?
– Я ослеп.
– Па, и как ты это терпишь?
– не выдержала Ингерда, - такая красивая женщина все время
рядом с тобой!
– Сам удивляюсь, - отшутился отец.
Через полчаса они были у Алины. Одними из первых. Ингерда сразу поняла, что доктора
Ясона нет. Ей стало скучно.
Они прошли в дом, в просторной гостиной были накрыты столы, цветы уже некуда было
ставить. Алина выглядела потрясающе. Она собиралась всех затмить, и она это сделала:
бесподобное алое платье, длинное, с разрезами по бокам, золотые заколки на нем и белый
парик, Прекрасная Елена, не иначе. Она была высокая, стремительная, шумная и веселая.
Все как-то терялись рядом с ней. Алина поцеловала Ингерду и очень мило приветствовала
Зелу, как будто и в самом деле была ей рада.
От котенка она была в восторге, потом унесла его в спальню. Ричард поднялся вслед за
ней, забыв о своих дамах, на что имел все основания. Гости тем временем прибывали.
– Пойдем пока в сад, - предложила Ингерда, ей не хотелось выпускать из виду стоянку
модулей.
– Как хочешь, - улыбнулась Зела.
Через какое-то время доктор прилетел. Он был с букетом и без дамы. Это радовало.