Бета Малого Льва
Шрифт:
Зачем? Чтобы сбежать от него? Опять же, зачем? Чтобы он не задавал лишних вопросов. Кто
такие аппиры, например. Если так, то дома ее сейчас нет. А если она дома? Тогда будет очень
интересно посмотреть, что она там делает. .
Свет горел во всех окнах, окна были раскрыты. Ричард с облегчением подумал, что она
все-таки полетела сюда, и отпустил такси. Его зеленый модуль стоял перед домом в широкой
полосе света, потому что дверь, как и окна, была нараспашку.
гостья вела себя тут чересчур по-хозяйски. Что-то было не так.
Ричард зашел в гостиную, прошел на кухню, заглянул на всякий случай в ванную. Потом
поднялся наверх, к ее комнате. Постучал. Ответа не получил. И с нехорошим чувством
толкнул дверь.
Зела сидела в кресле, развернутом к двери, вцепившись руками в подлокотники. Ричарду
показалось, что руки эти не смогут уже разжаться, в таком напряжении они были. Лицо ее
было бледное, просто ужасное, губы плотно сжаты, в глазах паника.
Он всё понял. И этот побег, и этот свет во всем доме, и эти распахнутые окна... Она
ждала. И не его. Она ждала кого-то с ужасом и обреченностью. Поняла, что встречи не
избежать и приготовилась к ней. Но этот кто-то не пришел.
– Так, - вздохнул Ричард и быстро пошел на кухню.
Пока он не всунул ей в рот таблетку, с трудом разжимая сведенные челюсти, и пока не
влил в нее стакан теплого молока, она не в состоянии была пошевелиться. Все ее тело как
будто свела судорога. Он закрыл окна, погасил яркий свет, завернул ее в пуховое одеяло и
отнес на кровать. Ничего, кроме жалости у него уже не было, он носился с ней, как с
собственной дочерью.
– Ну, зачем же так, Зела? Разве так можно?
– Ричард, - она посмотрела на него умоляюще.
– Как же я смогу тебе помочь, если ничего не знаю?
– Это пройдет, - сказала она тихо, - я смогу. . я не буду тебе мешать... мне надо только
собраться с силами.
– Ты мне не мешаешь.
– Неправда.
Отрицать это было глупо.
– 48 -
– В жизни всегда что-нибудь мешает, - сказал он, - это нормально.
– Я испортила тебе праздник.
– Знаешь, сколько у меня было этих праздников?
– Люди умеют веселиться...
Она казалась больной. Ричард чисто рефлекторно потрогал ее лоб, как если бы пред ним
была Ингерда. Температуры у Зелы не было, но на лице вдруг появилась та самая
брезгливость, которую он заметил у нее давно. Зела медленно сползала из-под его руки по
подушке вниз.
– Зела, ты что?
– он быстро убрал руку, но было поздно.
Она в какой-то панике укрылась одеялом с головой и свернулась там в маленький комок.
И объяснять ей что-то было,
– Вот этого не надо было, - сказал Ричард, - я и слова понимаю.
****************************************
*****************************19
Сын явился утром. Вместо чалмы с простыней на нем был чей-то грязный плащ. Пока
он отмывался в душе, Ричард заварил ему крепкий чай.
– Мы не далеко ушли от предков, - заявил Ольгерд, устало растягиваясь на кухонном
столе, - сначала надираемся, потом глотаем таблетки от похмелья...
– У предков таких таблеток не было.
– А что они делали?
– Пили снова.
– Веселая у них была жизнь... Чел не объявлялся?
– Твой Челмер раньше ужина не проснется.
Ольгерд отпил из чашки и как будто что-то вспомнил. Лицо его стало серьезным.
– Па! Я ведь должен тебе кое-что сказать!
– Может, проспишься сначала?
– Это важно.
– Ну, говори.
– Я видел эрха.
– Шутишь?
– Живого. Настоящего. Мы даже тяпнули с ним по чашечке кофе.
– Знаешь, сынок, - усмехнулся Ричард, - на карнавале еще не то бывает. И с духами
покойников пьют на брудершафт.
– Я серьезно, па. Он телепортировал.
– Ну и что? Это и люди могут. Я тоже могу из кухни в прихожую, хотя гораздо проще
дойти пешком.
– Дело не только в этом. Я это почувствовал, понимаешь? Он был чужой. С ним было
неуютно... и потом, он проник в меня, как едкий дым. Я его вытолкнул, сам не знаю, как это
получилось, просто разозлился.
– Он был синий?
– спросил Ричард на всякий случай.
– Нет. Нормальный. Очень красивый. Назвался Лаокооном.
– Может, одет был во что-то синее?
– В черный плащ.
– Расскажи-ка поподробнее.
Сын рассказал о встрече с незнакомцем в плаще домино.
– Он не спрашивал про Зелу?
– Нет. Ни слова. Па, ему это было не нужно. Он считал с меня всю информацию, какую я
знаю, и смылся. Зачем ему задавать лишние вопросы?
– Считать информацию не так просто.
– Даже если это эрх?
– 49 -
– Никто еще не сказал, что он эрх. Зела опасается кого-то другого. Она называет их
аппирами.
– Аппирами? Она заговорила наконец?!
– Рано радуешься. Кроме этого словечка и того, что они навевают на нее ужас, я ничего
нового не узнал.
– Где она?
– Спит.
Сын уловил досаду в его голосе.
– Па, у вас что-то случилось?
– Да, в общем, ничего, - сказал Ричард, не желая копаться в деталях, - она увидела в