Бесстрашный
Шрифт:
— Капитан, — жестом подозвал он Дижани. — Я смотрю спецификации на наши корабли и с удивлением узнаю все оружие, которое осталось, оказывается, еще с моих времен!
— Да, сэр, это базовые виды оружия, которые мы всегда используем в битве, существуют также и более новые, соответствующие потребностям сегодняшнего дня, но и традиционные у нас до сих нор в ходу. Вот этот, например, знакомый вам не понаслышке «громобой» мы усовершенствовали, добавив в него больше кибернетической энергии, удлинив запал и изменив структуру ядер, которые сейчас перезаряжать тоже стало куда проще
— И у вас до сих пор в ходу картечь, как я погляжу.
— Еще бы! Прекрасное в своей простоте и смертоносности оружие! А наши электромагнитные пушки стали еще более точны по прицелу и охватывают куда большую траекторию поражения. Правда, они так и остаются оружием ближнего боя, поскольку именно в нем больше всего и целесообразны, в частности, в связи с тем, что автоматная очередь довольно рассеянна, высока вероятность ослабить или прервать защиту противника.
— А что такое «спектр»?
— Строго говоря, практически то же самое, что и реактивные метательные заряды, к которым вы привыкли.
— Вы имеете в виду аналог?
— Именно. По существу, «спектр» представляет собой все тот же обособленный ракетный заряд, однако в отличие от используемых ранее снарядов спектры более маневренны, у них грамотная система координации, максимальная точность в поражении объекта и удивительная вероятность «выживания» в условиях активных атак нашего контрагента.
Система защиты тоже претерпела некоторые изменения. Броня стала крепче и легче, теперь она не препятствует скорости бега при отступлении наших войск и совершенно не мешает в сражениях. Что касается кораблей, то и для них стали отливать новые корпуса, с весьма улучшенными техническими характеристиками.
«Таким образом, кардинальных перемен в мире оружейного оснащения не произошло, — подумал Гири, — так что хоть на этом спасибо».
— Еще я хотел…
— Капитан! — офицер помялся в нерешительности, будучи не поставленным в известность о назначении нового главнокомандующего и пребывая в замешательстве, кому из них двоих конкретно следует отдать приказ. — Синдикат требует, чтобы корабли, прямо не входящие в состав флотилии, немедленно объявили о своей капитуляции и присоединились к их войскам.
Ни один мускул на лице Гири не дрогнул, поскольку самое важное было удержать себя в руках в этот момент, зная, что слишком много пар глаз следят за ним, слишком многие из его подопечных ждут ответной реакции, и самое главное сейчас для него — ни и чем не ошибиться.
— Капитан Дижани, я бы хотел услышать от вас приблизительные наметки того, что может с нами произойти в случае неподчинения заявленному требованию контрагента.
— Точно не уверена, поскольку с Синдикатом никогда не знаешь наверняка, но думаю, что в этом случае часть наших кораблей будет отвечать уже сама за себя. А если они начнут сдаваться…
— Вот черт. — Он вспомнил происходящее в конференц-зале. Нельзя молчаливо отсиживаться в стороне и ждать, что же все-таки в итоге произойдет. Надо действовать и действовать решительно. — Я хочу поговорить с главнокомандующим
— Тет-а-тет, сэр?
— Нет, пусть все видят и слышат наш диалог.
— Сейчас мы пошлем запрос на их корабль. Это недолго, всего несколько световых минут.
Офицер, доставивший послание, принялся колдовать над приборами, и в течение нескольких минут монитор был настроен на волну Синдиката.
Тот же главнокомандующий, который отдавал приказ о казни верхушки флотилии Альянса, смотрел с монитора в нетерпеливом ожидании.
— «Неустрашимый»? Флагманский корабль? Так, собственно, можно вести речь о капитуляции всей флотилии целиком?
— Перед вами главнокомандующий флотилии, а не только капитан «Неустрашимого», сэр.
В свою очередь, флагманский корабль Синдиката находился в данный момент всего в трех световых минутах от «Неустрашимого», поэтому с ответом следовало быть как можно точнее и аккуратнее, чтобы не вызвать вспышку гнева с их стороны раньше намеченного срока. Шесть минут светового времени понадобилось на доставку послания от одной стороны к другой, а затем наоборот, и наконец Гири увидел, что, оказывается, и командующего Синдиката можно выбить из равновесия.
— Мне плевать, что вы там себе надумали. Я и так был очень щедр, предоставив вам, по всем правилам межгалактической конвенции о правах человека, часовую отсрочку, однако, судя по всему, вы не пожелали ей воспользоваться. Жду от вас капитуляции, сдачу брони и деактивацию всего приведенного в боевую готовность оружия, в противном случае вы немедленно будете уничтожены.
Гири пожал плечами.
— Не думаю.
— Ну что ж, ладненько. Начнем мы с «Неустрашимого», а там, может быть, и у других кораблей сообразительности на капитуляцию прибавится.
— Корабли в составе данной флотилии находятся под моим командованием и будут поступать в соответствии с приказом. Моим приказом. — Гири пытался вложить и голос как можно больше хладнокровной уверенности, зная, что его сообщение транслируется не только главнокомандующему Синдиката, но и всем офицерам на его флотилии, которым бы вполне не помешала лишняя порция уверенности в своих силах. — Вам не удастся ни сломить наше сопротивление, ни уж тем более заставить капитулировать, — он очень надеялся, что слова прозвучали с должной долей уверенности, которую на самом деле совсем не чувствовал. Но до тех пор, пока ему удавалось сохранять внешний контроль, ни его флотилия, ни Синдикат не узнают, что творится у него внутри.
Общение с вражескими силами продолжалось уже около двадцати минут, когда Гири увидел, как главнокомандующий Синдиката на что-то отвлекся.
— Хм, вы знаете, похоже, мне следует провести инвентаризацию. Почему-то в моей базе по Альянсу не существует ни одного упоминания о вашей персоне.
— Возможно, вы просто смотрите не в том месте, — Гири позволил себе улыбнуться. — Попробуйте прокрутить на несколько лет, а то и веков назад.
Еще шесть минут в копилку Альянса.
— А, так вы тот самый мертвец? Ну, тогда и вовсе бесполезно тратить время, вас все равно не будет в базе. Глупая система до сих пор не может…