Бесстрашные
Шрифт:
поддых мы получаем позже. Но получаем. И я получил его в полуночной тишине нашей
съемной квартиры в центре Рио-де-Жанейро, когда взял этого маленького человечка на
руки.
Автопоезд родительских обязанностей приезжает к нам полностью загруженный
страхами. Мы боимся подвести своего ребенка, не дать ему всего, что нужно. Будет ли
у нас достаточно денег? Ответов на его вопросы? Подгузников? Места в ящиках комода?
Прививки. Учеба. Домашние задания. Поздние
достаточно, чтобы лишить родителей ночного сна.
И хотя мы учимся как-то со всем этим справляться, пчелиный рой опасностей так и
гудит в нашей голове. Возьмем родительницу, позвонившую мне вчера вечером. Из-за
ее десятилетнего сына разыгрываются настоящие битвы. Судебные процессы, отец, мать, адвокаты — ребенка разрывают на части. Мать не уверена, вынесет ли сын все эти
испытания.
Как и родители школьницы, которая вдруг упала без сознания на тренировке по
волейболу. Никто не знал, что у девочки порок сердца, и никто не может сказать, что
будет дальше. Когда мы молились у ее постели, щеки мамы стали мокрыми от слез.
Эти родители, по крайней мере, знают, где их ребенок. Мать, позвонившая в нашу
церковь с просьбой помолиться за нее, не знает. Ее дочь-старшеклассница сбежала из
дому со своим бойфрендом. Он без ума от наркотиков. Она без ума от него. Оба куда-
то катятся. Мать умоляет о помощи.
Страх
затопляет
родителей
высокооктановой
гремучей
смесью
—
выворачивающей нутро и леденящей душу отравой. Бодрствуют ли мама с папой у
дверей детской реанимации, приходят ли на еженедельное свидание в тюрьму для
несовершеннолетних или просто слышат скрежет поломанного велосипеда и плач
ребенка на дорожке, их терзает одна и та же мысль: надо что-то сделать. Ни отец, ни
мать не могут сидеть спокойно, когда их ребенок страдает.
Иаир не мог.
Когда же возвратился Иисус, народ принял Его, потому что все ожидали Его. И вот, пришел
человек, именем Иаир, который был начальником синагоги; и, пав к ногам Иисуса, просил Его
войти к нему в дом, потому что у него была одна дочь, лет двенадцати, и та была при смерти.
Когда же Он шел, народ теснил Его.
Лк. 8:40-42
Иаир — руководитель местной общины в Капернауме, «один из начальников
синагоги» (см.: Мк. 5:22). Мэр, епископ и омбудсмен в одном лице. Из тех людей, кто от
имени города приветствует почетных гостей. Но когда Иаир подошел к Иисусу на
галилейском берегу, он не выступал в качестве представителя своей деревни, он
умолял помочь его дочери.
Настоятельная необходимость побудила его обойтись без формальных
любезностей.
комплиментами, его мольба продиктована паническим ужасом. Одно из Евангелий
гласит: «Иаир... падает к ногам Его и усильно просит Его, говоря: дочь моя при смерти; приди и возложи на нее руки, чтобы она выздоровела и осталась жива» (Мк. 5:22-23).
28
Не только Иаир врывается на страницы Евангелия с мольбой о спасении своего
ребенка. Хананеянка ринулась навстречу Иисусу с криком: «...Помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется» (Мф. 15:22). Отец страдающего припадками
ребенка искал помощи у учеников Иисуса, потом у Него Самого. Он со слезами взывал:
«...верую, Господи! помоги моему неверию» (Мк. 9:24).
Мать из земли Ханаанской. Отец ребенка, больного эпилепсией. Иаир. Эти трое
нечаянно образуют некое новозаветное сообщество — страдающие родители
страдающих детей. Один конец спасательной веревки они держат у себя в руке, а
другой протягивают Иисусу. В каждом случае Иисус помог. Он ни от кого не отвернулся.
Его неизбывная доброта означает для нас следующее: Иисус сострадает боли
родительского сердца.
В самом деле, наши дети — это в первую очередь Его дети. «Вот наследие от
Господа: дети; награда от Него — плод чрева» (Пс. 126:3). Прежде чем стать нашими, они уже были Его детьми. И хотя они наши, они по-прежнему — Его дети.
Мы склонны забывать об этом, считая своих детей «нашими» детьми, как будто за
нами — последнее слово в вопросе их здоровья и благоденствия.
Это не так. Все люди — люди Бога, включая тех маленьких людей, что сидят у нас
за столом. Мудры те родители, которые постоянно возвращают своих детей Богу.
Самым известным примером здесь служит Авраам. Отец веры был также отцом
Исаака. Авраам и Сара чуть ли не сотню лет ждали рождения этого ребенка. Даже не
знаю, что тут удивительней — что Сара забеременела в девяносто лет или что они с
Авраамом в этом возрасте продолжали свои попытки зачать ребенка. Из всех даров, данных им Богом, Исаак был величайшим. И из всех велений Бога Аврааму это было
самым трудным: «Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты
любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной
из гор, о которой Я скажу тебе» (Быт. 22:2).
Авраам оседлал осла, взял с собой Исаака и двух слуг и отправился на место
жертвоприношения. Увидев в отдалении гору, он приказал слугам остаться и ждать. И