Бессмертные
Шрифт:
— Нет, — тихо прошептала сестра, — Я думала я умираю… Это было так страшно… Я так не хотела, чтобы ты испытала что-то подобное… Но к тебе было не подобраться! Прости меня!
— Тебе не за что извиняться, сестра! — я крепко стиснула в объятиях девушку, — Я бы хотела стереть эти воспоминания из своей головы!
Мы сидели молча в объятиях друг друга, затем я тихонько сказала:
— Джастин оплакивает тебя…
Мадлен молчала, а я не давила на нее, хотела, чтобы она рассказала мне сама о нем, когда будет готова.
Неожиданная
— Вивьен? — встревоженно спросила бабушка, заметив мое замешательство.
Я встала на ноги и отошла от костра, чтобы свет от пламени не бил в глаза.
— Милая, что ты чуешь?
Пахло вскопанной землей и солью, словно надвигалась буря. В это время Шейла припала к земле, замерла на мгновение, затем процедила сквозь:
— Топот копыт, нужно уходить.
Мадлен вскочила и испуганно вымолвила:
— Не успеем…
— Нужно сражаться! — сказала я, оглядываясь в поисках меча или клинка, — Мне нужно оружие! Есть хоть что-то?
— Можешь взять мое! — Мадлен протянула мне старый клинок Шейлы, — Мне очень трудно им управлять, так и не смогла к нему привыкнуть.
Шейла затушила костер и спрятала Лидию с бабушкой в кустах, строго настрого запретив даже громко дышать.
— Вы им не нужны, — отчаянно выкрикнула Мадлен, — Уходите!
— Мы столько всего прошли вместе не для того, чтобы сейчас попрощаться, — сухо ответила Шейла и вытащила из ножен свой тяжелы меч.
Через секунду я заметила двух всадников, они оставляли за собой пыль и грохот копыт. Я обнажила свой старый, но острый клинок. Язык прилип к небу, а сердце заходилось в рваном ритме. Реальность настигла нас, невозможно было просто так уйти от них. Я не могу потерять свою семья снова, не могу вернуться в это место! Там меня ждет только смерть! А я так хочу жить! Хочу увидеть снова Анзеля и этого надменного Джастина! Хочу увидеть земли вампиров! Хочу увидеть счастье на лице родной сестры, а не страх и отчаяние.
Они кружили вокруг нас, ничего не говоря, на них были доспехи Белого замка, их герб на седле. Тут один из них снял шлем и небрежно отбросил его в сторону. Показалась сальная голова Джованны, ее черные глаза все так же лихорадочно метались то ко мне, то к Мадлен, на мгновение задержались на Шейле, затем по кругу. Мадлен вжалась в мою спину, тихонько плача.
Женщина Алхимик захохотала.
— Гребаный нижний был прав! Живые! Думали вашу маленькую шалость никто не заметит? — голос сухой, противный, надсмехающийся, резал как камень по стеклу.
— Что тебе нужно, Джованна? — спросила я.
— Вспороть тебе брюхо, — прорычала она, слезая с коня, — Как я вас всех ненавижу, вампиры, алхимики, жадные, надменные
— Ты же одна их них.
— И мне тошно от этого.
Всадник рядом занервничал, он явно ожидал чего-то другого.
— Мы покончим с вами тут, никто не узнает, что вам удалось спастись. Закапаем прям под деревом, — голос алхимика звучал абсолютно безумным, — Никому не достанетесь, ни вам не нам, а потом они сгинут и их зверства вместе с ними.
— Она их ненавидит, себя ненавидит, — зашептала еле слышно Мадлен, — Жизнь свою долгую ненавидит, она не в себе…
— Отпусти нас, Джованна, — осторожно проговорила я, надеясь на чудо — Никто не узнает, мы уйдет в земли вампиров и никогда не вернемся.
— Они больше не смогут создать чудовищ, — бормотала Джованна себе под нос, не обращая на меня внимания, — Алтарь разрушен, сильных ведающих почти не осталось. Только вы две, сестры… Никто не вечен, никто! Думаешь мы одни тут рыщем? Он отправил всех кого только мог! Ритуал не завершен! Потому что сила ваша осталась при вас! Он это знает и найдет!
Женщина резко вытащила меч, острие опасно блеснуло, время словно замедлилось, мозг отчаянно думал, как справиться с двумя опытными рыцарями-убийцами.
— Готовься к смерти. К настоящей, — каждое ее слово прозвучало, как удар. В темных глазах алхимика разгорелся огонь, испепеляющий остатки моей храбрости.
Они атаковали почти одновременно. Мадлен упала на землю и поползла. Джованна ударила мечом по моему клинку и руки мои задрожали, удар был столько сильный, что я еле удержалась на ногах. Джованна расхохоталась совершенно безумно. Шейла схлестнулась, держалась она более уверенно, чем я. Сталь звенела, стоял хохот, даже сверчки и ночные птицы затихли, выжитая исхода.
— У них нет более надо мной власти! Их правление прошло-о! — нараспев кричала Джованна и наносила удар за ударом. Мне ее не одолеть!
Ее хладнокровие было высечено как на лике статуи, что придавало ей вид еще большей жестокости. Джованна снова ударила, но так, чтобы клинок вылетел из моих рук, а удар кулаком повалил меня на сырую от росы землю. Сестра подползла ближе — напуганная, распластавшаяся на земле, Мадлен смотрела на алхимика с глухим отчаянием.
Джованна двигалась неестественно плавно, угрожающе, как дикая кошка, готовящаяся к смертельному прыжку.
— Вампирские отродья… — зашипела она, поднимая свой меч прямо над моей головой.
Я бы хотела зажмуриться, но не могла себе такое позволить. Я смотрела в эти безумные черные глаза, пытаясь найти там хоть что-то похожее на жалость или сочувствие. И тут ее тонкие губы скривились и вместо того, чтобы обрушить на меня свою кару она развернулась и отразила чей-то удар. И это была не Шейла, та все еще отчаянно боролась со вторым рыцарем. Оглушительный звон металла, и я услышала знакомый голос: