Бессмертные
Шрифт:
— Мое имя Безадан Галемир, — словно читая мои мысли, произносит мужчина в светлой одежде, — Я глава этого замка, глава этого королевства. Я давно жду тебя.
Галемир бросает многозначительный взгляд на Анзеля, но ничего не говорит ему, а просто приглашает всех присутствующих:
— Прошу, зайдите.
Не знаю, как охарактеризовать это место. Гостиная, кабинет, оранжерея или спальня? Начну с того, что комната очень большая, с такими же неприлично большими окнами, которые делают это место ярким, солнечным, слишком открытым. Несколько окон плавно переходят в необъятный балкон с широкими перилами
Я поворачиваюсь к Анзелю, тот стоит совсем рядом, справа от меня и смотрит на Галемира темнеющим взглядом.
— Что вам нужно? — голос мой резкий как удар хлыста, разрезал этот воздух, юноша с цветами повернул ко мне голову и вытаращил на меня полные ужаса глаза.
Галемир упёр в меня свой пронзительный взгляд и заговорил медленнее, словно подбирая каждое слово:
— Для начала я хотел бы извиниться за Элиаша, он бывает слишком отстраненным на вид, что действительно может вывести любого, кто не знаком с его натурой. Но это не так, Элиаш очень м-м-м… Эмпатичен.
Я снова слышу за спиной вызывающее хмыканье. Анзель встал за моей спиной, так что я его не видела, но слишком остро чувствовала присутствие. Он стоял так словно… Защищал меня? Что за глупости. Я так зла, что нужно защищать отнюдь не меня.
— Что касается мрачного повода, из-за которого вам пришлось посетить нас, — его голос стал глубже, таким словно ему не все равно. Это меня взволновало. Гнев внутри переплетался с жуткой болью, — Мадлен…
— Как вы могли это допустить! — мой голос дрожит от злости и горя, — Мадлен пришла сюда служить, а не умирать!
Галемир склонил голову на бок, продолжая рассматривать меня так, будто я не человек, а интересный цветок из его импровизированной оранжереи.
— Какая дикая и необузданная красота, — наконец вымолвил он, — Ты совершенно не похожа на свою сестру.
— Кто ее убил?
— Наверно Элиаш тебе сообщил — пособники бездушных, — Галемир мягко оттолкнулся от стола и обошел его с другой стороны, его указательный палец слегка касался дорогого дерева стола, — Знаешь ли ты почему их называют бездушными, дитя?
Я молчала, сжав зубы.
— Бездушные, означает — лишенные души. Они создания тьмы, не способные к привычной для нас жизни, — его голос такой же мягкий, такой же убаюкивающий, такой голос можно слушать вечно, — Они не знают, что такое сострадание, любовь и сама жизнь. Они не могут иметь детей, как обычные вампиры. Ты спросишь, как они появились? Ведь всего тридцать лет назад их не было. В церкви скажут, что это наша кара за незамоленные грехи перед
— Алхимиков? Как алхимики могли создать что-то подобное?
— О, моя дорогая, алхимики очень могущественны. И уверен, что им было под силу создать нечто подобное.
— При чем тут моя сестра.
— Твоя сестра много лет помогала мне найти их пособников, а также старалась обнаружить место, где они скрываются.
— Пособников? Кто станет помогать таким как они? — мое лицо скривилось от отвращения.
— Бездушные хоть и без души, полные людских пороков и агрессии, но все же бессмертные. А бессмертие — избавление от страха о конце такой короткой человеческой жизни.
— Кто пойдет на такое… — прошептала я, не веря своим ушам.
Я не представляю ни одного человека, который согласился бы превратиться в настоящего монстра, убивать, пить кровь и никогда не видеть солнечного света.
— Поверь мне, таких хватает, — фыркнул Галемир, обойдя стол и остановившись прямо напротив меня. Позади стояли Элиаш и Анзель. Спереди Галемир, все такие высокие, опасные и могущественные. Я как маленькая девочка съежилась от страха, но старалась не подавать вида. Получалось плохо. Сердце отбивало такую чечетку, что я боялась, что мне сейчас сделают замечание, чтобы не шумела.
— Как она помогала?
— Знаешь ли ты самую сильную ее способность, Вивьен? — голос его был вкратчивым, пленительным, он говорил так тихо, что мне приходилось напрягать слух.
Я покачала головой, сильнее сжимая кулаки. Ногти больно впивались в кожу, удерживая меня в этой реальности.
— Мадлен могла читать мысли, эта ее способность была просто потрясающей, она была единственной в своем роде. И кто-то решил ее убить.
— Признайся, Галемир, убийств стало слишком много, ты больше не контролируешь ситуацию, — голос Анзеля разрубил пополам спокойствие, которым гипнотизировал меня Галемир, я несколько раз моргнула и бросила угрюмый взгляд на вампира.
Он смотрел мрачным, тяжёлым, все ещё темнеющим взглядом на Главного Алхимика. Его глаза стали такими зелеными словно море перед штормом. По какой-то интересной и неизвестной мне причине Анзель недолюбливает Галемира и бездушные на него нападали. Хоть в чем-то мы с ним схожи. Враг мое врага — мой друг. Но Анзель вампир — мой враг. Но он может стать моим союзником, надо лишь сделать вид, что я ему доверяю больше, чем Галемиру. А еще лучше — свалить отсюда раз и навсегда. Но вместо этого я сказала резко, с легким отвращением:
— Почему здесь вампир? Почему он присутствует на этом разговоре?
Я намеренно подливала масла в огонь, их неприязнь друг к другу можно было потрогать руками, такая она была сильная, как они сдерживались и говорили вежливо, мне вообще было непонятно.
— Этот вампир, — Галемир сделал акцент на последнем слове, — Граф Анзель Гортер, прибыл к нам издалека и представляет Королевство Андант за горным перевалом. Королевство, в котором правят вампиры. Убийства — это осквернение дара Богов — жизни. И между нашими Королевствами было заключено соглашение, что убийства бездушными и его последователями должны быть прекращены любой ценой.