Бесславные дни
Шрифт:
Видимо, нет. Бедняга.
Сьюзи быстро потеряла интерес к сёрфингу, хотя получалось у неё неплохо.
– Ты, что, выходишь в море вот так каждый день?
– спросила она.
– И тебе не скучно?
Он посмотрел на неё так, будто она спросила, не скучно ли ему от секса.
– Господи, нет, конечно, - ответил Оскар.
– К тому же, людям всё ещё нужны уроки. Как ещё, по-твоему, я должен зарабатывать?
Сьюзи с недоверием посмотрела на него.
– Тебе нужно подружку найти, - сказала она.
–
– Её у тебя не будет, если не будешь уделять мне достаточно внимания.
– Ты пойдешь со мной, - высказал Оскар разумное, с его точки зрения, предположение.
– А ты будешь ходить со мной по магазинам.
А, вот, это уже неразумно.
– Японцы разбомбили половину магазинов. К тому же, как ты собираешься везти эти покупки на материк?
Оаху падет. Если Сьюзи этого не понимала, то Оскар осознавал вполне отчетливо.
Она начала плакать, отчего он очень смутился. Он никогда не знал как вести себя с обиженными девочками.
– Будь ты проклят!
– кричала она.
– Тебе вообще ни до чего дела нет. Тебе плевать даже, что вчера был Новый год!
– Правда?
– Оскар помнил про Рождество. Он тогда купил свежего тунца у японского торговца и они смогли приготовить рождественский обед не из консервов. Повар из него неважный, но зажарить пару рыбных стейков он умел. До приезда на Гавайи, Сьюзи никогда не пробовала свежего тунца. Оскар быстро подсчитал и выяснил, что вчера действительно было 1 января.
– Ну, тогда с Новым 1942 годом!
– слегка застенчиво произнес он.
– Да, конечно, - горько ответила Сьюзи.
– Не надо было вообще сюда приезжать. Если японцы собираются...
– Она не договорила, что, по её мнению, собирались сделать японцы и снова расплакалась. Она же, наверняка, читала надписи на стенах. Сьюзи не настолько глупа и испорчена.
Оскар вдруг понял, что должен был что-то сделать, хотя понятия не имел, что именно. Он попытался погладить её по голове, как делали в кино, когда женщина начинала плакать. Укусить она его не успела лишь потому, что он вовремя успел одернуть руку.
– Какое тебе дело? Почему тебе не насрать?
– кричала она.
– Ты и так целыми днями катаешься на этой сраной доске, какая тебе разница, если тут будут японцы?
Он гневно посмотрел на девушку. Он был слишком уравновешенным человеком, чтобы кричать в ответ, не говоря о том, чтобы бить. Впрочем, он раздумывал над тем, прояснит ли что-нибудь добротная оплеуха в этой тупой голове. Но дальше размышлений дело не зашло.
Она плакала всё сильнее.
– Что нам теперь делать?
"Что значит, нам, Кемо Сабе?" - пришло на ум Оскару. Он часто слушал радиопостановки "Одинокого рейджера", пока местные станции не замолчали. Это несправедливо. Никто не принуждал его под дулом пистолета приглашать Сьюзи к себе, когда
– Я позабочусь о тебе, насколько смогу, - сказал он.
Сьюзи зыркнула на него своими ярко-голубыми глазами.
– Ты даже о себе позаботиться не можешь, Оскар.
– Да, ну? А это, что, по-твоему?
– спросил он, оглядывая квартиру.
– А знаешь, как я это называю? Ни о чём - вот как. Это не жизнь. Это просто... плавание по течению. Существование.
Разумеется, она была права. Именно это и привлекло Оскара в Гавайях в первую очередь.
– Так уж вышло, что меня всё устраивает, - спокойно ответил на это он. Но даже у его терпения был предел.
– А если тебя не устраивает, милая, собирайся и вали на хер.
– Он указал на дверь.
Он надеялся, что Сьюзи так и поступит. Но она никуда не пошла. Девушка побледнела даже, несмотря на загар.
– А куда мне идти? Что делать?
"Пойди на Отель-стрит. Встань на углу. Обнажи ножку. Плевать, что япошки сейчас бомбят центр Гонолулу, кто-нибудь тебя точно подберет". Но Оскар этого не сказал, а лишь сглотнул. Сьюзи, конечно, была опытной - в постели они не тратили ни минуты зря, но она всё-таки не профессионалка.
– Если решила остаться тут, веди себя подобающе, ясно?
– сказал, наконец, он.
– Ясно, - неожиданно тихо ответила девушка. Неподалеку раздался артиллерийский грохот. Сьюзи невольно повернулась на шум. Затем, не без труда, снова посмотрела на Оскара.
– Что будем делать, если... японцы победят?
Нет, она отнюдь не глупа. По крайней мере, видит то, что у неё перед носом.
– Не знаю, малыш. Всё, что сможем, - ответил Оскар.
– Они же победят, да?
– Похоже на то.
– Сам он в этом уже не видел ничего веселого, в отличие от неё. Но и врать ей он смысла тоже не видел.
– Не надо было сюда приезжать!
– Ну... Не поздновато для таких мыслей, как считаешь?
– О себе он думал примерно то же самое. Но ей говорить не стал. Её это расстроит ещё сильнее, а поделать они ничего не могли.
Джим Петерсон яростно рвался в бой. Настолько яростно, что согласился расстаться с офицерским званием и превратиться в обычного пехотинца. Однако, оказавшись в бою, он быстро понял, что начисто выжил из ума.
Он полз по тростниковому полю где-то на северной окраине Перл Сити. Где-то рядом стрелял японский пулемет. Над головой свистели пули. Джим раздобыл саперную лопатку у тощего белобрысого капрала и принялся окапываться. Тому капралу она больше не понадобится. В воздушном бою, чем выше ты находился, тем лучше была твоя позиция для атаки. Здесь же, на земле, всё наоборот - чем глубже прячешься в земле, тем безопасней.