Беременна поневоле
Шрифт:
Я опять начала любоваться его красивым профиль. Отводила взгляд, но меня словно магнитом тянуло в эту гибельную пропасть.
Мне хотелось на него смотреть и сказать, что нельзя быть таким притягательным.
— Хочешь поговорить?
— Нет, просто не могу подобрать слов, чтобы извиниться за испорченную вечеринку.
— Ты не создана для шумных и пьяных компаний. У тебя слишком нежные крылья, Бабочка, — срывающимся голосом произнёс он. — И слишком красивые.
Я сложила руки — ладонь к ладони на коленях. Опустила взгляд,
— Прячешься? Жаль… Я не могу на тебя насмотреться.
42. Арсений
–– Пожалуйста. Смотри на дорогу, –– попросила Алёна.
Её голос дрожал от переполняющих эмоций. Она пыталась перекрыть их равнодушным фоном, но я слишком хорошо чувствовал скольжение её взгляда по своему лицу.
Алёна постоянно возвращалась ко мне, разглядывая исподтишка.
А мне точно так же исподтишка хотелось заглянуть в её мысли и понять, каким она видит меня.
Алёна не осмеливалась сделать шаг навстречу и делала вид, что не понимает моих откровенно-жадных взглядов, беснующихся на её лице, теле и губах.
Её губы стали моим наваждением. Красивые. Пухлые. Без помады. Без призывно ярких и кричащих цветов. Но они виделись мне экзотическим блюдом, которое мне никак не удавалось попробовать.
Я безумно надеюсь, что придёт моё время, Бабочка. Когда ты не будешь испуганно замирать от моей близости. Возможно, тебе надоест сопротивляться вожделению, подтачивающему тебя изнутри.
Меня потряхивало от яркого и сумасшедшего желания, приливающего к окаменевшему члену, которому при взгляде на девушку становилось тесно в брюках модного покроя.
Мне хочется, чтобы она звала меня по имени, чтобы дала себя приласкать. Разрешила показать, какой бывает ласка — пьянящей, будоражащей, отключающей все страхи и преграды.
Мне хочется, чтобы над её телом восторжествовала потребность ощутить меня глубоко в себе.
Мне приходится смотреть на дорогу, а так хочется смотреть на девушку и испытывать границы её терпения.
— Скоро приедем. Как проведём этот вечер? — спросил я.
Вовремя прикусил язык, чтобы не сморозить пошлость вроде «Может быть, ты захочешь проснуться завтра утром в моей постели?»
Я действительно хотел именно этого.
Я желал Алёну больше, чем желал любую другую. И в ином случае я бы уже не церемонился, а пересадил красотку на заднее сиденье, задрал ноги на плечи, врезаясь в промежность глубокими толчками.
Я скользил по Алёне быстрым взглядом.
Кажется, она чувствовала мою бурлящую похоть. Невольно сжимала пальцы в кулачки и прикусывала губы с внутренней стороны.
Я ощущал её трепет. Но одновременно понимал, что в Алёне остался страх передо мной. Это то, что всегда отрезвляет меня и заставляет сдерживаться в самый последний момент.
— Не бойся. Я не повторю свою ошибку, — сказал обтекаемо, чтобы не произносить слово «изнасиловать». — Мне
— Ты невозможен, Арс…
Уголки её пухлых губ немного дрогнули. Но Алёна сдержала зарождающуюся улыбку. Спрятала от меня.
Я старался больше смотреть на дорогу, чем на сидящую рядом девушку. Но как назло в белом полотне извивающейся дороги мне виделись скрытые смыслы. И каждый из них — отнюдь не безобиден.
Я помог Алёне выбраться из машины и проводил до двери спальни.
Внутри всё ещё теплилась надежда, что когда мы столкнёмся с дверью, Алёна закинет руки на шею и попросит остаться.
Но вместо этого она одарила меня почти пустым взглядом, прячась глубоко внутри себя.
–– Мне очень жаль, что у нас получилось такое плохое начало… — осмелилась сказать Алёна, схватившись пальцами за дверную ручку.
Мы бесконечно долго смотрели глаза в глаза друг другу.
— Попытайся дать мне шанс. Я могу быть другим. Нежным, заботливым, внимательным. Позволь показать? — попросил я.
Осторожно перехватил узкую ладонь, поднеся к губам.
Медленно поцеловал пальцы. Её рука дрожала. Алёна не могла ни отнять ладонь, ни попросить меня перестать касаться хотя бы так.
По её глазам я видел, что она очень хотела бы поверить мне. Я перебрался поцелуями уже на запястье, услышав рваный и громкий вдох.
— Мне нужно идти к себе, — торопливо сказала сбивчивым и дрожащим голосом.
Напряжение достигло точки кипения.
Я словно со стороны смотрел на себя, удивляясь, почему я ещё не распластал её по этой двери, задрав платье. Ведь она дрожала не только от страха, но и от моей близости — тоже.
Мне так хочется, чтобы она скучала по мне и желала меня, что я болся оказаться неправым. Страшился дотронуться до неё и понять, что ошибся.
43. Алёна
После неудавшейся вечеринки я чувствовала себя должницей перед Арсением. Он привык к развлечениям и шумным компаниям. А я из-за своего характера и боязни толпы испортила мужчине вечер.
На следующий день я извинилась за это, поймав на себе изумлённый взгляд Покровского.
— Прекрати, Алён. Всё нормально. Ты же беременна. Не стоит переживать! — успокоил меня Арсений.
Я не сказала ему, что меня перепутали с Миланой. Что-то удержало меня в самый последний момент. Мне даже думать не хотелось о том, что когда-то Арсений сходил с ума по девушке, с которой меня сейчас постоянно сравнивали.
Я не хотела быть её тенью и старательно игнорировала все мысли о том, почему я здесь, с Покровским.
Через день позвонил Иван и поинтересовался, почему мы покинули вечеринку так рано. Арсений разговаривал с братом спокойно, будто не было размолвок.
— Ваня пригласил нас к себе на Новый Год. Будут только близкие друзья и знакомые. Пойдёшь со мной?