Беременна от мажора
Шрифт:
Вздохнув, сжимаю ремешки рюкзачка на плечах, пытаясь встать ровнее и не думать о том, что после универа снова надо идти домой и видеть родительские физиономии. Ребята шумят, обсуждая будущую практику. Летом студенты факультета иностранных языков, обучающиеся по профилю «Перевод и переводоведение», проходят практику в международных компаниях, бюро переводов, издательствах и других организациях, ведущих международную деятельность. С рядом предприятий заключены договоры о последующем трудоустройстве студентов нашего факультета.
На крыльцо поднимается наш куратор, начиная перечислять, кто и куда сегодня направится.
— Девочки, — добавляю шепотом, — я не спорю, просто моим отцу с матерью никак не удается смириться с тем, что я уже не маленькая и могу сама решить идти мне в кафе или провести ночь с парнем.
— Им просто нужны грядки и помидоры.
— И кабачки, — добавляет Катя, строя глазки нашему новенькому.
Она молодец. Всегда веселая, жизнерадостная и шутливая, живет с парнем, а флиртует с другими, свободная и независимая от родителей. В ней нет тех загонов, что прививались мне с детства. Вот я, например, поддалась порыву и страсти, пошла против родителей и в глубине души чувствую, что грязная, хотя на самом деле ничего ужасного не совершила. Уж слишком долго они мне это втирали. Боже упаси меня заикнуться о гражданском браке с каким-нибудь парнем, да моя мать во сне отрежет мне волосы за такое.
Поэтому мне так нравятся мои девчонки. Машка, как и Катька, довольно свободная в своих желаниях. В общаге у них даже конкурс был, кто больше перецелует парней на вечеринке по случаю открытия новых душевых. Я бы так не смогла. А Машка танцевала на столе, размахивая лифчиком и ловко лавируя между стаканами с напитками. Она смешная, иногда как отмочит анекдот, у меня даже уши краснеют. Я целовалась только с Кириллом и вот еще с Димой… Какая ж я все-таки глупая и наивная дурочка, он наверняка уже и имени моего не помнит.
Хмурюсь, возвращая все внимание преподавателю, потому что куратор, перечисляя фамилии, направляет нас с Машей на практику не туда, куда планировалось изначально.
— Так Александрова и Вальцева поедут в международную компанию «Астрикс» вместо экстерном прошедших практику Марины и Кирилла Петровых, а в бюро переводов…
— Это как так?! — смеется Машка, некультурно перебивая преподавателя.
Моя мама убила бы меня за такой хамский выпад.
— Я понятия не имею, — улыбается совсем еще юная преподша. — В деканате мне сказали, что новоиспеченная семья Петровых практику уже прошла, сейчас им нужно лететь…
— На Мальдивы! — кричит Машка, вызывая общий смех одногруппников.
— Это мне неизвестно. — Начинает нервно перебирать документы кураторша.
Дальше нам называют адреса, раздают все необходимые бумажки и отправляют с миром, напоминая, что мы должны вести дневники практики, все записывать, привлекая к этому руководителя. Мы расходимся в разные стороны.
— Я думала, уж
— Не думаю, что мы будем так уж пахать, Маш.
— Все равно! Должен быть день для того, чтобы собраться с мыслями. Вот как первое сентября: пришел нарядный, вручил цветы училкам, «Урок мира» и домой, то есть гулять на улице и пачкать белые гольфы. А тут сразу на работу.
— Во взрослой жизни на работу ходят каждый день.
— Да знаю, я знаю, Иванка. Кстати, наш Дима так и не объявился? — резко переводит она тему.
— Нет. — Тут же поворачиваюсь к окну, изучая пролетающий мимо универмаг.
Болючая тема, неприятная.
— Не буду тешить тебя напрасными надеждами, большинство парней не парятся насчет ночей со случайными девчонками на свадьбе, тем более после того концерта, что устроили твои родаки.
— Понимаю. — Опускаю взгляд на свои пальцы, начиная их выкручивать. — Сглупила я с Димой. У нас было хорошее общение, как будто близкое. С Кириллом у нас связи такой никогда не было. Он скрывал от меня свои эмоции и чувства, будто был не до конца откровенен. Немудрено, что в итоге он женился на другой.
Конечно, я не рассказала об отце Димы, не смогла. Я видела боль в его глазах. Даже если мы никогда больше не встретимся, я не могу предать его.
— Слушай, Иванка, мой тебе совет: забудь его. Найдем другого. Может, не такого богатого, но нормального парня. Ну было и было, с кем не бывает.
— Предъявляем, что за проезд! — неожиданно и громко орет над нами кондуктор, заставляя вздрогнуть и называя полную стоимость проезда.
— У нас проездные. И мы студенты, вообще-то! — огрызается Машка.
— Предъявляйте студенческие тогда, — непреклонно требует женщина в форме гортранса.
Во повезло нам сегодня. Билеты уже давно у водителя покупают и в терминалах, а тут такой раритет. Не хватает только сакраментальной фразы: «Контроль на линии!»
— Как будто не видно, что я молодая и стремлюсь к знаниям. Кругом бюрократия сплошная! — бубнит подруга, роясь в необъятном бардаке своей сумки.
— Посмотрите, пожалуйста. — Предъявляю документ, улыбнувшись женщине, все же она на работе, а Машке лишь бы ругаться с кем-нибудь.
Пока подруга неуместно долго пререкается с кондуктором, я достаю свой телефон. Симку я подключила новую и уже вернулась в социальные сети. В телеграме и инсте высвечиваются сообщения от Кирилла.
«Я хотел попрощаться»
«Просто мы долго не увидимся»
«Не смог до тебя дозвониться!»
«Хотел бы дружить, мне нравится с тобой болтать!»
Больной, что ли? Не понимаю такого. Женился, так болтай с женой. Устаю его блокировать в вк, телеге и ватсапе. А потом вдруг натыкаюсь на запрос от неизвестного мне подписчика с ником «Джейкоб 97».