Берег мечты
Шрифт:
— Мистер Беллами. — Логан протянул руку.
Грег поколебался. Сначала ему хотелось вытолкать этого нахала вон, потом он вспомнил себя, восемнадцатилетнего, как он первый раз стоял перед родителями Софи и что тогда испытывал. И пожал протянутую руку.
— Сэр, я пришел с добрыми намерениями. Я просто хотел повидать Дэзи и… ребенка.
— Все в порядке, папа, — поспешно сказала Дэзи. — Это я его вызвала.
Грег неохотно вышел и оставил их одних. Закрывая за собой дверь, он обернулся и увидел, как Логан осторожно и боязливо приближается к кровати. Когда, наконец, он
Грег тихо прикрыл дверь, его радость немного померкла, как будто у него отнимали дочь. Он не ожидал, что Логана вызвали, даже не посоветовавшись с ним. Она уже принимала самостоятельные решения, не интересуясь мнением отца. Доказывает самой себе, что способна на это, раз решила жить самостоятельно.
Как и говорила ему Нина. «Нина! О боже!» Что он наделал! Он зашагал взад-вперед по коридору, вспоминая свою истерику. Даже не заметил, что Логан вышел из палаты. Парень выглядел потрясенным, глаза его были влажными.
— Хочу, чтобы вы знали, сэр, мы с Дэзи решили после все обсудить и решить, как будет лучше. Я хочу сделать все для нее. И я знаю, что вы тоже.
Грег потер подбородок. Он не брился несколько дней.
— Ты все правильно сказал, Логан. Надеюсь, так же правильно и поступишь.
— Не сомневайтесь, сэр. — Логан взглянул на листок, который держал в руке, там было что-то написано.
— Она хочет пиццу.
Грег кивнул:
— И это только начало.
Логан ушел, а Грег вернулся к Дэзи. Она уже успокоилась, хотя слезы еще не высохли.
— Все в порядке, папа. Все будет хорошо.
— Надеюсь. Но прошу тебя, не делай поспешных выводов.
— Не беспокойся. Мы с Логаном пока ничего еще не решили. Нам надо о многом переговорить. — Она прижала в груди спящего Эмиля. — Знаешь, я думала, что никогда не захочу его больше видеть и не захочу, чтобы Чарли знал о нем.
— Чарли?
— Логану кажется, что многие станут коверкать его имя Эмиль, поскольку оно французское, и станут звать его Эмили, как девочку. — Она взглянула на отца. — Послушай, папа, ты знаешь, как я люблю тебя. Пока я даже не представляю, как буду жить без тебя. Знаешь, почему я позвонила Логану? Я подумала об Эмиле. Что, если он тоже будет страдать без отца, и будет нуждаться в Логане, как я в тебе?
Грег смущенно откашлялся, чтобы она не заметила дрожи в его голосе.
— Я всегда буду рядом, как теперь.
— Но сейчас тебе надо пойти и отдохнуть. С нами все будет хорошо.
— Да, я знаю. Но вдруг что-то понадобится.
— Не волнуйся, здесь полно народу, иди отдохни.
— Может быть, я подожду, пока твоя мать не вернется.
— Не надо ее ждать, что может случиться? Я так рада, — вдруг услышал Грег, — что вы оба были со мной прошлой ночью.
— Мы всегда будем с тобой.
— Я даже в какой-то момент вдруг понадеялась, что ребенок снова свяжет вас вместе и поможет залечить прошлые раны.
— Нет. Мы не будем вместе. Но эта ночь примирила нас.
Она улыбнулась:
— Это хорошо. Но ты должен знать, что я помню наш разговор накануне и я не отступлю. Все
— Поговорим позже на эту тему.
— Но я не хочу, чтобы ты забыл или сделал вид, что разговора не было, как ты умеешь это делать. — Он хотел перебить, но она остановила его взглядом: — Чтобы ты напрасно не надеялся, я тебя предупреждаю, что ничего не изменилось. Это моя жизнь, и мне решать. Я люблю тебя, папа, и, конечно, мне было бы намного легче жить рядом с тобой. Но тогда я откажусь от собственной жизни и проживу чужую. Жизнь твоей дочери, но не мою собственную. Я хочу быть сама собой, это необходимо для меня, а теперь и для Эмиля.
— Но я не возражаю.
— Нет, ты возражаешь. Но ты привыкнешь к этой мысли. И еще. Не надо злиться на Нину, что она дала мне совет, который тебе так не нравится. — Дэзи вдруг улыбнулась мудрой женской улыбкой. — Я знаю все о тебе и Нине.
— Не знаю, о чем ты.
— Брось, мы оба знаем. Слушай, когда ты встречался с другими женщинами, я не могла к ним относиться хорошо. Наверное, я мечтала, чтобы ты вернулся к маме. Или ревновала, хотела, чтобы ты остался один с нами. А теперь у тебя есть Нина.
К черту Нину. И все остальное, что может отнять у меня дочь.Он выбросил Нину из головы. Решено. Вот только она все время вставала перед глазами — как она была счастлива, как сияли ее глаза, пока он не нанес ей удар. Он никогда раньше не видел у нее такого беззащитного выражения, разве что в те моменты, когда они занимались любовью. Ну почему она не захотела оставить все как было. Быть его любовницей, его другом и не лезть в его отношения с дочерью и тем более не советовать ей уехать из дома.
Он вспомнил ее улыбку, ее искренность, вспомнил, как она умеет строить отношения с окружающими, как люди вокруг тянулись к ней. И ее быстрые смены настроения, южный темперамент, ее любовь, те незабываемые моменты, когда она дарила ему такое наслаждение…
— Я за тебя счастлива, папа, — продолжала Дэзи. — Вы с Ниной хорошая пара. Я вижу, что вы просто с ума сходите друг по другу, и я в первый раз могу сказать, что рада видеть тебя с женщиной. С Ниной. Она вернула тебя к жизни, папа. Почему ты молчишь?
— Дело в том, что я вроде как порвал с ней в день свадьбы.
— О нет! Ты не мог поступить так глупо, так необдуманно…
— Но все именно так, Дэзи. Я совершил такую непоправимую глупость.
— Так иди и исправь ее, папа. И поспеши.
Глава 28
Поздно вечером, скорее ночью, Нина стояла на пристани на берегу озера, думая, что, вероятно, это в последний раз. Пора попрощаться с гостиницей «Уиллоу». Трудно было сказать прощай своей мечте, но еще более мучительно признать, что ее нежданно обретенная любовь к Грегу Беллами и связанные с этим надежды рухнули. Конечно, его слова, что им придется решить вопрос с работой в гостинице, были сказаны в приступе гнева. Он не заявил прямо: «Ты уволена». Но она не станет ждать. Решение пришло сразу, еще до того, как она обдумала свое положение со всех сторон. «Я уеду. Я не могу больше оставаться здесь».