Бен
Шрифт:
Шаги Джуда звучали громко, пока он шёл на звук в комнату Бена. Пустая незастеленная кровать издевалась над ним. Бен мог бы только что вылезти из неё, и Джуд практически слышал, как он принимает душ — только снова раздалось жужжание. Потянувшись вниз между тумбочкой и кроватью, Джуд схватил маленькую железную урну и поднял её. Он сел на кровать, когда увидел на дне мусорки танцующий телефон Бена. Бен не потерял телефон в аварии, а, возможно, не смог найти его до того, как уехал в тот клуб во вторник вечером. Телефон дрожал в онемевших пальцах Джуда, пока он переворачивал гаджет и проверял экран.
Кейдж.
Джуда
— Алло?
— Малыш, я звоню тебе три чёртовых дня. Я сказал тебе позвонить, когда ты приедешь домой из клуба. Я не буду сидеть и терпеть от тебя это дерьмо...
— Я не твой чёртов малыш. Бен в больнице. Его сбила машина, пока он ехал на мотоцикле домой после того, как ты избил и обжог его, — прорычал Джуд в трубку. Адреналин яростно стучал в его крови и делал его безрассудным. Он не должен был лезть в жизнь Бена. Нужно было повесить трубку, но болезненное восхищение тем, что имел этот придурок, чего не было у Джуда, заставило его задержаться.
— Он в порядке? — спросил Кейдж, и Джуд удовлетворённо усмехнулся, услышав раскаяние.
— Разве он лежал бы в больнице, если бы был в порядке? Нет, он довольно сильно пострадал. Врачам пришлось исправлять травмы его мозга, потому что он всегда ездит без чёртового шлема, — горло Джуда сжалось, когда в мыслях снова появилось изображение побитого и сломанного тела Бена. Они все были так чертовски близки к тому, чтобы его потерять.
— В какой он больнице?
— С какого перепуга я буду тебе это говорить? Он не в состоянии для твоих ласк, уверяю тебя.
— Слушай, я не знаю, кто ты, но меня волнует, что с ним происходит, — огрызнулся Кейдж, и его тон вызвал у Джуда сомнения насчёт его искренности, но это могло быть предвзятое отношение к мужчине, который навредил Бену. Очевидно, Бен доверял ему и захотел бы, чтобы Джуд всё ему рассказал.
Слова оставили горький привкус, сорвавшись с его губ.
— Он в «Мерси», — выплюнул Джуд и нажал кнопку завершения вызова, пока не взыграла его ревность, и он не сказал что-нибудь, о чём пожалеет он сам или Бен. Джуд положил телефон на столик рядом с кроватью и оглядел маленькую спальню. Здесь всё кричало имя Бена. Джуда переполнил горячий поток слёз, и он даже не пытался их остановить. Вместо этого он свернулся на холодных простынях, окружённый запахом тела Бена, и закрыл глаза от отчаянной необходимости разлететься на кусочки.
***
— Бенджи, когда ты начал ездить на мотоцикле? — спросила его мать, пока Бен сидел в кровати и пытался переварить дерьмо, которое служило в «Мерси» обедом. Сухой, комковатый кусок запечённой курицы, картошка, которая явно взялась из коробки — без подливы, что было бы грехом — и смесь овощей с текстурой перезревших фруктов. Не удивительно, что люди в больнице либо сбегали, либо умирали.
— Я купил его в прошлом году. Когда погода хорошая, это дешевле, чем водить грузовик, — объяснил он, отвлекаясь на то, что морковка, которую он проткнул вилкой, развалилась от такого контакта. Вздохнув, Бен отодвинул поднос и откинулся обратно на подушку. Мать подскочила со стула, будто прямо из сидения ей в зад выскочила пружина.
— Ты закончил, милый? Ты
«Я не могу потерять ещё одного ребёнка, Бенджамин».
Обвинение не прозвучало, но её взгляд выражал каждое до единого слова, так чётко, что с таким же успехом Бен мог их услышать. Он закрыл глаза от чувства вины.
— Ты устал, сладкий? Думаю, твой друг идёт обратно. Я не хочу уходить, пока он не придёт. Не хочу, чтобы ты был один, — беспокоилась она, разглаживая несуществующие складки на своей майке.
— Довольно устал. Вам не обязательно оставаться. И Джуду тоже, на самом деле. Я в порядке, — он давился ложью, пока она выходила, но не забрал слова обратно. В его голове будто бегали бешеные лоси. Их топот стал равномерной пульсацией, в такт с сердечным монитором на стене позади него.
— Он хороший мальчик, — уклончиво сказала она. Вот чёрт. Он действительно не хотел говорить об этом. Конечно, они знали, что он гей; у них был один конкретный разговор за обеденным столом, пока Джульетта сидела рядом с ним, проявляя такую сильную поддержку, что Бен чуть ли не рыдал. Она всегда поддерживала своего старшего брата, а он её бросил. Он позволил ей умереть от рук чудовищ в темноте. Нет, он не мог думать сейчас об этом. Не сейчас.
— Да, мне повезло, что я ответил на его объявление. Он отличный друг, — сказал Бен и надеялся, что это удовлетворит её любопытство. Однако, как часто бывало, удача его покинула.
— Вы двое, эм... вы...? — начала она, но прервалась, возможно, не уверенная, как спросить. «Вы встречаетесь? Вы ведёте себя осторожно? У вас есть СПИД?»
— Нет, мам. Мы с Джудом просто друзья, — объяснил он, опережая любые другие вопросы, которые она могла задать. Его отец заёрзал на месте, но продолжал с неуместным интересом смотреть телевизор, повешенный над потолком. Звук был практически слишком тихим, чтобы услышать, но он явно сосредоточился на «Колесе фортуны».
Звук шуршащего пакета у двери привлёк его внимание, и Бен перевёл свой взгляд. Сьюзан, милая сестра Джуда, стояла с огромным пакетом какой-то еды на вынос. Он не мог разобрать логотип, лёжа в кровати, но это не имело значения. Она была очень хорошим отвлечением от любопытства матери.
— Привет, Сьюзи! — крикнул Бен. Она задержалась в дверном проёме, и Бен списал её грусть на его разбитый внешний вид. Джуд уже пару дней так на него смотрел. Почти сразу же, это мгновение прошло, и она ему улыбнулась.