Белый
Шрифт:
Остальную часть вечера мы не разговариваем, но его руки остаются на моей спине, словно приклеенные. Кажется, никто этого не замечает. Только Роуз.
Глава 28
Джейк
Не могу держать руки при себе. Пытаюсь не трогать ее или просто находиться подальше, но это абсолютно невозможно. За последние шесть месяцев для меня многое поменялось. Я все еще сломлен, и так останется навсегда. И неважно, как бы сильно я ни пытался справиться с этим, отголоски прошлого настигают меня в самое
Это же должно что-то значить, да?
Роуз говорит, что должно. Наверное, я рассказываю ей слишком много. Эта женщина столько знает…
Эдди смотрит на всех с улыбкой, по-доброму. Но остается на месте, будто приклеенная, даже когда ее приглашают танцевать. Мне нравится думать, что это из-за меня. Моя рука удерживает ее на месте. Она смотрит в мою сторону с той же доброй и кокетливой улыбкой. Но не пьет, как остальные. Только те пару коктейлей в баре, и ни капли больше. Потом наклоняется, чтобы что-то прошептать мне на ухо. Из выреза топа соблазнительно показывается верхняя часть груди, и мое воображение пускается вскачь. Мне хочется схватить ее за грудь, дотронуться до нее еще раз.
— Не хочешь сбежать отсюда? — предлагает Эдди хриплым голосом.
Я хватаю ее покрепче и выпрямляю спину.
— Это вопрос с подвохом? — Затем встаю и подаю ей руку.
Эдди смущенно смотрит на нее, но принимает предложенную руку и встает. Мы машем всем на прощание, и я веду ее к двери так быстро, как только могу.
Я направляю нас к моей машине, но вместо этого Эдди тянет меня дальше, вниз по улице. Останавливается возле одного из самых дорогих и хороших отелей в этом районе и открывает дверь специальной картой. Там она мило улыбается лифтеру, которого я даже не замечаю. Мой взгляд прикован к ней.
— Нам стоит делать это? — спрашивает она, когда мы заходим в лифт. И смотрит куда-угодно, только не на меня.
Я хватаю ее руку и прижимаю к ширинке своих джинсов. Эдди сжимает член и смотрит на меня широко распахнутыми глазами.
— Стоит и будем.
Звякнув, лифт открывается, и мы идем в номер Эдди. Как только она открывает дверь, я хватаю ее за талию и прижимаю спиной к себе. Сдвигаю в сторону волосы и покрываю дорожкой поцелуев шею. Она откидывается на меня, трется о меня, и желание поиметь ее становится практически невыносимым.
— Нужно было бежать, пока у тебя была возможность, — шепчу я на ухо Эдди.
На ее коже выступают мурашки. Эдди поворачивается и прижимается ко мне.
В моей голове крутится одна мысль — нужно быть сдержанным. Обуздать себя, отдать должное ее желаниям, нежности. Это так сложно, когда мне так отчаянно хочется взять ее полностью, увести в места полные тьмы, откуда она никогда не вернется.
— Прикоснись ко мне, — просит она, отступая и снимая топ. Потом расстегивает штаны, спускает их вниз и отступает к дивану.
Я нежно касаюсь ее талии, а затем прижимаю к себе всем телом. На Эдди остались только стринги. Целую ее и легонько толкаю назад, и она опрокидывается на спину на диван так, что ее ноги отрываются от пола.
Беру ее за лодыжки — по одной в каждую руку. Эдди не
Я встаю, снимая с себя всю одежду. Когда снова смотрю на Эдди, ее руки лежат на груди, она сжимает соски, широко открыв рот. Я подтягиваю ее к себе за лодыжки. Эдди приподнимается и ногами обхватывает меня, все еще не открывая глаза. Хватаю ее за волосы и тяну так сильно, что голова Эдди запрокидывается, а веки распахиваются в удивлении или страхе. Облизываю ее шею, оставляя влажную дорожку ко рту, даю Эдди попробовать саму себя — такую охрененно сладкую. Этот вкус прекрасен и, кажется, теперь я от него зависим.
Эдди на секунду отстраняется от моих губ, а потом я скольжу внутрь нее — она все еще обхватывает меня ногами, что облегчает процесс проникновения в ее влажную и жаждущую киску. Эдди помогает моим толчкам, поддерживает ритм, позволяя проникать глубже и глубже. Смотрит мне в глаза. Она впервые смотрит на меня с тех пор, как я к ней прикоснулся, ее сияющий взгляд полон похоти. Я хватаю ее за шею, и пальцы покалывает от желания сжать их, но я едва касаюсь ее, лишь самыми кончиками. Обхватываю ладонью, но не сжимаю. Глаза Эдди удивленно распахиваются, она знает, что мне хочется сделать, как и то, что я сдерживаюсь.
— Давай, — говорит она между вдохами, но не знает, о чем просит. А потом, пока я не убрал руки, кричит: — Давай же!
Я смотрю в глаза Эдди, пытаясь понять, действительно ли она хочет этого, а потом сжимаю пальцы. Сначала слегка, постепенно привнося в действие немного безумия. Сжимаю сильнее, добившись ее тяжелого дыхания, и слышу, как у самого участилось дыхание.
Когда Эдди кончает, ее глаза становятся просто огромными. Она выглядит крайне удивленной. Я автоматически сжимаю пальцы еще сильнее, пока длится этот момент, но она шлепает меня по рукам, и я понимаю, что слишком груб. Я кончаю, шумно и тяжело дыша. И когда упираюсь лбом в ее плечо, все еще находясь внутри нее, Эдди касается моей спины. Гладит меня и целует в шею.
— Извращенец, — смеется она, и я не могу удержаться от того, чтобы тоже не засмеяться, даже думая о том, что мог сделать что-то страшное. — Но мне понравилось.
Это удивляет. Я поднимаю голову, еще секунду назад слишком напуганный, чтобы увидеть ее реакцию. Но когда смотрю на нее, она улыбается.
— Мне казалось, тебе такое не нравится? — спрашиваю я, подтягивая ее чуть повыше, вместо того, чтобы подмять под себя.
Эдди смеется и обнимает меня.
— Ты был очень нежным, знаешь ли, — дразнится она.