Белый
Шрифт:
— Да, Джейк. Боюсь.
— Я бы никогда не навредил тебе, Эдди. Ты же знаешь это?
Знаю.
— Я боюсь не тебя, а того, что в тебе. Та часть тебя, которая связана с сексом, она пугает меня, Джейк. Та часть, которая нужна тебе, чтобы выжить. Я не могу делать такое, и с моей стороны было бы неправильно скрывать это от тебя.
Он морщится, и я хочу коснуться его лица, чтобы разгладить морщинки. Мне не хочется причинять ему боль.
— Как ты? Как твоя рука?
Показываю ему свою руку. На ней теперь только одна повязка —
— Хорошо. Я снова работаю в баре, и, слава Богу, все идет как надо.
— Куда ты поедешь после?
— К отцу, — отвечаю я.
Он встает и протягивает мне руку.
— Я еду с тобой.
Я должна отказаться, должна сказать, что могу сделать это самостоятельно, но не делаю этого. Вместо этого беру предложенную руку, сажусь с ним в машину, говорю, куда ехать, и всю дорогу смотрю в окно.
Мы подъезжаем к зданию. Джейк тормозит и смотрит на дом, явно не ожидая, что это то самое место.
— Он богат? — спрашивает Джейк.
Я киваю и вылезаю из машины. Джейк выходит следом и встает рядом, хватая меня за руку, как только мы заходим в здание.
— Не бойся, Эдди. Он не причинит тебе вреда.
Но так и будет. Слова отца ранят меня больше, чем то, что он мог бы сделать физически.
На этаже никого нет. Когда я подхожу и широко открываю незапертую дверь, сразу же стараюсь дышать ртом, потому что специфический запах, кажется, всюду. Воняет как в баре, в котором никто и никогда не убирал, но постоянно блевали. Джейк сжимает мою ладонь, ту, которую продолжает держать, но я даже не в состоянии его поблагодарить. Мой взгляд застыл на фигуре отца, который без сознания лежит на полу и выглядит, как кусок дерьма — я его никогда таким раньше не видела.
— Отец? — окликаю его, чтобы понять, очнется ли он.
Но он не отвечает. Тогда я беру со стола стакан воды и выливаю на него. Он быстро садится, хватаясь за голову. Смотрит вверх, на меня, а потом на наши с Джейком сплетенные руки.
— Ты что здесь делаешь? — рычит он, вставая.
Одежда на нем грязная, волосы явно не мыл несколько дней, а борода отросла — он себе никогда такого не позволял.
— Сегодня утром я разговаривала с адвокатом.
Отец выглядит удивленным и идет к дивану, чтобы присесть, закрывая глаза на мгновение.
— И что надо этим ублюдкам, Эдди? Мои деньги?
— Вообще-то, это не твои деньги.
Он резко открывает глаза и смотрит, действительно смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Джейка, который до сих пор не произнес ни слова.
— И чьи же это деньги, Эдди? Просвети меня, пожалуйста.
— Мои.
Отец мгновенно встает и замахивается на меня. Джейк перехватывает его руку и отводит от меня. Отец смотрит на Джейка, который все еще удерживает его руку, а потом вырывает ладонь и смеется.
— Ты отвергла того, кого предложил я, ради… него? — Он указывает на Джейка, который остается на месте и смотрит на отца убийственным взглядом.
— У меня для тебя уведомление. Ты должен съехать
— Думаешь, что можешь так запросто выбросить меня из собственного дома? И забрать все мои деньги? — Он подходит ближе, но между нами встает Джейк. Отец замечает это и бросает взгляд на него, а потом снова переводит на меня.
— Мой адвокат навестит тебя завтра. Разве ты не знаешь, что все было записано на маму? И угадай, кому она все оставила?
У него краснеет лицо.
— Она бы не посмела…
— Она посмела. И теперь у меня всё. Власть. Деньги. У тебя десять дней. Прощай, отец.
Уходя, я не оборачиваюсь. Когда мы входим в лифт, я судорожно выдыхаю, не осознавая, что задерживала дыхание. И Джейк снова хватает меня за руку, крепко ее сжимая. Я смотрю на него и улыбаюсь, и он улыбается мне в ответ. Потом отвозит в аэропорт, где мы молча сидим, ожидая моего рейса.
— Мне жаль, что для тебя я не та самая, — говорю я.
Мне так хотелось бы быть ею.
У меня сильные чувства к нему. Я влюбилась страстно и быстро. Он поворачивается ко мне и глубоко вздыхает, потирая переносицу. Я смотрю на него, стараясь запомнить.
— Сломанное не починить.
Я наклоняюсь и целую его в щеку, но он сдвигается так, что прижимается ко мне губами. Джейк обхватывает ладонями мое лицо и придерживает. Мне нравится с ним целоваться. Он делает это так, будто владеет мной. Его руки грубые и властные. Джейк доминирует, будто точно знает, что хочет удержать. И в порыве хватает меня за задницу. Заканчивается тем, что он прикусывает край моей губы, а потом выпускает из своих рук.
— Ты приедешь ко мне?
Эгоистично? Да, я знаю.
Он выглядит сконфуженным, неуверенным.
— Возможно.
Это все, что он говорит. И я принимаю это. Джейк остается со мной до самого последнего момента. Думаю, что оставила с ним какую-то часть себя, ту, которую больше не хочу возвращать.
Глава 24
Джейк
Я отпускаю ее, даже не пытаясь сражаться. А какой в этом смысл? Биться за ту, которая не хочет быть с тобой, даже если ее тело говорит обратное? Смотрю, как Эдди уходит, и остаюсь на месте еще несколько минут даже после того, как больше не могу ее видеть.
В конце концов, я возвращаюсь в Клуб. Там тихо. Сегодня вечером я жду Сору. Интересно, она действительно так тупа, чтобы заявиться сюда? Еще хочется понять, как же сделать ей больно, потому что обычные способы с ней не сработают. Она такая же, как я, мы оба любим боль, и это — явно то, чего она жаждет. Поэтому нужно придумать что-то новое. Что-то, что напугает ее, и, возможно, убьет. Мне бы хотелось это сделать, даже вопреки просьбе Блэка не делать этого. Он сказал, что мы будем пытать и убьем Мика, а не ее. Несмотря на то, что это именно она заставила Эдди бежать, именно она спугнула ее и заставила бояться меня.