Белый орк
Шрифт:
— Трус, — фыркнула Тарша.
— Вот и нет!
— Чем докажешь?
— Да чем угодно! — рыцарь ударил перчаткой в нагрудник.
Орчиха ехидно ощерилась, в глазах сверкнул недобрый огонек.
— Тогда давай так — мы поставим силки и к тебе привяжем. А ты меч в землю воткнешь и ляжешь спать. Заяц потянет — закричишь. Мы проснемся и добьем.
Исмаил разом сжался, поник шлемом, заурчал неразборчиво. Но в конечном итоге согласился, не падать же перед спутниками в грязь лицом. Он же могучий воин, победитель
Выпросив у старика бечеву (ради такого дела он даже денег не стал требовать), Тарша принялась за плетение. Всего получилось десять петель, каждую примотали к рыцарской ноге.
Несмотря на кажущуюся простоту, сплести добротную ловушку — дело, требующее внимания, усидчивости и забирающее немало сил. Справившись с задачей, Тарша откинулась на траву и сразу захрапела. Вскоре к ней присоединились остальные.
Утром пошел дождь — мелкий, но холодный. Альберт поднялся и поспешил в шалаш — черт с этим стариком, пусть сам под дождем спит. На ходу Шайн широко зевнул и хлопнул себя по щеке. Ладонь коснулась длинной недельной щетины. Надо выпросить у хозяина нож — мечом бриться неудобно, а то совсем как холоп стал. Даже орки сбривают излишки, а тут такой позор.
Но старик лежал под грудой шкур и не отвечал на громкие выкрики. Уж не помер ли? Секундой спустя раздался характерный трескучий звук, известивший о том, что с дедом все в порядке. Пожав плечами, Шайн достал из ножен клинок и посмотрел в отражении. Ну и рожа, бирюк-бирюком. Впрочем, щетина — это проблема минут на десять, не больше. Главное, что при бегстве из Дома успел оружие забрать.
Альберт бережно взял меч двумя руками — за рукоять и острие — и царапнул по щеке. Без должного ухода лезвие слегка затупилось — врагов рубит, но волоски уже не берет.
— Исмаил! — сонно протянул дипломат. — У тебя есть точило? Исма…
Рыцаря рядом с огородом не было. Силков тоже. Лишь меч торчал в земле по самую рукоять. От того места, где спал товарищ, тянулась длинная глубокая борозда.
Глава 8
След привел спутников к большой яме, расположенной от огорода на расстоянии полета стрелы. Рытвина, скорее всего, принадлежала земляному дракону. Еще раз драться с проклятым червяком дипломат никак не хотел, но спасать товарища надо было.
Шайн осторожно подполз к краю дыры и потрогал стенку — сухая. Обычно свежие норы покрыты слизью хозяина, а сюда хорхой давненько не заглядывал. Что же утащило доспех, причем очень быстро — никто и проснуться не успел.
— Эй! — крикнул Альберт. — Есть там кто? Исмаил!
Никто не ответил, но чуткое ухо волчицы уловило какой-то звук. Стрела подошла к яме и зарычала.
— Сейчас волка спустим, — пригрозила Тарша.
Тишина сменилась встревоженным детским голосом:
— Не надо, тетенька,
Охотница скрестила руки на груди.
— Тогда выходите!
— А бить не будете?
— Посмотрим.
В глубине норы скрежетнуло, лязгнуло. Послышался недовольный голос рыцаря:
— Ну чего орете-то? Спать мешаете!
В следующий миг наружу выскочили два зеленых комка, будто выпущенные из катапульты. Альберт видел глубину ямы — не меньше человеческого роста, однако шкодникам это не помешала взять рекордную высоту.
— Оно живое! Живое!! — вопил паренек, нарезая круги вокруг орчихи. Он явно хотел спрятаться за спиной девушки, но побаивался скалящейся Стрелы.
Чуть поодаль носилась девчонка в грязной юбке и жилете. Обоим на вид лет тринадцать, и похожи весьма. Брат и сестра?
— Спасите нас, тетенька! Там живой доспех…
— Успокойся! — Тарша ловка поймала паренька за ухо. — Будешь знать как воровать.
На поверхность выбрался Исмаил — весь в земле. Видимо, грунт пробудил в нем воспоминания о кургане, поэтому рыцарь отряхнулся как мокрая собака и попрыгал на месте.
— Гадость какая. Так, а где это мы?
Альберт фыркнул.
— Ты что, не заметил, когда тебя тащили?
— Да нет, крепко спал.
— Тоже мне охотник. Вот, кстати, полюбуйся на своих саблезубых зайцев.
Орчата боязливо жались к Таршиным бокам, понурив головы. Охотница не отпустила ухо паренька, вдобавок взяв девочку за косу. Преступников полагалось отвести к старику, а ему уж решать, как наказывать воров. Ребята были ключом к поиску племени и терять этот "ключ" никто не собирался.
— Ну простите, а? — пролепетал парнишка, шмыгнув носом. — Мы же не знали, что он живой. Лежит себе и лежит, железка бесхозная…
— Я тебе дам железку! — набычился Исмаил, схватив орчонка за второе ухо.
— Оставь его, — попросил Альберт. — За доспех мы не в обиде…
— Как это?!
Шайн поднял ладонь и закрыл глаза. Завали, мол, забрало, дай с детьми переговорить.
— А вот за морковку придется ответить.
— Пощадите, дяденька, — взмолилась девчонка. — Старик нас убьет…
— Разумеется убьет. Вы же его на голодную смерть едва не обрекли.
— Да ну что вы, мы всего-то десяток взяли, чтобы самим не помереть.
— А что вы вообще делаете одни посреди Степи? Где родители?
— Нет родителей, — сурово ответил парень. — Полегли от лап безродных. А мы в Предгорья идем, там спокойней и сытнее.
Дипломат хмыкнул и потер подбородок.
— Предгорья — это на Западе?
Ребята закивали.
— И что там такого хорошего?
— Там живут оседлые горные орки. Пасут баранов, огороды сеют. Нам папка рассказывал, он часто туда ездил за едой.
— А вы случайно не видели пару дней назад племя с белыми узорами?