Белый орк

Чехин Сергей Николаевич

— И ты не пошел к Горрану за подмогой?!

— Ну не мог же я бросить вас тут!

Дипломат схватился за голову и застонал.

— Ладно, — буркнула охотница. — Что было — то прошло. Сейчас главное уйти отсюда живыми.

Глава 7

Альберт осторожно высунулся из-за фальшборта. В тот же миг над головой пролетел арбалетный болт. Но послу удалось разглядеть штурмующее корабль войско. Орки куда-то подевались, внизу копошились только люди — не меньше сотни. Мечники пытались прорубить дыру в борту, стрелки их прикрывали.

Рубить

толстые доски изящными благородными клинками — дело долгое и утомительное, но поблизости не росло никаких деревьев. Соорудить таран или осадную лестницу было не из чего. Значит, в запасе у беглецов найдется несколько минут.

Шайн переместился на нос и проверил тягловых буйволов. Те спокойно жевали жвачку — видимо, животные давно привыкли к шуму и дикими криками. Выданных Горраном рогачей хитрые гоблины привязали к оглобле, чтобы не убежали. Буйволы отчаянно мотали головами и ревели. Добраться бы до них — никакая лошадь не догонит. Да только высота не меньше пяти человеческих ростов — расшибиться насмерть и вдвое меньшей хватит.

— Тарша! — крикнул Альберт. — Сможешь забраться на мачту?

— Нашел верхолаза! Я что, похожа на горного орка?

— Постарайся, прошу тебя. Нужно срубить все реи, чтобы мачта была гладкой. Это важно. Бараг, когда Тарша справится — руби вот здесь. Мачта должна упасть на нос, иначе ничего не выйдет.

— Что ты опять задумал? — недовольно буркнула охотница.

— Просто поверь мне. Исмаил — найди кухню и принеси как можно больше масла. Здесь же не только помои подают, но и господ потчуют.

— Сделаю.

Распределив работы, Альберт озадачился поиском кольца. Уж если его и спер кто — то проклятый Чок. Отыскав труп главаря, дипломат обыскал камзол и портки, но нашел лишь небольшой золотистый ключик. Логично предположить, что делец навроде Чока хранит самое ценное в бронированном сундуке. Осталось только отыскать его.

Обычно каюты капитанов располагались на корме. Если эта телега-переросток строилась с похожим расчетом, надо проверить ее в первую очередь. Предположение оказалось верным — Альберт наткнулся на небольшую, богато обставленную комнатушку, больше похожую на музей. Чего там только не было, но больше всего дипломата поразила стена рядом с кроватью. Она была сплошь усеяна черепами и сушеными головами: людскими, орочьими и даже эльфийскими — своеобразными охотничьими трофеями карлика-живодера.

Сплюнув, Альберт подошел к сундуку у изголовья. Ключ подошел, раздался ровный плавный щелчок. Внутри лежали мешочки с деньгами и кожаные кошели вперемешку с какими-то свитками. Развернув один, Альберт увидел корявые столбцы чисел — наверное, Чок подсчитывал барыши.

Но где же кольцо. Ага, вот оно — пройдоха спрятал его за отслоившийся кусок мягкой обивки. Водрузив подарок на положенное место, Альберт прихватил со стола кресало и поднялся на палубу.

Тарша уже справилась с поставленной задачей — все три реи валялись под мачтой, которую изо всех сил рубил Бараг. Исмаил наблюдал за ним, попивая масло из глиняного кувшина.

— Сколько нужно времени на рубку? — спросил Шайн.

Верзила пожал вспотевшими плечами.

— Не знаю. Я пять раз по десять ударил — половину вырубил.

— Хорошо, передохни немножко. Исмаил, Тарша —

разливайте масло по доскам и парусам, но один кувшинчик оставьте.

— Что на этот раз ты задумал? — всплеснула руками девушка.

Альберт не ответил. Он сосредоточенно лил густую жидкость в щели настила.

Минут через десять стражникам удалось проделать дыру достаточного размера. Внизу послышались воинственные кличи и бряцанье доспехов. Дав приказ дорубить мачту, Шайн взялся за кресало.

— Отойдите к носу и станьте у правого борта. Бараг — следи за мачтой, она должна упасть ровно посередине.

— Но люди…

— Руби мачту!

Орк налег на топор с удвоенной силой — щепки так и летели во все стороны. Одна угодила Исмаилу в шлем с таким звуком, что Альберт возблагодарил всех богов за то, что не стоял на месте рыцаря. Топот сапог и звон металла приближались. По прикидке, мстители добрались до верхнего яруса — еще немного и полезут на палубу.

Чиркнуло кресало, изрыгнув сноп искр. Пропитанные маслом паруса мгновенно занялись — сперва вяло и слабо, но с каждой секундой разгораясь ни на шутку. Бараг как раз закончил работу и теперь толкал непослушное бревно. Оно трещало, качалось, но никак не хотело падать. К счастью, любящий огонь рыцарь догадался прийти орку на помощь — вдвоем они справились с задачей и перебежали на нос быстрее, чем их окружило пламя.

Мачта раскрошила фальшборт вдребезги и, перегнувшись как детские качели, ткнулась верхушкой в землю. Лишь тогда буйволы соизволили чуток переместиться, и то потому, что громадное полено заслонило траву.

Альберт выплеснул остаток масла на мачту. Тесали ее абы как, без заноз один черт не обойдешься, но маленькая щепочка в заднице куда приятнее большой железяки в сердце.

— Спускаемся. Нужно объяснять как?

— Догадаемся, — ответила Тарша. — А где Исмаил?

— Туточки, — рыцарь выбежал из огня, как-то странно позвякивая.

Сквозь рев огня и треск древесины пробились вопли горящих людей. Солдаты оказались в огненной ловушке и теперь пытались выбраться наружу, но прорубленный вход был слишком мал. Возникла давка, едва не дошедшая до драки, и тут на головы стражников рухнула прогоревшая палуба. Что самое удивительное — Альберту ничуть не жалел этих людей. Мучителям — мучительная смерть.

Первой собралась спускаться Тарша. Обхватив мачту ногами, девушка взяла волчицу за загривок да так и съехала, под аккомпанемент воющей от страха Стрелы. Исмаил не стал заморачиваться и просто сиганул с борта — что ему, доспеху, будет. Альберт тоже скатился удачно, а вот Барагу не повезло. Здоровяк соскользнул с мачты на половине пути и, нелепо взмахнув руками, рухнул прямо на оглоблю. Раздался хруст, от которого свело зубы.

Тарша, прорычав что-то нечленораздельное, метнулась к орку. Альберт успел обхватить талию девушки и попытался остановить, но охотница отбросила его будто невесомую тряпицу. Заслонив лицо ладонью (жар горящего корабля был нестерпим), дипломат приблизился к упавшему. Тарша сидела рядом с верзилой на коленях и гладила его голову. Даже издалека Альберт понял, что Бараг мертв.

Никогда прежде дипломат не видел плачущей орчихи.

— Это я во всем виновата, — давясь слезами, произнесла охотница.