"Белые линии"

Шулиг Р.

— Нет, нисколько...

Ганка засмеялась, но смех ее был не вульгарным и не вызывающим. Попросту говоря, это была современная, непосредственная девушка.

Она вытащила из буфета бутылку французского коньяка и две рюмки:

— Выпьем?

— Нет, спасибо, — сразу отказался Земан. — Я на службе.

— Не будьте таким официальным сухарем, надпоручик, — пыталась уговорить его Ганка.

Земана бросило в жар, но, сохраняя официальный тон, он снова объяснил ей, что цель его прихода совершенно иная. Теперь он уже не опасался, что Блага от них уйдет. С той минуты

когда Блага тяжело ранил молодого сержанта, отца двух маленьких детей, сотрудники КНБ, в том числе и те, кто отдыхал после службы, вышли на улицы Праги, перекрыли все шоссе, выходящие из столицы. Земан был уверен, что в результате принятых мер Блага будет пойман в ближайшие 48 часов. Однако существовала угроза, что в течение этого времени агент-террорист будет продолжать убивать, мстить, бесчинствовать. Поэтому Земан стремился свести до минимума такую возможность.

— Поймите, речь идет о чрезвычайно важном деле, товарищ Бизова, — сказал он. — Мне нужно...

Но Ганка прервала его, явно не желая переходить на серьезный тон:

— Я по вас так скучала.

Она произнесла это с таким кокетством, что Земан просто растерялся.

— Что вы сказали? — спросил он неизвестно зачем.

— Я уже несколько раз подходила к телефону, чтобы позвонить вам по номеру, который вы мне оставили. Но боялась вас рассердить.

Земан вынужден был выпить глоток коньяку, чтобы избавиться от сухости во рту.

— За что же мне на вас сердиться?

— За то, что я хочу вас видеть... просто так...

Земан чувствовал все большее замешательство и смущение.

В голове пронеслась мысль, что ведь он находится в квартире молодой красивой женщины, в весьма интимной обстановке... Надо было вернуться на почву, на которой он чувствовал себя более уверенно. Деловитым тоном следователя Земан спросил:

— А этот Блага действительно ни разу не позвонил вам?

— Нет.

Неожиданно для самого себя Земан отважился на рискованный ход:

— Он меня удивляет.

— Чем же?

— Тем, что... — Земан запнулся. — Я бы, например, такой красивой девушке звонил, наверное, каждый час. Если бы, конечно, мог.

— А вы разве не можете?

— Уже нет.

— Вы женаты?

— Да.

— И вы счастливы?

— Да...

— Жаль... — с кокетливым разочарованием произнесла Ганка. И тут же громко рассмеялась: — Интересно, что бы сказала ваша жена, увидев нас сейчас вместе?

— Ничего.

— Не понимаю... Разве она вас не любит?

— Да нет. Лида прекрасная женщина. Она мне верит.

Ганка заметила с юмором:

— Прямо святая. Впрочем, что ей еще остается?

— Что вы имеете в виду?

— Такого интересного, красивого мужчину трудно удержать... даже если он сам святой... Вам у меня нравится?

— Очень.

Ганка показала ему свою двухкомнатную квартиру.

— Это еще не то, что мне надо. Я хочу постепенно заменить мебель на современную. Во время следующей поездки для показа мод в Западной Германии куплю хорошие обои... И все равно я очень рада, что мне удалось наконец заполучить эту квартирку и за несколько месяцев сделать из нее приличное жилище... Пойдемте,

я покажу вам ванную, хотите?

Однако Земан не двинулся с места. Сознание его пронзила догадка. Он быстро спросил:

— За несколько месяцев? Подождите, а как долго вы здесь живете?

— Полгода.

— А до этого?

— Я снимала комнату у некоей Иржины Краловой. Мала-Страна, Цисаржская, семь. Но это вы уже знаете, наверное...

Земан не дал ей договорить:

— Телефон! Быстро!

Когда Ганка подала ему трубку и придвинула аппарат, он поспешно набрал свой служебный номер:

— Ирка, это я, Гонза. Немедленно сообщи Калине и спроси у него разрешение на операцию. Запиши...

Надпоручик Иржи Градец, который по указанию подполковника Калины совместно с Земаном осуществлял операцию по задержанию Благи и потому сидел у телефона в кабинете Калины, попал в довольно трудное положение. Он записывал сейчас в блокнот информацию, передаваемую Земаном, а напротив него, бледная и взволнованная, сидела Лида Земанова.

— Да, записываю... Иржина Кралова... Цисаржская, семь... Да, сейчас сообщу Калине... Разумеется, пошлю тебе оперативную группу... — Он посмотрел на Лиду и сказал в трубку: — Послушай, Гонза, у меня здесь Лида... Ты не хочешь с ней поговорить? Нет? Хорошо, я объясню ей... Хорошо, отошлю ее домой. Все. — Он положил трубку.

Лида нетерпеливо спросила:

— Где он?

Градец пожал плечами:

— К сожалению, не могу сказать. Это служебная тайна. — Он снова поднял трубку, набрал какой-то номер: — Говорит Градец. Объявите готовность опергруппы. Я буду внизу через несколько минут.

Однако Лида совершенно не воспринимала, что он говорит. Она была настолько во власти захватившего ее чувства, что губы ее задрожали от едва сдерживаемого плача. Механически, скорее для себя, она проговорила:

— Стало быть, его новую служебную тайну зовут Иржина...

Градец вынул из стола пистолет, проверил обойму. Успокаивающе, но уже с признаками нетерпения он сказал:

— Лида, не сходи с ума...

Но Лида не хотела его слушать. Она с раздражением выкрикнула:

— Я всех вас раскусила! Всех!

Градец начал нервничать:

— Слушай, неужели ты не понимаешь? Мы выполняем важное задание... Иди, пожалуйста, домой...

Однако Лида не двигалась с места. С печалью в голосе она проговорила:

— Все вы одинаковые. Прикрываете друг друга... — Неожиданно она умоляюще стала просить: — Скажи мне правду, Ирка. Где он?.. Ты на службе... А он-то где? Откуда он с тобой говорил?

Тут уж Градец совсем потерял терпение и прикрикнул на нее:

— Черт возьми, да уйдешь ты наконец или нет?! У меня нет времени слушать такие глупости! Ты же знаешь, чья ты жена, и должна понять... Мы выполняем задание, я и он. Сейчас нам дорога каждая секунда... Пока!

Немного испуганная его тоном, Лида направилась к двери. Уходя, она с тихим плачем шептала:

— Не верю я тебе... Не верю... Но я его все равно найду.

Подполковник Калина с одобрением отнесся к докладу Градеца: