Белобарс
Шрифт:
– Ты, конечно, казался мне ещё тогда абсурдным, но сейчас я крайне тебя не понимаю. Хорошо, я не понимаю, конечно же, откуда у тебя мой пистолет, но от него я оттолкнуться смогу. Только, ты же понимаешь, что назад пути не будет, и, как бы я к тебе хорошо ни относился, тебя придётся по-настоящему посадить. Ты уверен, что оно тебе нужно?
– Абсолютно. Я готов даже заплатить за это… Вот! Смотри, отличный повод посадить за взятку!
– Тише, тише ты… Честер, я честно тебя не понимаю и, раз уж мы с тобой приятели, давай ты расскажешь всё по порядку. Я не собираюсь никому докладывать, мне
Белобарс откинулся на спинку стула и поведал ему краткий период своей жизни. Он поведал ему о Томми, о том, как Бенни Уокер предлагал ему деньги, как тот его подставил, как набили татуировки. Одним словом – рассказал всё, только вот Маркис не знал о том, что Лиано упустил моменты сделки, кражи, издевательства, он подал это всё так, чтоб у полицейского было ещё больше желания засадить его в тюрьму.
– Безусловно… Да, у меня даже нет слов. Ладно, Лиано Честер, видимо, в последний раз я тебе помогаю, поскольку у тебя такие желания. Я попробую договориться, чтобы это всё произошло быстро и без всяких посторонних ушей, только знай – для этого нужно время, поэтому жди от меня звонка. И… Лиано Честер, напоследок, не гонись за наживой и славой, оно погубит тебя и всё то, к чему ты стремишься.
– Спасибо тебе, Маркис, ты великолепный человек!
Приятели крепко пожали друг другу руки, после чего попрощались, но не навсегда. Одной проблемой стало меньше, и Белобарс поставил всю свою надежду и веру на Маркиса. Он был настолько сильно уверен в нём, что даже не уверен был так в себе. Для Лиано Честера осталась одна единственная цель – поговорить со своей мамой и Мари. Ему крайне повезло, так как сегодня была пятница, три часа дня, а это означало, что она пришла наверняка к ним в гости, лишний раз попить чай и посплетничать. Белобарс шёл домой, можно сказать, в последний раз, он не знал, что им сказать, и как он вообще опишет своё исчезновение. Парень долго шёл и размышлял об этом, настолько, что сам не заметил, как оказался у порога дома. Медленными шагами он стал подниматься наверх, его сердце начинало стучать всё сильнее, всё чаще вставал ком в горле, и наконец, он всё-таки решился и позвонил в дверь.
Его встретили и открыли дверь два счастливых и радостных лица, но как только Белобарс зашёл в порог, они сразу наполнились испугом. Честер не ошибся, сегодня Мари и правда гостила у них, а это означало, что он мог поговорить с ними сразу одновременно. Мариэлька, не взирая на его засохшие, кровавые пятна, крепко обняла его и пригласила в дом, потом Лиано точно также обнял матушку, сказал, как скучал по ней и наконец-то сел за стол. Они ещё долго переглядывались, словно спрашивая Честера: «Когда же ты начнёшь?» Белобарс сделал глоток чая, после чего заговорил:
– Мари, мама, я рад что вы сейчас обе здесь и, как вы могли заметить… у меня не самые замечательные новости, – видя, что его не перебивают и внимательно слушают, парень продолжил. – Меня и всю моих друзей очень жестоко подставили. Я смог вырваться из лап мерзкого существа и притопать домой. Я не знаю…как вас просить об этом или поставить перед фактом, но я должен уехать на две недели, может быть даже больше. Не знаю, поймёте или нет, но тут стоит вопрос о моих друзьях, таких же дорогих мне,
– Если бы вдруг я узнала, – начала вдруг Мари, – что моего лучшего друга Лиано Честера украли, подставили или вовсе бы избили. Я бы не смогла оставаться на месте. Наверное, именно поэтому мы с тобой и похожи, во мне тоже живёт буйный характер. Ведь кто такие друзья? Это не просто люди, с которыми тебе хорошо, это те, с кем у тебя что-то на ментальном уровне что-то такое, чем ты дорожишь и так просто сломать это никому не дано, так что, я считаю, что за дорогих людей ты должен бороться!
– Полностью поддерживаю Мари. Лианушка, когда твой отец был ещё в браке со мной, а то и моим парнем, у нас бывали случаи, когда ему приходилось вступаться за меня, пусть он иногда сам от этого страдал. Мы не всегда делаем правильные шаги, порою даже абсурдные, но делаем это здесь и сейчас, зачем нам постоянно смотреть будущее и пытаться избежать всех осуждений людей, когда мы живём одним днём? Если нужно восстановить справедливость и наказать за, так скажем, подставу, то злодеи должны поплатиться за свои преступления.
– Вы считаете, что я должен идти? Мари приехала недавно, а я не уделил ей большого количества своего свободного времени, также, как и тебе, мама. Я чувствую себя полным ничтожеством, и мне тошно от того, что я опять покидаю вас.
– Ты же не навсегда уезжаешь, верно? Даже если бы мы тебя с Мари не отпустили, ты бы всё равно пошёл против нас, так как это не просто амбиции, это – борьба за друзей, за твоих близких и родных, и в этой войне должны победить ты и справедливость.
– Ты правда переживаешь, что я обижусь? Бог с тобой, Лианко, ты ещё успеешь от меня устать, так что не бойся! – Мари по-дружески ударила ему по плечу. – Делай то, что должен, твоя мама правильно сказала – в любом случае, мы бы тебя не остановили, а так, будем ждать твоего скорейшего возращения!
– Спасибо вам обеим, я безмерно рад, что вы у меня остались!
Нужно сказать, что всё остальное время Лиано не пожалел и остался с двумя близкими ему людьми. Так как Мари знала, что в скором времени Белобарс уедет, то каждый день приходила к нему. Постепенно проходила суббота и воскресенье, весёлая троица в лице радостного, но внутри разбитого Лиано, ходила по городу, закупалась в магазине и съездила даже на самую окраину – для того, чтобы посмотреть на закат, море. За эти два выходных мама, Честер и Мариэлька не отходили друг от друга ни на шаг, они вместе смотрели фильм, пили чай и практически засыпали вместе, да только и здесь всему хорошему приходит конец.
В понедельник днём парню позвонил Маркис и сообщил о том, что всё готово, и что он ожидает его всё в той же кабинке 216, только на этот раз нужно было быть обязательно. Честер с горькой нотой сообщил, что ему пора ехать и обнял напоследок крепко Мари, а потом и матушку, но не увидел грусти на их лице. Наоборот, они гордились за то, что он заступается за своё счастье и своих близких. Белобарс пообещал, что он приедет как можно скорее и не заставит себя долго ждать, и на этой прекрасной ноте он покинул свой дом.