Белла
Шрифт:
— Я с радостью поеду, — минуту погодя сказала Демельза. — Жаль, что я не была на «Севильском цирюльнике».
— Мы обязательно приедем, — добавил Росс.
Демельза потянулась и вздохнула.
— По крайней мере, об этом приятно поговорить. Честно говоря, я все еще чувствую себя неважно.
Полу Келлоу предстояло предстать перед судом пятнадцатого января, а до этого времени он останется под стражей в тюрьме Бодмина.
— Вряд ли он причинит неприятности, — сказал Дуайт Россу. — Я видел его перед тем, как его забрали. Вел он себя спокойно и невозмутимо. Само собой, он не слишком
— Как отреагировала его жена? — спросил Росс. — Я о ней ничего не слышал.
— Я пока не виделся с ней. Знаю, она его не навестит.
— Как думаешь, она подозревала?
— Сомневаюсь. Может, она и чувствовала что-то, но, как и мать, предпочла не обращать внимания. Такие мужчины очень умны и находчивы.
— Могут ли его повесить, когда ясно, что он не в своем уме?
— Наверное. Но когда наступит черед суда, я надеюсь высказаться в его защиту. Ты не возражаешь?
— Даже не знаю. А на каком основании?
— Его ударили по голове много лет назад. Вероятно, не так крепко, как вчера ударил Придо. Угодил прямо в лобную кость. Предыдущий удар пришелся в левую затылочную область у основания черепа, и хотя повреждение на вид не слишком значительное, но эта самая уязвимая область и, скорее всего, удар нанес необратимый ущерб.
— Ты в то время его осматривал?
— Не знаю, в курсе ли ты, что Стивен Каррингтон и Пол еще до женитьбы Стивена на Клоуэнс провернули какую-то безрассудную авантюру в Плимуте, купили, а потом продали какой-то корабль. В Плимутском доке их пытались забрать во флот, но они устроили драку и сбежали. А по возвращении домой обоим требовалось лечение. И они пришли ко мне.
— Я такого не помню, может, Клоуэнс в курсе.
— С того времени примерно пару раз в год Пол приходил ко мне и жаловался на головную боль, а я помогал по мере сил. Вполне возможно, полученная тогда травма возымела долгосрочные последствия и повлияла на его поведение.
— И ты думаешь, что если дашь показания, он избежит смертной казни?
— Нет, но есть вероятность. И я считаю целесообразным подать ходатайство о смягчении приговора.
Они посмотрели друг на друга, заранее зная, что скажет каждый.
— Уверен, у него все равно нет выхода, — высказал Росс. — Если бы мне пришлось выбирать, я бы согласился на веревку.
Они еще немного прогулялись.
— А как Филип Придо?
— О, руку он не потеряет. Но существовала опасность из-за разрыва артерии. Жгутом ты спас ему жизнь.
— Он вернулся в Тренвит?
— Я схожу к нему сегодня вечером. Но порез чистый; инфекции не должно быть.
— У женщин, которых убил Пол, инфекции не было,— мрачно отозвался Росс.
В это время потрясенная Кэролайн пришла поддержать Демельзу. И не меньше ее потрясло предложение Демельзы вдвоем навестить Келлоу.
—
— Не знаю насчет христианских порывов, — ответила Демельза. — Может, я ошибаюсь, но многие люди невольно вовлечены в преступления Пола. Трое из них — наши ближайшие соседи. Меня в дрожь бросает от мысли, что они сейчас чувствуют. Невозможно представить, что они знали об этой черте характера Пола, и мне кажется, надо их поддержать.
Кэролайн в знак дружбы больше не выдвигала возражений. В ее глазах Пол был убийцей, и она сомневалась, что на воспитавшей его семье нет вины. О чем может говорить чудом уцелевшая жертва с матерью убийцы?
В конце концов она убедилась в своей правоте, поскольку визит не увенчался успехом. Миссис Келлоу рыдала у камина. Мистер Келлоу сидел за столом и почти опустошил бутылку бренди, лысая голова обливалась потом, который он постоянно промакивал. Говорил он мало, но Кэролайн заподозрила, что он пытается отчасти переложить вину Пола на общество в целом, а все, кто к ним приходит, хотят лишь позлорадствовать. Дейзи обуздала истерику.
Похоже, кто-то спокойно поговорил с ней и убедил, что от мрачной действительности не убежать. Так что пока она предпочитала не говорить на эту тему. Потрясение временно приостановило кашель, Дейзи прогулялась с ними и беседовала с нарочитой веселостью, подобно хозяйке вечеринки, приветствующей нежеланных гостей.
Осознав, что Кэролайн оказалась права, и кляня себя за ошибку, Демельза уже хотела найти повод для ухода, как увидела Валентина Уорлеггана и Дэвида Лейка. Они направлялись в Нампару, но решили заскочить к Дейзи, чтобы утешить ее. На этот раз Валентин решил, как и Демельза, что подобает по-соседски посочувствовать страшной трагедии невинных людей.
Разговор продлился еще минут пятнадцать. Они попытались обсудить фейерверк, свадьбу Клоуэнс, обнаружение небольшой оловянной жилы в новом стволе на Уил-Элизабет, поездку Беллы во Францию, беременность Эсси и откровенное желание Бена иметь сына. Но временами повисало гнетущее молчание, напоминающее хрупкие ледяные сосульки.
Валентин и Дэвид приехали верхом и проводили дам до Нампары, держа лошадей в поводу.
— Ты не взял с собой Джорджи? — спросила Демельза у Валентина.
— Я подумал, что сейчас не вполне подходящий случай для детского лепета. — Он пригляделся к Демельзе. — Наверное, ты пережила жуткое потрясение вчера вечером.
— Я? Да, конечно. Со временем...
— Меня это не удивляет. Но поражает, что ты сегодня ведешь себя, как будто... словно...
— Как будто ничего не случилось? — Валентин выражал искреннюю заинтересованность, поэтому Демельза продолжила: — Я стараюсь вести себя как обычно, чтобы... выкинуть это из головы. Само собой, у меня это никак не выходит из головы; но прогулка, привычные житейские дела...
— Все равно, обычная женщина два дня бы не вставала с постели из-за пережитого шока. — Валентин прищурился и нахмурился. — Мне следовало это предвидеть, предупредить хоть кого-то... только вот я не знал, кого именно.