Бегущая
Шрифт:
Катя поспешила уйти.
«Какие ужасные женщины» — подумала она, закрывая за собой дверь.
Вечеринка
Весь день Стаковский провел в офисе, тщетно пытаясь отделаться от своих наваждений. Он писал, разговаривал, договаривался, просматривал отчеты, отдавал приказы, но за всем этим его неустанно преследовала одна навязчивая мысль, имя которой была Адара. Он хотел вернуться в квартиру и снова провести ночь с Катей и страшной Анитой, но эти воспоминания вызвали в нем раздражение и скуку. В
Стаковский вышел из машины и первым делом поднялся в комнату Адары. Открыв дверь, он обнаружил, что она пуста. Он заглянул в ванну — пусто. Тогда отдернув занавеску, он посмотрел на балкон, но Адары нигде не было. Давид направился на первый этаж. Дойдя до малой гостиной, он вызвал Назара.
— Слушаю господин Стаковский. — Раздалось из переговорного устройства.
— Где доктор? — Едва сдерживаясь, спросил Давид.
Назар, самый старый работник этого дома, по голосу хозяина сразу понял, что тот не просто не в духе, а в бешенстве. А поскольку Стаковский спросил про доктора, то, конечно, догадался, чем вызвана эта ярость.
— В последний раз я видел его в библиотеке. — Как можно спокойнее, ответил Назар.
Связь прервалась.
Управляющий, испугавшись, что может случиться что-то плохое, бросился из кухни.
Дверь в библиотеку резко распахнулась, на пороге застыл разъяренный Стаковский.
— Где она? — Спросил он, сверкая своими хищными желтыми глазами.
Доктор, не высокого роста сухощавый старик, подпрыгнул с кресла, в котором до этого уютно устроившись, читал книгу и промямлил:
— С ней все в порядке. И нога…. — Не договорив, он попятился назад, поскольку увидел, как Стаковский в стремительной ярости двинулся к нему. Доктор сделал совсем маленький шажок назад и наткнулся на кресло, он чуть не рухнул в него, но тут его горло сжала рука Стаковского. Хватка была настолько сильной, что доктору показалось, будто его обхватили стальные клещи. Он кряхтел и извивался, тщетно пытаясь освободиться.
— Разве мой управляющий не передал Вам, доктор, что я не хочу, чтобы она покидала свою комнату? — Жестоко спросил Стаковский, продолжая сжимать горло старика и пристально наблюдать, как тот корчится от боли, болтая ногами почти что в воздухе.
— Она у бассейна господин Стаковский. Вместе с Натальей. С ней все в порядке. — Раздался за спиной Давида голос Назара.
Стаковский разжал пальцы, и старик повалился в кресло, задев стоящий рядом столик и проливая, находившийся на нем не допитый, чай.
Давид развернулся и быстрым шагом вышел из библиотеки.
За ним, держась в отдалении, крался доктор. Не смотря на уговоры мудрого Назара не лезть к хозяину со своими оправданиями и извинениями, тот его не слушал. Он отлично понимал, что это конец его прекрасной докторской карьеры, конец связям и хорошей жизни. Доктор не мог допустить для себя такой судьбы, и только животный страх перед Стаковским, заставил его держаться в стороне, ожидая удобного момента.
Приблизившись к бассейну, Давид услышал веселый женский смех. Он слегка замедлил шаг. Деревья скрывали его фигуру в полумраке,
— Это не может быть правдой. — Послышался смеющийся голос Адары.
— Честное слово, так оно и было. Алла сама рассказывала. — Оправдывалась хохочущая Наталья.
— Или придумала. У тебя все истории, как из книг…. — Адара, не выдержав, снова звонко рассмеялась.
Девушки сидели на краю бассейна, опустив ноги в воду. Обе они были в купальниках, только вокруг бедер Адары был завязан узкий палантин из тонкой прозрачной ткани. Позади, прямо на траве валялись теплые простыни. Они продолжали смеяться, когда из-за деревьев выступил Стаковский. Наталья, с лица которой тут же сползли краски, инстинктивно отодвинулась от подруги, а Адара обернувшись и увидев подходящего Давида, нахмурилась. Она вытащила ноги из воды, оперлась на руки, что бы встать, но Давид, как в прошлый раз, опустился перед ней на одно колено и резко схватил ее за щиколотку левой ноги.
Обе подруги застыли в оцепенении.
— Отпусти. — Тихо потребовала Адара и осторожно потянула ногу.
Стаковский не разжимая руки, в упор смотрел на нее.
— Тебе уже лучше? — Спросил он, подавляя свое нестерпимое желание схватить ее на руки и унести отсюда, запереть, только для себя.
— Да. — Ответила Адара. — Нога совсем не болит, синяка нет. Видишь? Все в порядке.
Он снова, как прошлым утром, аккуратно прощупал стопу и щиколотку, при этом не на миг, не сводя с нее глаз.
— Убедился? — Поинтересовалась Адара.
Теперь она не уступала ему. Ее темные, сияющие металлическим блеском, серые глаза смотрели гордо и непреклонно.
Стаковский улыбнулся. Он видел, что она опасается его, но не боится, смотрит настороженно, но не опустит глаз из-за трепета или стыда. Он снова и снова хотел ее, хотел ее губ, ее тела, ее всю. Он чуть сильнее сжал пальцы, обвитые вокруг ноги Адары. Ее глаза расширились, в них промелькнул страх, но она терпеливо попросила:
— Отпусти, пожалуйста.
Давид только еще больше усмехнулся.
Тогда Адара потянулась руками, надеясь разжать пальцы Стаковского, но тот, перехватив правую ладонь ее руки, зажал в своей ладони. Она замерла. Ее тело напряглось, а в глазах зажегся такой же хищный огонек, как у Стаковского. Теперь ей было не страшно. Она быстро прокручивала в голове возможное нападение.
— Ударить хочешь? — Догадался Давид.
Адара не ответила. Она прямо, гневными глазами продолжала смотреть в глаза своего врага. Шли секунды. С лица Стаковского исчезла улыбка, а взгляд сделался жестоким.
Наталье, которая затаив дыхание наблюдала за этой сценой, показалось, что между ними вновь натянулась неведомая струна, готовая вот-вот лопнуть.
Спустя пару минут, Давид грустно улыбнулся и нехотя разжал пальцы.
Наталья громко выдохнула.
Адара, все так же, глядя на Стаковского, встала, при этом палантин, охватывающий ее бедра, соскользнул на траву, но она решила его не поднимать. Она аккуратно сделала шаг назад, потом еще, затем подобрав теплую простынь, быстро накинула на себя.