Бегущая
Шрифт:
— Демир. Я жду тебя в тренажерном зале.
Когда тот вошел в зал, то увидел, как Стаковский, перевязав кисти рук, хладнокровно и методично избивает боксерскую грушу. Его удары были настолько сильными, что груша раскачивалась и вертелась без остановки. Помощник замер на месте. Стаковский повернулся и Демир отпрянул. Он хорошо знал этот взгляд, наполненный гневом.
— Возьми перчатки. — Кинул Давид, дернув головой в сторону стола.
Обычно, Стаковский не жаловал бокс, предпочитая восточные единоборства. Тем более что Демир, который был чуть выше своего хозяина и обладал более мощным телосложением,
— А Вы босс. — Попытался возразить Демир, боясь поранить своего хозяина.
— Одевай. — Прервал его жестокий голос.
В течение всего нескольких минут Стаковский вымотал и нанес многочисленные удары своему помощнику. Демир испугался, поскольку он очень редко проигрывал, но тут слепая бешеная ярость придала Давиду невероятную силу, притом, что ум его, как всегда оставался ясным, холодным и расчетливым. В результате, когда Демир ослабев, покачнулся, Давид нанес сильный удар с правой. В челюсти что-то хрустнуло, и изо рта Демира струйкой полилась кровь, которая словно зверя растравила Стаковского еще больше. Забыв обо всех правилах, он развернулся и ударил своего помощника ногой прямо в голову. Демир упал. Стаковский тут же опустился на одно колено и приготовился добить свою жертву.
Кулак замер всего в нескольких миллиметрах от переносицы. На Стаковского, смотрели полные ужаса глаза его преданного раба, готового погибнуть за своего хозяина. Стаковский перевел дыхание и встал. Он быстро шел в сторону душевой, на ходу разматывая бинты. Проходя мимо тренажеров, он не выдержал и, схватив первую попавшуюся гантелю, с силой запустил ее в окно.
Когда он вышел из душевой, Демир все еще был в зале. Он сидел на низкой скамейке, потирая особенно болевшие места и свое перепачканное в крови лицо. При появлении Стаковского он затих и, как побитая собака, уставился на своего хозяина.
Давид холодно осмотрел помощника.
— Приведи себя в порядок, — приказал он, — и подготовь машину. Я буду ждать тебя в кабинете.
Придя в кабинет, Стаковский плюхнулся на диван, откинул голову и прикрыл веки. Он тут же увидел перед собой серые с металлическим блеском глаза. Сначала это были глаза шестилетней девочки, потом молодой испуганной женщины, которая сжавшись в один комок, умоляла его. Он, словно, слышал ее тихий голос: «Нет. Не надо…. Пожалуйста,… я прошу,…. только не так». А потом он увидел горящий дом. Стаковский точно знал, что это не сожаление об отданном когда-то давно приказе, нет, это было что-то другое, но что именно он никак не мог понять. В результате, утомившись от своих раздумий, он подошел к столу и нажал на кнопку.
— Да, господин Стаковский.
— Назар, принеси мне бутылку текилы и стакан.
— Хорошо. Уже иду.
Через пару минут управляющий был в кабинете хозяина. Он налил текилы и уже собрался уходить, когда его остановил Стаковский.
— Вызови доктора. Пусть он осмотрит Адару. Она потянула левую ногу. И я запрещаю выходить ей куда-либо из комнаты. Это понятно?
Назар кивнул. Стаковский продолжал:
— Скажи доктору, что я буду очень опечален, если он не исполнит мои указания, и Адара покинет
Он помолчал, потом сделал знак, чтобы управляющий удалился.
Спустя полчаса раздался мелодичный звонок, и индикатор на переговорном устройстве загорелся зеленым. Давид нажал на кнопку.
— Все готово босс. — Послышался голос Демира.
— Иду. — Ответил Давид и вышел из комнаты.
Стаковский не сказал, куда хочет ехать, поэтому, когда он сел в машину, Демир шепнул водителю:
— Поехали в Центр.
Сегодня Демир вообще решил не разговаривать и не задавать идиотских вопросов своему хозяину, в результате, почти целый час они просто бесцельно кружили по Центру.
Давид, откинувшийся на сиденье автомобиля, никак не мог отделаться от своих мыслей, которые теперь превратились в ведения. Он видел Адару: маленькой девочкой в белом платье; бегущую от него по пустырю; танцующую; столкнувшуюся с ним в коридоре; и в тот момент, когда он нес ее на руках. Он почти физически ощущал ее близость, чувствовал ее дыхание, кожу, биение ее сердца. Его хищная безумная страсть разгоралась в нем с каждой минутой. Еще не много, и он готов был развернуть машину. Но снова, то чувство, пережитое им в комнате Адары, остановило его. Он достал планшет и набрал номер. На экране появился всегда приветливый Гасан бей. Увидев Стаковского, лицо его приобрело испуганный вид. У него мелькнула мысль, что Стаковский хочет вернуть товар и забрать золото.
— Здравствуйте господин Стаковский. Чем могу помочь?
Гасан бей почтительно уставился на Давида.
— Мне нужна женщина.
У Гасан бея снова зашевелились нехорошие мысли, но он тут же успокоился, когда услышал, что это только на ночь или несколько дней. О возврате денег речи не было, а поинтересоваться, как там поживает, купленная Стаковским Адара, он не решился, памятуя о ее побеге.
— Вам как обычно? — Спросил торговец, имея в виду предпочтение Стаковского к сероглазым шатенкам.
Стаковский на секунду задумался, но потом ответил:
— Нет. Покажи всех.
По экрану поплыли картинки с разодетыми красавицами: светлыми, темными, полными, стройными, подмигивающими, танцующими, полулежащими или сидящими. Гасан бей комментировал особенно выдающихся женщин. Стаковский мало слушая торговца, листал электронный каталог, невольно задерживаясь на тех, кто имел серые глаза. Наконец он остановился на невысокой худенькой шатенке с испуганным взглядом слегка раскосых карих глаз и сексуальным ртом.
— Ее. — Объявил Давид.
— Нууу. — Протянул Гасан бей и смутился. — Она совсем недавно у меня. Она толком и танцевать не умеет и ….
— Я хочу ее. — Прервал его Стаковский. Дальнейшие возражения не имели смысла. — Приготовьте ее. Машина заедет через полчаса.
— Я понял. Что-нибудь еще?
Стаковский снова задумался.
— Да, — сказал он вдруг, — девушку для моего помощника.
С этими словами он передал планшет в руки пораженного Демира, который не смог сдержать, озаривший его на миг, довольно-благодарной улыбки. Телохранитель осторожно водил пальцем по экрану, любуясь каждой женщиной. Они нравились ему все, но он остановил свой взгляд на высокой блондинке с пышными формами и добрыми коровьими глазами.