Беги со мной
Шрифт:
— Верно, Вадим, — мы были похожи на двух шакалов с обнажёнными оскалами, которые пытались выдать за улыбку, — а кто-то здесь постоянно забывается. Думаю, мы все будем рады послушать моего подчинённого, который обычно греется в тени, — я очень постаралась, чтобы он в полной мере осознал, что именно я хотела сказать, — просим, Вадим.
— Я сделал ставку, что вам не всё равно, — шепнул он мне на ухо, когда я отходила назад, — но вы ведь даже не прочли.
— Пошёл ты, Ермак.
Глава 13
Честно говоря, Вадим меня даже удивил. Я слабо представляла
Но мне ничего не оставалось, кроме как стоять позади Ермака на сцене, безупречно улыбаясь, пока он размеренно говорил благодарности и дарил обещания, а внутри я продолжала отвешивать себе подзатыльники. Никому не нравится выставлять себя на посмешище, а я выставила. Да ещё перед тем, перед кем хотелось в самую последнюю очередь.
Да, прав был Пради — безалаберная и глупая. Но я уже устала давать себе неутешительные оценки, да и демон, дышащий в спину тоже не придавал энтузиазма и веру в светлое будущее.
Действовать надо более решительно, время терять — уже непозволительная роскошь. Но что именно мне делать?
Спасать жизнь подопечному я бесконечно долго не смогу. Так что да, найти и остановить ведьму, вызвавшую демона — первое на повестке дня. Задача не из лёгких на столько, что даже Михаил мне сочувствует. Так что, если размышлять здраво, нужна страховка.
Я вновь вернулась мыслями к идее, что Ермаку нужен ребёнок. Это как подстраховка, если что случиться с Вадимом, я буду жить. По крайней мере некоторое время.
От мысли, что с моим подопечным что-то может случиться, мне стало слегка грустно. Неудивительно. Пора признаться, что он мне запал в душу. Даже как-то дорог стал. Но не дороже меня самой.
Если кто взялся вызывать демона, чтобы убрать меня, вряд ли он отстанет, как только я поспособствую тому, что род Курды продолжится. Но иметь подстраховку в таком ключе — всё же здравая идея.
Почему вообще кому-то понадобилось действовать через подопечного? Демон может убить меня всего за пару секунд. А такой способ: снятие печати, руны и долгоиграющие заклинания — слишком сложно, даже как-то вычурно.
От мрачных мыслей меня отвлёк гром аплодисментов. Видимо, Ермак пообещал нечто весьма приятное сотрудником, что почти на всех лицах сияла радостная улыбка.
— Ты умеешь быть со мной галантным, Ермак? — воткнула в него шпильку в ответ на то, что он подал мне руку, когда мы спускались со сцены.
— Не льстите себе, это всего на всего лишь дань моему воспитанию. Вам этого не понять, — ответил он, теряя ко мне интерес.
Моего подопечного уже увели руководители других подразделений, а всё ещё переваривала его выходку на сцене с моей речью. Надо отдать должное — это было красиво. Было похоже на пощёчину, но всё равно красиво.
— Так, так, так, — ко мне подошла София, протягивая бокал с шампанским, — не будь здесь столько
— Кажется, я начала понимать, что с ним не так, — задумчиво протянула я, рассматривая жёсткий профиль Ермака, — он ограниченный. Иначе не могу назвать человека, у которого лишь одна цель и плевать он хотел на остальное. Нет ни жизни, ни радости, ни желания, лишь сухой расчёт и банальная, в сухом остатке, цель, — почти с сожалением вынесла вердикт я.
София молча потягивала шампанское, также, как и я, рассматривая Ермака.
— Я его так и не раскусила, — наконец выдала она, — ты говоришь о том, что он безразличен, но посмотри на того мужчину в ярко-синем галстуке, стоящего в углу возле столика с креветками: ему не собирались продлевать контракт, так как он слишком часто начал брать больничные, чтобы ухаживать за женой, у которой обнаружили рак. Вадим лично с ним даже не общается и не общался, кроме редких случаев по работе. Но молча и анонимно оплатил лечение его жене и тихо сделал так, чтобы бедолагу оставили в покое.
Я кивнула. Помощь без признания? Неплохо. Но сути дела не меняет.
— А теперь посмотри на нашу кадровичку, — бокалом указала София на даму, одетую в платье слегка не по фигуре. Именно её я околдовывала в самом начале моей чересчур стремительной "карьеры"
— Оксану Степановну? — Глянула на недавнюю знакомую.
— Да. У неё в семье произошла трагедия с её двадцатичетырёхлетней дочкой. Девочка пропала, больше недели найти не могли, а потом и вовсе продолжили поиски больше для проформы. В таких делах всегда больше волонтёры работают, нежели правоохранительные органы, тем более в больших городах. Начали говорить, что сбежала, нашла кого-то и тому подобное. Вадим поднял все связи и заплатил немалые средства, чтобы помочь найти девушку. И опять-таки, про это никто не знает.
— Мне должно быть неловко за свои слова? — Слегка более раздражённо, чем следовало, спросила я.
София мягко рассмеялась:
— Неловко? Нет, просто у меня есть личная просьба к тебе: не суди его так сразу. Он не такой поверхностный, как ты думаешь. Он…
— Айсберг, да, помню. Что он сделал лично для тебя? У тебя была не просто влюблённость в него, ведь так?
София замолчала. Карие глаза на миг почернели. Мне даже показалось, что я переступила какую-то жирную черту, но интерес всё же победил и я не стала забирать свой вопрос обратно, а просто терпеливо ждала.
— Он спас меня от мужа-ублюдка, — коротко ответила она.
Уточнять не надо было, и так слишком многое покоится под этими словами. Жестокая тема многих женщин.
— Сломал ему пару рёбер, надеюсь? — Нежно прикоснулась к руке девушки.
— И даже лучше, — коварно улыбнулась она, — теперь я не боюсь никого из мужчин и больше никогда не буду в роли жертвы.
— Похоже на тост, — закрыла явно неприятную для девушки тему.
София согласно улыбнулась, слегка поклонившись, будто произнесла внушительную речь.