Беги, Люба, беги!
Шрифт:
— Что вы! — всплеснула я руками и вымелась в кухню.
Минут через десять там показался Максим.
— Порядок! — сообщил он и устроился за столом.
— Ага! — кивнула я, не испытывая большого восторга оттого, что за столом Тигрин, кажется, устроился капитально.
Олег, конечно, сказал, что вернется поздно, но чем черт не шутит!
— Не волнуйтесь, Люба, присаживайтесь! — сказал вдруг гость, указывая мне на табурет. — Раньше времени супруг не вернется, не беспокойтесь!
Немного растерявшись и не найдя что ответить,
— Прекрасный кофе, — улыбнулся Тигрин. — Не составите мне компанию?
Я замешкалась с ответом, а он быстро поднялся, достал чашку, налил кофе и поставил передо мной. Легкости, с которой Максим Андреевич решал все возникающие вопросы, можно было только позавидовать.
— А что теперь с телефоном делать? — поинтересовалась я, так и не найдя никакой другой темы для застольной
беседы. Хотелось казаться вежливой, но маньяк не шел из головы. К тому же мне не хотелось, чтобы Тигрин особенно тут задерживался.
— Абсолютно ничего! Как только позвонит тот, кто нас интересует, — перезванивайте мне. И все!
— Может быть, лучше все-таки рассказать Олегу?
— Пока не стоит, — мягким терпеливым голосом ответил Максим. — Нужно немного подождать, и все будет хорошо.
Я вздохнула.
Кофе в чашке гостя заканчивался не так быстро, как бы мне хотелось, поэтому мы еще успели поговорить о нашей работе.
— А что значит «уровень доступа — пятый»? Куда я не могу попасть?
— Лучше я скажу, куда можете! — засмеялся Тигрин. — В ваш корпус, исключая подземные коммуникации, и в главный корпус.
— А почему?
— Почему? — немного удивленно переспросил он. — А к чему вам другие отделения? Вы должны отвечать за свою работу. Зачем вам, к примеру, прачечная?
При желании на эту тему можно было бы подискуссировать. Я хмыкнула:
— Как-то это... не по-нашему!
Отодвигая в сторону опустевшую наконец-то чашку, Тигрин кивнул:
— А вот тут вы правы.
Не успев переварить сказанное, я инстинктивно потянулась вперед:
— Что вы имели...
Но тут в кармане у моего собеседника зазвонил телефон.
— Я! — ответил он и кратко завершил разговор: — Да... Понял!
Максим встал, взял свою чашку и, не успела я моргнуть, вымыл ее, сунул в сушку. У меня челюсть отвисла. Таких гостей поискать. Другие все сожрут, а что не сожрут — изгадят, да потом их еще никак не выпроводишь, а тут... Ну где такие мужчины водятся?
–
— Спасибо за кофе, — мило улыбнулся Тигрин. — Не провожайте меня, не надо...
Максим Андреевич сгреб мою ослабшую руку, чмокнул запястье и мурлыкнул:
— До встречи, Люба!
Челюсть отвалилась вторично. В следующее мгновение Тигрин исчез из моего плывущего поля зрения. Хлопнула входная дверь. А я сидела и разглядывала свою кисть, словно видела первый раз в жизни.
Не знаю точно, сколько прошло времени, пока я не опомнилась. Вскочив на ноги, кинулась к окну: хотелось посмотреть,
Сообщив, что на неделю едет в командировку, Олег на следующее утро улетел в Баку. Проводы не заняли много времени и обошлись без прощальных рыданий. Впервые в жизни я была рада его отсутствию. С одной стороны, меня не мучила совесть, что я не рассказала ему о Тигрине, с другой — Тигрин не мог подслушать разговоров Олега, не предназначенных для чужих ушей.
Загруженный под завязку день подходил к концу, когда позвонили с поста:
— Завтра в четырнадцать сорок вас ждет Михаил Викторович Седоватый.
— Седоватый? — струхнула я. — А что я сделала-то?
Жанна задумчиво поджала губы и развела руками:
— Да вроде ничего. Никаких жалоб последнее время не было.
Однако желание главврача видеть мою личность в своем кабинете в неурочное время беспокоило и настораживало. Спускаясь к раздевалке, мы с Жанной активно обсуждали животрепещущий вопрос, дружно сходясь во мнении, что всему виной скорее всего происки люто возлюбившей меня Шушаны Беркоевны.
Возле проходной стоял «СААБ» Тигрина. Я собралась пройти мимо, но из окна машины выглянул хозяин.
— Здравствуйте, Люба! Простите, весь день был занят, не мог к вам заглянуть. Никто вас не беспокоил?
— Здравствуйте, Максим! — кивнула я, испытывая при этом странную смесь радости и острого беспокойства. — Нет, никто... Я вчера забыла вас поблагодарить, вы ушли так быстро...
— Пустяки, махнул рукой Максим и вылез из машины. — Вот когда будет результат, тогда посмотрим... Садитесь, — он обошел машину и открыл дверцу, — я подвезу вас до дома.
Но я не двинулась с места, в смятении сжимая ручки сумки. Мало вероятно, что Тигрин оказался здесь случайно. Он явно ждал меня, и это выглядело несколько вызывающе, если учесть, что с проходной на нас с величайшим интересом таращились дюжие охранники. Главное, нужды в этом никакой не было, поскольку проблему, связывающую нас, мы вполне могли обсудить по телефону. И тут, на мое счастье, на дороге показались «Жигули» Христенко.
— Здорово, Любовь Петровна! — весело кивнул он, подкатив к тротуару. — Давно ждешь? Я тут кой-где подзадержался... Залазь! Ты чего кислая такая?
— Здравствуйте, Игорь Федорович! — заулыбалась я, испытывая огромное облегчение. — Погодите минутку!
Я развернулась к «СААБу» и взглянула на Тигрина:
— Спасибо, Максим, я поеду с Игорем Федоровичем. Если что-нибудь случится, я сразу вам позвоню.
Тигрин покивал, глядя на меня чуть исподлобья, отчего взгляд его потяжелел. И дураку было понятно, что появление на горизонте Христенко ему очень не понравилось.
— Жа-них? — нараспев протянул Игорь Федорович, отруливая от тротуара и бросая на меня насмешливый косой взгляд.