Бастарды

Баса

Колдун - крупный парень, массивный для Бастарда. Вечно сидел на последней парте, локтями упирался в стол и задумчиво разглядывал доску.Вдумчивый, серьезный, редко говорил и появлялся на глазах.

Беатриче - «красавчег», обаяшка и полный перечень баловня судьбы. Уверенный и главное улыбчивый, как я. Много вставлял ехидных фразочек во время лекции. А прозвище я ему такое дала по причине сильной схожести с бегуном-спортсменом.

Отвлеклась на сменившиеся кадры. Женщина по телевизору жадно с блеском в глазах рассказывала про наследника Хаски, его краткую биографию

А дальше узнала факт, который из головы совсем вылетел. Он помолвлен с Кристинкой Мерси - дочь председателя объединенной Немии Френа Мерси. Ни мой отец, ни Хаски не стали претендовать на пост, естественно, противоборствующая сторона не позволила бы этому случиться. Поэтому оба, впервые договорившись, проголосовали за того, кто был удобнее всего. Человек без связей, мягкий, податливый и слушающий приказы больших семерок.

– Ананина!
– резко вынырнула из границ памяти и подскочила позорно с кресла. Настолько выбыла из происходящего, что не заметила появления новых лиц в пределах зала. Бастарды замолкли при появлении людей Хаски.

– Тебя нынче ждут в прекрасном месте!
– Глиста насмешливо поклонился в реверансе, потом выпрямился во весь рост, скептически осмотрел.
– Только переоденься!

– Не во что, - чуть смущенно ответила.

– Тогда пошевеливайся. Время не резиновое!
– Глен всегда недоволен. Под конвоем препроводили на общественную парковку университета.

В поздний час было темно. Здесь в низине Арзонта - солнце садилось около шести вечера. Становилось немного прохладно для Бастардов, для Аристократов же это было необходимым спасением от жаркого климата города.

В своем неизменном наряде. Стипендии не хватало. Только на еду. Можно конечно попробовать на работу устроиться, но главное кем без диплома образовательного учреждения? В стриптиз не хочу.

Два нефаера. Гроб на колесах, как я их называю. Семиместные. Автомобили располагались один за одним. Оба темные и загораживали желающим возможность покинуть парковку, но господам Аристократа было начихать. Они громко разглагольствовали, наполняя улицу громким смехом и визгом девушек.

Большая толпа, некоторых Аристократов узнала, но много и новых. Взгляды направились в мою сторону. Смех. Не поняла, с чем связан.

– Ананина, - расслышала его голос в темноте и только потом заценила вид Хаски. Крупный дядя. Я без каблуков, как собачка рядом с ним.
– У тебя хоть что-нибудь другое надеть есть?

Обреченно покачал головой парень. Сжала челюсть, чтобы не проболтаться. Но щеки покраснели. Умел по больному месту ударить. Что поделать, если это маскировка и у меня всего лишь два вида одежды. И денег нет. Вот тебя бы запихнули в шкуру Бастарда, наследничек, я бы посмеялась!

– Ладно, залазайте, - раскрыл Хаски дверь одного из нефаера заднюю. Там пять мест. Ногой подцепил трубочку и снизу разложилась складная лесенка железная. Без лестницы вряд ли бы госпожа Имина и Олеся залезли на каблуках в машину. Клиренс у машины сантиметров сорок, если мне глазомер не изменял. А передние места еще выше задраны.

Стояла поотдали, смотрела пока девицы

лезли, скромно прикрывая пятые точки тканью платьев. А потом залез Трески и Пудель с Виталиком. Так, стоп. А мне куда?

Дверь сзади закрыл Пудель, и тут же передняя открылась по мановению руки Дмитрия Сергеевича. Он давно располагался на водительском сидении.

– Лезь, - командир подал голос из машины. Я вздохнула тяжело и стала обдумывать, как залезть. В очередной раз решили повеселиться за мой счет. Нога не достала бы до порожка, если только в колесо правой ногой опереться и рукой за дверь.

– Шустрее, Ананина, время поджимает!
– поторопили меня. Почти взлетела внутрь, даже не шлепнулась, не стукнулась, горда собой. Проверяльщики! Довольно закрыла дверь, не слыша смешков или ехидных замечаний.

Уставилась в боковое окно, стараясь ни на кого не смотреть, только вот боковое зрение крупно подводило.

Я видела, ощущала, осознавала, чувствовала и слышала шебуршание рук, ног и одежды Хаски. Правая рука лежала на руле, на мизинце небольшое колечко с голубым сапфиром - их родовой камень. Эти - кольца принадлежность к роду, к основной ветке, в них заложена энергетическая взаимосвязь охранника и объекта. Снимается кольцо, снимается защита. Мое кольцо снял отец тогда в машине, тем самым освобождая нас с Кириллом от связи. Мою боль и страх охранник больше не ощущал.

Слишком долго смотрела на руку вальяжно выкручивающую руль, на татуировки, которые испещряли кожу. Он же ненавидит все эти вещи? Татуировки, дырки в теле, цветастые прически. Так почему у самого под темной кожанной курткой рассмотрела зигзаг смоляной?

– Ананина, только не пожирай взглядом, - как будто подзатыльник отвесили, до того стыдно стало. А Хаски решил осквернить помещение своими ямочками на щеках. Запоздало отвернулась к окну. Надо отвлечься на поездку, давно не каталась на машине.

И я честно наслаждалась медленным перемещением по гравию, ощущению холодка по лицу, лезущим в лицо волосам. Не слушала голоса сзади. А потом выехали на трассу.

Наследник разогнался, судя по машинам которые мы, как стоячих обгоняли, и деревьям, мельтешащим беспрерывно в окне. Стекло пришлось поднять, а то дышать становилось трудно, когда поток воздуха бил в лицо.

– Дим, мне не нравится, когда ты летишь, давай помедленнее, - жалобный голос Имины раздался сзади.

– Нормально. Сто семьдесят не предел, дорога почти свободная. Правильно, Ананина?
– рука Трески опустилась сбоку на мое кресле.

– Ну правда, хватит, - заскулила в голос Олеся.

– Ананина, а ты должно быть никогда на машине не ездила?
– ехидный голос Трески на ухо стал раздражать, как каблук внезапно оторвавшийся посредине путешествия. И теперь я, повернув голову к этому «каблуку» размышляла выбросить его в окно или промолчать и попытаться доковылять. Выбрала второй вариант. Боюсь меня отправят вслед, если попытаюсь его руку наглую отправить в лобовое стекло вместе с хозяином.

– Ой-ой. Ты прав, - с сарказмом сказала.
– Смотри, а то вырвет и салон испачкаю.