Бастарды
Шрифт:
– Ты никак не успокоишься?
– Виталик был как раз тем, кто лежал на ковре внизу и разговаривал по телефону.
– Подождите минутку, да...
Затем отслонил трубку от уха и обратился ко мне:
– Ты уже отомстил ей вдоволь. Ходит с синяком, в черных очках, ее каждый второй материт в спину и плюется вслед. Может хватит? Она поняла свою ошибку.
– Ты думаешь такие, как она признают свои ошибки?
– Виталик пожал плечами, удерживая трубку.
– Ты вообще хоть когда-нибудь встречал настолько наглых Бастардов?
– Как ты быстро раскусил ее характер, - насмешливо протянул Виталик.
– Ты к ней предираешься, потому что она рот открыла. Прекращай, парень у нее есть. Верна ему, разве это плохо?
– Бастардов не трогаю, сам знаешь. Но то, как она разговаривала... Как вела себя... С какой надменностью...
– Хаски внезапно ткнул пальцем в грудь.
– Ох-хо-хо! Она тебя круто задела!
– передразнила Имина и похлопала его по плечу.
– А ты прекращай читать, - выразительно посмотрел на девушку. Она провела по губам двумя зажатыми пальцами, словно закрывая замочек.
– И тебе надо связываться с грязью? Ты же их за грязь воспринимаешь. Зачем мораешься, силы тратишь, нервы? Она поплатилась за свой отказ можешь быть доволен, - Виталик по натуре пацифист.
Не любил конфликты, только в исключительных случаях признавал необходимость доказать силой - правду. В остальном, был слишком добрым парнем. И ему не понять, что такое отказ от грязи, того, кого и за человека не считал. А оказалось, что тот умел разговаривать и даже вякать.
– Я буду доволен, когда встанет передо мной на колени и жалостливыми глазками попросит прощение, тогда может быть и успокоюсь, - подвел итог, вернулся спиной к креслу, и развалился поудобнее.
– Как унизить девушку, Имина, ты у нас психолог разбираешься в людях?
Виталик, видимо, смирился с тем, что его не возможно перевоспитать и вернулся к тому занятию, на котором остановился - к разговору по телефону.
– Давай подумаем...- девушка продолжила пилить ногти и внимательно их рассматривать будто никогда не видела раньше.
– Что самое унизительное? Наверное, когда парень которого она любит прилюдно отвергает ее?
Все-таки змея она. Оба поняли, о чем речь. Эта история далекой давности, еще со школы, о том, как я из раза в раз прилюдно отказывал будущей жене, а она унижалась и рыдала в туалете. А ее жалели.
– Но этот вариант вряд ли подходит. Тогда...как насчет внешности...девушку унижают недостатки... как у нее с видом?
– О-оооо!
– вмешался в разговор Трески, отложив компьютер.
– С этим у нее туго. Маленькая, неказистая, толстенькая.
– Вот и выход, - Имина ткнула пилочкой вперед, изображая будто наносит укол.
– Приглашай сюда, а мы с девочками постараемся пройтись по ее недостаткам.
Я молча кивнул и улыбнулся. Настроение, как будто с десяти метрового трамплина прыгнул в воду и вынырнул довольный с победой в руке.
Глава 11 "На
С утра в магазине рядом с девочками и после нежданной встречи с Иваном не предполагала, чем закончится вечер субботы. Надеялась на спокойствие, тишину вечером в общежитие, а получилось...
Глен и Глиста сообщили, что меня ждут на дискотеке и следовало бы одеться поприличнее. Но за неимением нормального тряпья пришлось довольствоваться обычной черной одежкой в стиле анархиста. Ежедневная форма.
Верные псинки довезли до дискотеки. Я окинула взглядом шестиэтажное здание развлекательного корпуса Рай. Фиолетовые диодные ленты по всему периметру и этажам украшали красивое сооружение из темного стекла. Отблески прожекторов горели звездой на весь Арзонт. Самый крупный из ночных клубов, его филиал есть и у нас в Герберте - в столице Гнетовцев.
Слева по малой лесенке народ в очереди в ожидании когда их пустят. Я же, отделенная красной ленточкой ступала, как королева медленно. Куда спешить, когда отсчитывались последние шажки жизни.
В плечо направлялись заинтересованные, завистливые в большей степени взгляды. Так и чувствовала надпись на них «шлюха чья-то». Мало рассматривала само заведение, пока плелась за спинами сопровождавших, через кишущий молодежью танцпол. Опять лестница оживленная. Коридор более уединенный темный. И я почувствовала, что мой конец близок.
Глен растворил шторку, открывая большую площадку, возвышающуюся над танцполом. Огромное количество людей наблюдалось здесь. В красивой одежде, немного навеселе. Чувствовался заряд бодрости, бушующий как океан, и я не хотела что бы засосало и меня в его пучину.
– Доставлена в целостности и сохранности, - отрапортовал Глен. Как будто на заседании дела. Верная шавка! Пристально следила за его уходом, пока совсем не исчез, только потом глаза подняла. Я давно под прицелом множества людей.
Как остро чувствовалась смесь голодных взглядов. И этот голод не был плотским - они хотели меня морально. Морально раздавить, изничтожить до основания каждую горделивую точку. Начинало душить от направленных взоров. Пыталась проглатывать воздух с силой, только никакой вновь паники. Не время трусить, но дыхание сбилось. Предало опять.
Осталась один на один с голодными львами в клетке. Никто не двигался, кроме него. Ходил по клетке, словно приглядывался с какой стороны отхватить кусок помясистее.
– Ананина у тебя один вид одежды?
– спросил Хаски, рассматривая меня с дивана. Словно это не со мной, в ирреальности. Расплывались люди, голоса. Старалась не слушать их и думать, но думать не получалось, мозг парализовало полностью.
– Это какой-то новый неизведанный вид Бастардов, - прокомментировала девушка. С запозданием поняла, что это Олеся. Ее огромные глаза преследовали.