Башня над пропастью
Шрифт:
— Поработаю, — тихо ответила девочка.
— Хорошо. Тогда дай мне руку. Таллия, будь свидетельницей нашего договора.
Лилиса и Надирил пожали руки.
— Засвидетельствовано, — сказала Таллия.
— Итак, ты устроила свое будущее, — обратился Мендарк к Лилисе, вернувшись к столу. — Я рад.
— Несомненно, — заметил Надирил. — Разве ее будущее не имеет значения? И она сама незначительна?
— Нет, насколько я вижу ее будущее, но как знать? Я не могу взваливать на себя бремя всего мира. — Он обратился к Лилисе. — Я не желаю тебе плохого, дитя,
— Мне жаль будет расстаться с вами, — сказала она, — но я нашла свое место.
25
Эшмод
Каране отчаянно хотелось потянуться, чихнуть и откашляться. Она скрючилась на дне корзины, едва осмеливаясь дышать.
— Давай же! Торопись! — услышала она крик офицера. Тесса сказала что-то, но Карана не уловила ее слов: как раз в этот момент бот качнуло и жидкая слизь полилась изо рта рыбы ей в ухо. Оно начало нестерпимо чесаться.
— Да, еще! До самого низа. Разгрузите их все! — Карана вздрогнула. Какой смысл прятаться? Конечно, они услышат, как колотится ее сердце. Ей хотелось крикнуть: «Я тут — только вытащите меня из этого отвратительного места!»
Корзина Караны заскрипела: кто-то прыгнул на нее. Она вздрогнула и притихла, как мышка.
Шанд заканчивал мыть палубу, когда мимо пробежал Бенн, только что поднявшийся по лестнице. У него был удрученный вид.
— Нужны еще корзины! — закричал он матросам.
— У нас беда, — прошептал Бенн Шанду на ухо. — Он хочет проверить весь трюм.
— Я иду, — сказал Шанд, закончив работу. Он подобрал замеченную им на палубе соломинку и поигрывал ею.
Спустившись по лестнице, он увидел офицера с бородой, заплетенной в косички, отдававшего приказы. Даже на флегматичном лице Тессы было написано беспокойство. Хотя море и считалось нейтральной территорией, вся команда да и их семьи были бы наказаны, если бы люди Иггура нашли Карану. Известно, что Иггур наказывает одних, чтобы другим было неповадно.
Нетронутым оставался лишь нижний ряд корзин. Должно быть, Карана там с ума сходит. Шанд расхаживал по трюму, наблюдая, как красивую золотистую рыбу перекладывают из одной корзины в другую, а затем несут наверх.
— Что это? — прошипел Зарет, вертя головой.
— Я ничего не слышала, — спокойно ответила Тесса. Шанд слышал — это был звук, похожий на тоненькое мяуканье. Карана не выдержала напряжения.
— Это просто скрипят корзины под вашими ногами, — сказал Шанд. — Ах! — Он схватился за ухо и, заплясав, приблизился на несколько шагов к Зарету, чтобы корзины заскрипели под его весом.
— Что с тобой такое? — холодно осведомился Зарет.
— Что-то меня ужалило, — сказал Шанд, потирая ухо. Зарет снова занялся поисками.
— Следующей открой эту корзину! — Зарет указал на ту, в которой пряталась Карана.
Шанд все приплясывал якобы от боли, пока не оказался в двух шагах от офицера. Затем он приложил к губам соломинку и дунул. Зарет стал тереть затылок, как будто его укусило насекомое. Он с раздражением озирался.
— За обнаружение
— Золотой телль! — воскликнула Тесса, возясь с крышкой корзины. — А что она сделала? Украла великий скипетр Туркада?
— Не будь непочтительной, рыбачка! — Зарет открыл крышку корзины и вынул одну из рыбин с золотистой кожей, держа ее на вытянутой руке. — Это лучшая бамунди, ты говоришь?
— Ну, это еще не самая, — ответила Тесса. — Самая шикарная рыба вон там. Фенн! — позвала она. — Принеси вон ту корзину.
Фенн с размаху опустил корзину на ноги Зарета, обутые в сандалии, как бы случайно захлопнув крышку корзины Караны.
— Глупый осел! — выругался Зарет.
Тесса вытаскивала бамунди одну за другой из принесенной корзины, держа каждую за хвост и в мельчайших деталях описывая, почему она высшего качества.
— Хватит! — наконец закричал Зарет. — Мне нужно выполнить работу. Я ее беру!
Корзину снова наполнили отборной рыбой и отправили на другой бот. Зарет обернулся, вытирая лицо. Его лоб был покрыт крупными каплями пота.
— На чем я остановился? — спросил он с туманным взором.
— На этой, — услужливо подсказал Шанд, указывая на корзину, стоящую поодаль от Караны.
— Нет, вон та, старый ты дурак, — возразила Тесса, тыча в другую сторону. Они затеяли яростный спор, весьма изобретательно ругаясь.
— Заткнитесь! — заорал Зарет, с которого ручьями лил пот. — Откройте их обе!
Корзины открыли, драгоценную рыбу переложили, и корзины с ней унесли. Внезапно Зарет покачнулся, кровь отхлынула от его лица. Затылок опух, на нем был виден крошечный красный пузырек. Офицер уселся на корзину Караны, потирая шею.
— Кружится голова! — произнес он, опуская голову между колен. — Ах!
— С вами все в порядке? — спросила Тесса.
— Кошмарная боль… Наверно… рыба… ел. — Окинув трюм затуманенным взором, он согнулся, и его вырвало. — Видел… достаточно! — Поднявшись с корзины, он с трудом поплелся к лестнице.
Шатаясь, Зарет шел по палубе, подзывая своих моряков, потом, издав стон, начал извергать содержимое желудка на палубу, поскользнулся и чуть не упал за борт.
Тесса подбежала к борту, крикнула тем, кто оставался на галере Иггура, чтобы они подплыли поближе. Два моряка перенесли беспомощного Зарета к себе на борт, и судно отчалило. Как только оно исчезло из виду, Тесса схватила Шанда за руку и со слезами на глазах долго ее трясла.
— Если я когда-нибудь попаду в критическое положение, — призналась она, — то мне бы хотелось, чтобы рядом оказался ты. Это был яд осьминога?
— На соломинке!
— А если бы ты промахнулся?
— У меня есть другая, — сказал он, роясь в кармане. — Ой! — воскликнул Шанд и принялся осматривать кончик большого пальца.
— Ты же не?! — в ужасе воскликнула Тесса.
— Всего лишь шутка, — усмехнулся Шанд.
Тесса так хлопнула его по спине, что он согнулся.
— Лучше займись своим маленьким другом, — прогремела она.