Баронет
Шрифт:
В данном случае я собирался торгануть не землёй напрямую (кто бы мне дал, ага), а своим доступом к ней. Первым местом в очереди наследования, если хотите. Баронство, после вычета всех налогов, приносит прибыль – это хороший, пусть и плохо ликвидный актив. Собственно, я и вынужден был вникнуть в приходно-расходные ведомости, чтобы в этом убедиться: если бы манор работал в минус, принося убыток и накапливая долг – нужно было бежать оттуда, как от огня. Нет ничего хуже, чем заполучить так называемый токсичный актив – избавиться от него без потерь очень тяжело. Но – тут мне повезло, впрочем, я и не сомневался, что Рахман прежде чем ангажировать меня
План купца-оптовика, напомню, был прост и незатейлив: я в процессе борьбы за власть буду вынужден потратиться на взятки, а эти средства возьму в долг у любезно предоставленного контактного лица барыги в долг. Возврат долга с процентами с прибыли от баронства растянется на много лет – вкусный и долгоиграющий источник дохода. Я, собственно, и не против, только с одной маленькой ремаркой – взятку, точнее, разовый взнос за передачу прав на наследство, должны были дать мне. Со своим конкурентом за манор я был даже готов поделиться выданным адресом городского ростовщика – почему нет-то. Пусть заработает негоциант свою “копеечку” за своевременную наводку. И конкурент мой останется в прибыли – получит столь желаемый “дворянский левел-ап” до барона. А я выйду из приключения с круглой суммой наличности на руках – причём образовавшейся для меня “из воздуха”. Вуаля: все довольны.
Здорово? Здорово. Вот только при ознакомлении с ситуацией на месте всплыли… разные нюансы. Один из нюансов скакал сейчас за мной следом и мог похвастаться пушистой рыжей шевелюрой. Второй и более неприятный – то, что герцог не собирался просто назначить барона Бертран, выхватив первого из живой очереди, а собирался судить по неким персональным качествам, сволочь такая. И, как я понял из общения с Трамонтом, именно деньги в карманах кандидата господина Эдмонта напрямую не интересовали. То есть простая операция с подменой за вознаграждение “вот этот мой родственник будет вместо меня” накрылась. Всё, провал? Нет, потому что есть барон Пэр, с которым я так удачно вышел на контакт.
“Дорогой сосед”, прежде всего, уже является бароном. Более того – бароном нужного мне герцогства де Берг. Второе – барон любит деньги, и умеет их активно зарабатывать с собственной земли и крестьян. Ну и явно мечтает стать кем-то… более высокоранговым. А, ну ещё и действительно соседом, что тоже должно сыграть. Уверен, Трамонт не отказался бы прирезать себе мою территорию, если бы знал, как. А я, “по чистой случайности”, о да – знаю. Ведь передача земли в экономическое управление юношей своему гораздо более старшему другу шаг такой естественный… и оставим за скобками некую сумму, которую старший Пэр мне передаст. Наше личное внутреннее дело. И тут вдруг фраза про “небольшую помощь по-соседски” – то есть читай “бесплатно”. Фраза, совершенно идущая вразрез с тем шаблоном поведения, который я для Трамонта предполагал. Точнее, не так. Любитель белого колера определённо не потерял желания на мне заработать – скорее планета начнёт крутиться в обратную сторону, чем такой тип передумает. Вот только вместо той или иной монетизации помощи (количество которой он должен был сейчас усиленно раздувать) барон держал в голове что-то другое. Теперь понимаете, почему я напрягся?
* * *
Пытаясь на ходу просчитать на удивление неочевидные извивы баронской логики, я перестал задавать наводящие вопросы и разговор сам собой угас. Ненадолго. Убедившись, что тема с подтверждением де Бергом моего наследного права исчерпана, Трамонт плавно съехал на рассказ о местном житье-бытье.
– Старина Эдмонт не лишён некой толики тщеславия и самолюбования, хоть по нему это и не вдруг скажешь, – с доверительной интонацией и слегка понизив голос продолжал просвещать меня “дорогой сосед”. – Его кредо: если быть полководцем – то самым лучшим, если судией и господином – то самым справедливым, если демонстрировать благородство – то самым выгодным образом выставляя себя. При этом деньги считать он тоже умеет – дай Свет каждому…
Со стороны Миланы донесся тихий хмык.
– ...Но золото для де Берга никогда не будет на первом месте. Уверен, наш мудрый король давно узнал эту маленькую слабость своего верного вассала, – тут старший Пэр мне с самым заговорщицким видом подмигнул. – И потому выразил своё благорасположением не каким-нибудь там подарком, а командированием в герцогскую свиту на место мага целого магистра стихии Огня, мастера Марата…
– Марата? – имя, так похожее на русское, резануло слух, потому я не сдержал удивленной реплики.
– Слышали про него? – не совсем верно истолковал мои эмоции собеседник. – Согласитесь, мало кому удается заманить к себе на военную службу персону... такого масштаба. И простые маги – сильно не от мира сего, а уж могучие – и подавно. Все в своих “исследованиях” и “науке”... А как тварей у границы Шрама во время очередной волны жечь – только одни вчерашние аколиты под рукой оказываются. И поместная пехота под командой провинциальной аристократии: конечно же, кому ещё мясом противника заваливать, как не нам?
– Отец, – тихо, с предупреждением в голосе позвала баронетта.
– Потому и говорю: мудр наш монарх, – Трамонт, предыдущую фразу проговоривший с хорошо слышимой в конце злобой, оборвал сам себя и через силу улыбнулся. – Добровольно отпустить от себя магистра – на такой поступок вообще мало кто способен…
– Мастер Марат – друг его светлости, – всё так же тихо пояснила мне Милана. – Вот потому Зар Шестой и отправил магистра в наше герцогство.
– А вот на Церковь влияния у его Величества не хватило, – с не очень понятной мне интонацией сообщил барон. – Светлый рыцарь Валериан весьма одарённый клирик, но по возрасту сущий мальчишка. Встанешь рядом, когда он не ведёт службу – и слышно, как ветер в голове свистит…
– Возможно, что иерархи Белых решили, что у будущего полководца принца Зара Семюэля де Берга должен быть друг-маг нужной Стихии, – опять добавила девушка.
– Смотри, при самом “маге Света” ничего такого не ляпни, – фыркнул мужчина. – Опять ведь будет каждый день целую неделю приезжать и нудеть. Тоже мне, проповедник нашёлся.
– Как скажешь, папа, – потупила глазки девушка с таким видом, что у меня немедленно закралось подозрение: если Милана что кому и сказала лишнего, то это было далеко не случайно.
Я только мысленно покачал головой: когда мы только выезжали из поместья Пэр, я и баронская дочка держались по разным сторонам от Трамонта, а Маша с Карой вообще двигались позади нас с отставанием на два лошадиных корпуса – этакая зримая пирамида старшинства. Но в какой-то момент Милана приотстала и догнала меня с другой стороны: и теперь всё менее формальная беседа шла через мою голову. Интересно, они это сознательно сделали, включив меня в как бы “семейную беседу” или манёвр выполнен чисто на интуиции? В любом случае, остаётся только похлопать… у себя в голове, конечно же.