Барон
Шрифт:
Это ключевой козырь, благодаря которому мы смогли одержать победу в генеральном сражении. Но даже в этом случае сражение могло закончиться по-разному.
Слава Предкам, оно прошло по наилучшему для нас сценарию. В идеале, можно было бы графа с сыном захватить или убить, но и так вышло отлично. Наиболее боеспособная часть вранского войска уничтожена или взята в плен.
Теперь Бранимиру тер Вранск остается уповать лишь на ополчение. Профессиональных воинов у него хватит максимум на защиту столицы графства — Вранска. Но расслабляться тоже нельзя, ополчения Бранимир
По прошедшему бою. Мы заблаговременно выдвинулись к месту высадки, и я сразу организовал разведку и охранение. Даже воздушного наблюдателя задействовал.
Думал вверх по течению Варны улан в дозоры отправить, но побоялся спугнуть неприятеля. Вранцы тоже не пальцем деланы, поэтому вполне могли заметить мои дозоры и насторожиться.
Ни в коем случае нельзя было показать, что мне стало известно об их планах. Я даже свой полк мимо Аристи проводил ночью и окружным путем, а то, мало ли, вдруг в городе шпионы Бранимира сидят.
Так вот, организовал разведку и полевой лагерь, а потом стал готовиться «принять в теплые объятия» агрессора. На случай, если бой будет складываться не в нашу пользу, а вероятность этого тоже была значительна, я подготовил вторую линию обороны.
Там и заграждения оборудовал, и позиции для стрелков, и оба метателя поставил. А на первой линии, где собрался встречать вранцев, тоже все успел. Самое главное — замаскированные укрытия и места для засад. Даже потренировал своих бойцов неоднократно.
Разведка сработала на пять баллов. О том, что приближается вражеское войско, я узнал загодя, но даже не от воздушного наблюдателя, который у меня «висел» в небе все светлое время суток, а от одного из эдилов, которые сопровождали отряды Бранимира тер Вранск.
На другом берегу показались два всадника, которые, переходя с галопа на рысь, продвигались вдоль берега с южного направления. Затем один из них сел в спрятанную в камышах лодку и погреб на наш берег.
Второй забрал лошадь товарища и, стараясь быстрее скрыться из глаз, порысил вдоль берега вниз по течению. Переправившийся на наш берег мужик и оказался тем самым эдилом, который предупредил нас о приближающемся огромном караване судов с вранским войском.
От количества подошедших стругов с десантом даже мне стало не по себе. Как я и предполагал, из-за большого количества кораблей вранцы не смогли организовать одновременную высадку войск.
Сначала они высадили небольшое количество конных воинов. Из них сформировали дозоры и выслали их для разведки. Это был очень опасный момент. Все зависело от того, насколько далеко уйдут дозоры, прежде чем дать добро на начало высадки.
В любом случае, мы были готовы вырезать высланные дозоры. Но если бы они зашли достаточно далеко, то обнаружили бы наши позиции. Тогда нам пришлось бы поступать в зависимости от действий противника. Такие варианты тоже были учтены, но, к сожалению, были хуже основного плана.
Однако, в этот раз удача была к нам благосклонна. Вражеские дозоры пересекли луг, недалеко
В результате слаженных действий пластунов и стрелков, вранская разведка была уничтожена моментально. Даже пикнуть не успели, не то что сигнал об опасности подать. Уланы подстраховали, чтобы лошади вранских разведчиков, потеряв всадников, не вернулись на берег к вражеским кораблям.
После этого полк покинул замаскированные укрытия и вышел к краю леса. Осталось дождаться подходящего момента и ударить. Ну а дальше произошло то, что и произошло.
В этот раз мне даже особо порубиться не удалось. Сначала боем руководил, а когда его итог стал ясен, полез мечом помахать. Немного отвел душу, но гвардейцы все время оттирали меня в сторону, засранцы.
— Буеслав, налей мне стаканчик «аристийской кедровки», — отправил я пажа за антидепрессантом и повернулся к оруженосцу. — Мабон, организуй вызов ко мне полковника Вернера, капитана Тессена, представителя бургомистра, поручика Красимира и капитана Зосима.
— Скажи, что на совещание вызываю. Затем организуй нам столик, стульчики. Ну и на стол что-нибудь, — я устало вытянул ноги. — Только выпивки много не ставь. Дел еще много, не время пока праздновать. Успеем еще.
Тут же «нарисовался» Буеслав Вячко, подав мне на пафосном серебряном подносе небольшой стаканчик с аристийским. Я одобрительно хмыкнул. Не то, чтобы мне вот это все надо было. Я спокойно солдатскую пищу ем, а в походе зачастую и у костра с обычными бойцами.
Практикую такое периодически. Так сказать, «выход в народ». Кстати, во многих отношениях такой подход — полезная штука. Лично, а не по докладам, можно убедиться, каков быт обычного бойца, да и воины с большим уважением к таким командирам относятся.
Ну а в настоящий момент на меня злобно зыркает кучка пленных вранских дворян. Так что, и искусно украшенный стаканчик с вычурным подносом сейчас к месту, и презрительно оттопыренная мною губа.
Грохнул бы их всех, сволочей! Как вспомню, сколько они успели натворить в моем баронстве! Но нельзя, король не простит. Если бы в бою убил — другое дело. А так…
Отрубить им головы и надеяться, что король об этом не узнает? Глупо, обязательно узнает. Ничего, просто так они у меня не отделаются. Заставлю заплатить такой выкуп, что их дома свои удавят!
— Милорд, — услышал я голос Элдора Тессена.
О! Все уже прибыли и место для разговора подготовлено.
— Господа, прошу, присаживайтесь, — я встал, указал рукой на раскладные стульчики у походного столика. — И работаем сидя.
— Капитан Зосим, — обратился я к командиру «Анны». — Сколько от вас смогло уйти вранских кораблей?
— Я точно не знаю, милорд, — нахмурился командир моего когга. — Они начали убегать до того, как закончился бой. Но ушло не более десятка стругов. Я за ними погнался, но далеко не стал отходить, как вы и приказывали. Отогнал их, а потом добивал тех, кто еще на плаву держался.