Банхар
Шрифт:
– Тебе надо ты и будь! – усмехнулся в ответ Володя, и едва успел уклониться от удара.
Пудовый кулак Баты просвистел у самого носа. В ответ он ударил ладонью, как хлопушкой для мух. Удар получился хлестким, сочным, Бата не упал, но пошатнулся.
Затем Володя взлетел как простыня, когда ее вытряхивают, и плюхнулся на мерзлую землю. Бата навалился сверху и принялся мутузить наотмашь, будто молотком, или кувалдой. Но и тут Володя не растерялся, завертелся как волчок в поисках той мертвой зоны в драке,
– Эй, завязывайте, - услышал Володя.
К ним бежали парни с соловыми глазами, очевидно, увидели драку в окно и выбежали. Плечистый русский парень с трудом оттянул Бату за плечи. Тот резко отмахнулся, но драку продолжать не стал.
– Он все равно не жилец! – прохрипел Бата.
– Не нам это решать! – возразил русский.
– Не указывай что мне делать, кровосос!
– Бата толкнул парня плечом и направился к дому. Русский помог Володе подняться с земли.
– Ловко ты его. Каратэ что ли занимался?
– Ты Коля? – спросил Володя.
– Да, я.
– Раджана посоветовала мне держаться рядом с тобой.
Коля сказал что-то парням на бурятском и те тоже потянулись в дому.
– Ты держись рядом, но делай вид что сам по себе, - Коля заботливо отряхнул Володе спину.
– Запутался я уже, крыша едет в этой степи…
– Не переживай, разберешься, - Коля подмигнул.
В доме пахло нестиранной одеждой и псиной. Парни жили в гостиной и не особо следили за порядком. И только в отдельной спальне за покрывалом вместо двери было чисто и уютно. Жили в этой спальне Коля и Бата.
– Может, я в подсобке жить буду? – Володя окинул глазами стол, заваленный немытой посудой.
– Зачем в подсобке? В спальне третья койка есть, - Коля откинул покрывало и жестом пригласил пройти. – Обувь снимай, здесь только в тапочках.
– Зачем ты его сюда завел? – Бата приподнялся со своей койки и отложил газету. – Пусть в подсобку идет.
– Там сыро, - возразил Коля. – В конце концов, ты сам сказал – не жилец. Пусть хоть напоследок поживет как человек.
– О чем это вы? – не понял Володя.
– Да так, юмор у нас такой, - Коля снова подмигнул.
– Покажи ему что в конюшне делать. И как корм собакам варить.
Бата смешно дернул носом, и снова уткнулся в газету.
Конюшня располагалась на приличном отдалении от дома, потому Володя сразу ее не увидел. В стойлах этого строения скучали примерно два десятка скакунов, все как один похожих на того Урагана, загнанного нечаянно Володей.
Чуть дальше за конюшней была псарня. В вольерах громко завывали маленькие, тощие шавки с вытянутыми мордами. Увидев Володю, они нервно заскулили.
– В общем, в подсобке за вольерами мы варим жратву для собак, - пояснил Коля. – Там не трудно, мясо нарубил,
– Коля, может объяснишь, что здесь происходит? – Володя воровато оглянулся.
– А что здесь происходит?
– Ну, много чего так-то. И все это похоже на галлюцинации. Или страшный сон.
– Ну раз похоже значит галлюцинации, - Коля похлопал Володю по плечу. – Тут в степи как, показал себя мужиком, будешь жить как мужик. Показал себя бараном, и жить как баран будешь, пока не зарежут. Все просто.
– То есть, ты хочешь сказать, что я еще не показал себя?
– Молодец! – Коля одобрительно кивнул.
– А как мне себя показать?
– Можешь ковыряться здесь в дерьме по-тихому и ждать. Как смогу прикрою, но не факт, что смогу. А можешь вызов Батухе кинуть.
— Это как?
– Все просто, - Коля покосился в сторону дома. – За ужином, при всех, скажешь: «Батуха, я бросаю тебе вызов».
– Драться надо что ли?
– Он сам выберет как. Это его право. Но я точно знаю, что он погонит тебя на гору.
– И что это за ответ такой?
– Увидишь! – Коля мрачно улыбнулся.
Володя подметил про себя что взгляд Коли в отличие от остальных на этой заимке не кажется соловым.
В доме тем временем парни успели прибраться и помыть посуду. Ужинали работяги китайской лапшой быстрого приготовления.
– Я бросаю тебе вызов! – выдавил из себя Володя, когда Бата закончил трапезу и налил себе чаю с молоком.
– А ты знаешь, как это делается?
– Просветили, - ответил Володя.
Парни заволновались, начали переговариваться на бурятском языке. Бата покосился на Колю.
– Все правильно, Батуха, месяц после серебряной луны, - сказал Коля.
– Не называй меня Батухой! – Батуха поиграл желваками, и посмотрел на Володю. – Сегодня после двенадцати пойдешь на гору. Коля объяснит, что надо делать.
Он взял кружку с чаем и ушел в спальню.
– Короче, в полночь тебе надо будет раздеться, - Коля смолил сигарету, сидя на крыльце. – Побежишь отсюда.
– Куда? – Володя ощутил холодок в груди.
– На самую макушку горы Хан-Уула, - ответил Коля.
– Голым что ли?
– А ты как думал?
– Холодно же? Видишь, поди, морозы какие стоят?
– Если ты тот, о ком я думаю, одежда тебе не понадобится, - Коля сплюнул струйкой. – А если не тот, и мне кирдык.
– Да ты сдурел? – Володя вскочил и вытянулся перед Колей в полный рост. – Бежать голышом по степи в тридцатиградусный мороз?! Ты сам себя слышишь вообще?