Банхар

Ширибазаров Болот

– А теперь смотрите, - Володя взялся за края дымки и приподнял ее как легкое покрывало.

Они увидели узкую, разбитую колесами грузовиков таежную дорогу, большие деревянные ворота лагеря, и вышки с охранниками. Ворота открылись, из лагеря выехал грузовик с ящиками в кузове. Где-то в глубине лагеря, в проеме ворот сновали туда-сюда заключенные в черных робах, лаяли собаки, что-то кричали охранники.

Володя, Леха и Женька стояли у кладбища, у свежих могил с табличками. Рядом двое заключенных под присмотром

конвоира копали новую могилу. Конвоир увидел троих подростков, открыл рот от удивления, затем стянул с плеча автомат…

Володя бросил на землю вуаль дымки и бросился к лагерю, вслед за Лехой и Женькой, они уже улепетывали во все лопатки.

— Это что было? – пролепетал Леха, уперевшись ладонями в колени.

Женька схватил котелок с чаем, вылил содержимое на костер, срезал ножом крепления палатки, спешно запихал ее в чехол.

– Бежим отсюда, - скомандовал он, закинул рюкзак и винтовку за спину и бросился бежать по узкой, таежной тропе.

Они бежали так до самой Чары. Даже брод через бурный и в любую погоду опасный Апсат преодолели бегом.

– Я думал ты врешь, не верил тебе, - признался Женька, когда они присели на скамью у заправки на окраине Чары. Где-то вдали, уже в сумерках виднелся пик горы Шаман.

– Может, ко мне ночевать пойдем? – предложил Леха. – Мне страшно до сих пор. Я точно сегодня не усну.

– Забыли! – приказал Женька. – Никому не рассказывай, скажут «чокнутые».

– Забудешь такое, - заныл Леха.

Спустя месяц Леха и Женька заболели. Их сначала лечили в районной больнице, до тех пор, пока у них не начали выпадать волосы. Специальным бортом обоих увезли в Читу, и по поселку поползли слухи, что Леха и Женька заразились лучевой болезнью.

Володю вызвали в райотдел, там его долго допрашивали двое оперативников, добрый и злой. Он рассказал им как все было, про дымку, лагерь, заключенных, могилы и конвоира с автоматом.

Его увели в больницу, к психиатру. Врач направил его в Читу, на обследование. Там ничего серьезного не обнаружили, сказали «расстройство на фоне стресса».

Но отношение в поселке к Володе с тех пор изменилось. Одноклассники перестали с ним общаться. После похорон Лехи его мать выследила Володю у школы.

– Рассказывай, что там было? – процедила она.

– Я не знаю, как это рассказать, не поверите, - признался Володя.

– А ты расскажи! – не отставала женщина.

– Я не знаю, как это рассказать, - Володя заплакал.

– Почему они заболели, а ты ходишь здоровый? – прокричала мать Лехи, и начала бить его ладонями по лицу.

Именно тогда отец Володи принял решение перебраться на родину супруги. Союз начал распадаться, и люди без всяких жутких историй стали покидать Чару, потянулись в родные края.

… Володя лежал в постели и вспоминал тот злополучный поход. В общем-то, ничего особенно не изменилось в его

жизни после той встречи с Миснэ в Алмазном ущелье. Даже в тот день, когда они отправились туда с Лехой и Женькой, он не был до конца уверен, что все это ему не приснилось.

Мало ли что привиделось друзьям? Ну, собак перестал бояться вдруг, угадывать начал что они сказать хотят, молот на тренировке кинул в два раза дальше, чем прежде кидал. Все это выглядело как-то естественно. А чудеса, если верить сказкам, это когда загадал «хочу мороженку», и она появилась у тебя в руках. А она не появлялась.

Дверь тихо открылась и в дом вошла Лидка Писарькова в облике Миснэ. Володя открыл рот от изумления и приподнялся в постели.

– Ты как здесь оказалась? – прошептал Володя.

Долго рассказывать, - Лидка приложила палец к губам. – Слушай меня внимательно. Этот дом окружили савдаки.

– Какие еще савдаки? – испугался Володя.

– Волки такие, сам увидишь сейчас. Будет страшно. Но тебе придется перебороть свой страх. Иначе они заберут все твои жизни. А у тебя их пока не так много.

– Погоди, какие жизни, о чем ты?

– Если будешь бояться, один савдак заберет одну твою жизнь. Заберут все жизни, и ты станешь как те помощники на этой стоянке, молодым стариком. Поэтому не бойся. Убьешь савдака, заберешь его жизнь. Но тогда ты впустишь его в себя, и он будет изводить тебя изнутри. Не бойся, и не убивай. Подчиняй. Все, пора. Вылей на меня воды. Быстрее…

– Я не буду ничего выливать.

– Быстрее!

За дверью что-то заклокотало. Володя схватил из-под стола ведро с водой и вылил все на голову Лидки. Она мгновенно растворилась. Пол в доме стал ледяным.

В дом ворвался тощий монстр, рослый, поджарый, облезлый волк. В проеме выбитой им двери столпились еще с десяток таких же монстров. Все они рвались в дом, но, что-то их сдерживало. Тот волк, что сумел-таки прорваться, заскользил по льду, его лапы разъехались в разные стороны и он растянулся на брюхе.

Володя занял позицию в крохотном закутке за печкой, там, где не было льда. Машинально он вытянул вперед руки и увидел лапы, покрытые густой черной шерстью. Из горла его вырвался грозный рык.

Волк, клацая огромными желтыми клыками, брызжа густой, зловонной слюной добрался с трудом до закутка, и вцепился в лапу Володи, будто стальными тисками. Хищник ловко перевернул Володю на спину и потянулся к его глотке.

С выдохом Володя отшвырнул от себя волка всеми четырьмя лапами, вскочил и упал снова. Волк знал свое дело и не прощал ни малейшей ошибки. Бесчисленное количество раз острые клыки монстра клацали у глотки Володи, у яремной вены на шее, но всякий раз он умудрялся извернуться. И снова волк валил его на спину, терзал неутомимо и безжалостно, то и дело выплевывая клочья густой черной шерсти…